Том 1 Глава 70 — Глава 23. Часть 3

В комнате темно. Плотные занавески закрыли окна, не пропуская и лучика света. На кровати никого не было. Осмотревшись, я увидел Анти, сидящего на полу у прикроватной тумбочки. Он сидит, прижав к себе колени, обхватив их руками. Только его яркие зелёные глаза отражают свет, идущий через дверной проём. - Не трогай Зефа. Это я ему приказал никого не пускать. – почти неслышно сказал Анти. - Не беспокойся, он в порядке. Я ещё не выжил из ума, чтобы наказывать слуг за идеальное исполнение обязанностей. – с улыбкой ответил я и закрыл за собой дверь. Оставшись в темноте, я вызвал слабенький шарик света, чтобы мы могли спокойно поговорить, видя друг друга. – Ты хорошо его подготовил. Он идеален. - Да, даже слишком. – монотонно пробормотал Анти. - Я подсяду, ты не против? – спросил я, садясь рядом. - Не против. Тем более что ты уже сел. – также безэмоционально продолжил он. - Ты как, сынок? – мягко спросил я. - Хреново. – впервые на моей памяти ругнулся сын. - Это я и так вижу. – удивлённо ответил я. Когда, интересно, он научился так отвечать? Ладно. На первый раз прощу. – Все о тебе волнуются. - Как Хьюго и Мари? – спросил он, будто пропустив мою фразу мимо ушей. - Хорошо. Они в полном порядке, только Хьюго пока трудно разговаривать, но в остальном они в порядке. Благодаря тебе. – постарался я успокоить его. - Нет! Это из-за меня они пострадали! – и тут он просто взорвался. – Это мои артефакты не сработали, хотя должны защищать от яда! Это на меня охотились, а их хотели убрать, как ненужных! - Успокойся, тише. – попытался я его успокоить. - ДА Я УЖЕ СПОКОЕН! – он вскочил, и начал буквально орать во весь голос, иногда срываясь почти на визг. – Я причинил им боль! У меня до сих пор перед глазами стоит образ младшего брата, горло которого пробито болтом, из его голубых глаз льются слёзы, а изо рта кровь! – при этом у него самого полились слёзы ручьём. – Я мог своими руками сделать из него калеку! Дёрнись рука чуть сильнее, и я бы либо убил его на месте, либо он бы потерял возможность двигаться! Навсегда! - Но ты спас его! – решил я всё-таки направить его в нужное русло. - Я! Сделал! Им! Обоим! Больно! Я, своими руками! Я обещал, что защищу их! А то, что я дал - не работало! Из-за меня они чуть не умерли! – его лицо уже покраснело от напряжения и мальчика начало трясти. – Я же предупреждал, что на нас нападут! Но сам, как последний дурак, успокоился и потерял бдительность! Приходили за мной! Если бы не я, они бы не пострадали! - Ты не можешь этого знать! – возразил я. Кажется, у него началась обещанная Элеонорой истерика. Пусть выскажет всё мне. Лучше я буду тем, на кого он может в таком состоянии поднять руку. - Но я знаю! Эти мрази били наверняка! Малышу Хьюго сразу в горло и с ядом! Мари же повезло, что попали в плечо! Опоздай я хоть на секунду – их бы изрешетили отравленными болтами! А потом я! Лично! Этими руками! – его руки дрожали как у последнего пьяницы. Он себя уже явно не контролирует. – Я протолкнул болт сквозь горло моего маленького брата! Потом тоже самое сделал с плечом сестрёнки! Я их чуть не убил! - Но ты спас их. – настаивал я. - Спас?! А потом у них на глазах выпотрошил толпу народу! Они теперь спать не смогут! Они меня теперь наверняка боятся! – его голос начал срываться, видимо он смог подойти к тому, что его больше всего волнует. – Я не хочу, чтобы они страдали из-за меня! Чтобы боялись меня! Чтобы ненавидели меня! - Тише, сынок, ты сделал то, что посчитал нужным, ты защитил их. С остальным мы разберёмся. – я обнял его. Анти начал плакать. Я в первый раз вижу в нём обычного ребёнка. Ребёнка, которому плохо и больно. За все восемь лет жизни он ни разу не показал, что он может быть, как все. – Ты можешь собой гордиться. Ты поступил правильно. - Папа, я убил людей… Они были плохие… Они на нас напали… Почему же мне так плохо? Почему меня тошнит? – он всё тише и тише произносил слова. Его голос всё больше дрожал и прерывался всхлипами. – За что? Почему так больно? - Поплачь. Так всегда бывает в первый раз. И праведный гнев тут не поможет. Это всегда больно и неприятно. – он всё сильнее дрожал, а его слёзы уже текли непрерывным потоком. – Знаешь сынок, ты сегодня принёс в жертву свою детскую невинность. Хоть ты и казался всегда умнее своего возраста, но ты ещё ребёнок. А теперь ты просто понимаешь, что как раньше – уже не будет. И ты уберёг от этого брата и сестру. Сынок, убивать людей тяжело. – постарался я поделиться личным опытом. - Но ты убил тысячи. Как с этим вообще возможно жить? – дрожа спросил он. - Боль со временем притупляется. Неприятие ты прячешь за долгом или ещё чем-то возвышенным. Но по ночам, во сне, к тебе часто приходят лица тех, чью жизнь ты отнял, чтобы продолжать жить. И с этим тебе никто не может помочь. – попытался объяснить я то, как сам справляюсь с моральными последствиями убийств. - Понятно. – монотонно ответил он. - Ты успокоился? – спросил я через пару минут тишины. А когда Анти немного затих, я услышал тихие всхлипы за дверью. - Нет. Можно я ещё так постою? Пожалуйста. – попросил он, всё ещё стоя уткнувшись мне в грудь. - Конечно. Потом ляг поспи. Нам вскоре предстоит тяжёлая работа. – ответил я, положив руку ему на голову. - Хорошо. – просто ответил Анти. Через несколько минут он окончательно успокоился, и я уложил его в кровать, накрыв одеялом. Через пару минут он мирно засопел. А я вышел из комнаты. На полу около двери сидел Зефир, весь в слезах. Я обнял его. - Почему ему пришлось через такое пройти? За что Анти так страдает? Он не сделал ничего плохого. – пробормотал мальчик, едва сдерживая слёзы. Я снова убедился, что он сильно переживает за Анти. - Тише малыш. С ним всё хорошо, ему просто надо было выговориться. Оставим его, Анти теперь нужно поспать. Приводи себя в порядок, а после ужина нам предстоит увидеть, через что ему пришлось пройти. Готовься. – сказал я, отпуская его. - Как прикажете. Я буду готов. – ответил Зефир, вытерев слёзы. - Вот и хорошо. – улыбнулся я, немного взъерошил волосы эльфа, и отправился продолжать работу.