— Манс...
Король-за-Стеной встретился взглядом с Капитаном Нового Лондона. Два лидера оценивали друг друга на твёрдость духа.
Иные и их рабы слабы к огню и драконьему стеклу. Это все Вольные Люди знают. А Новый Лондон — это город, построенный на огне. Он совершенно непохож на Долину Тенния, где из земли и огня выступают щедрые жилы драконьего стекла. Но если Враг всего живого придёт на юг, Новый Лондон станет незаменимым оплотом, крепостью, способной выдержать чудовищный натиск. Это даже не беря в расчёт огромные машины, которыми владеют люди Британской Империи: ревущие бегемоты со стальной кожей и паром в жилах, колоссальные печи, способные обратить зиму в лето, и летающие корабли.
— Есть... угроза. Она идёт с севера. — Негромко начал Манс. — Существа изо льда, которые повелевают живыми мертвецами. Я собрал всех мужчин, женщин и детей к северу от Стены, чтобы найти путь к югу от нее. Есть старая легенда об артефакте, найденном в Клыках Мороза, который может нам помочь. Мы пришли сюда в надежде найти его.
Насмешка, откровенная издёвка или вежливое неверие — одну из этих реакций ожидал встретить Манс. Но вопреки его ожиданиям, капитан Эйнсворт принял созерцательное выражение лица... и тогда Манса посетила страшная догадка: капитан утверждает, что родом из империи, которая охватывает множество континентов, и пусть нынешнего лидера вольного народа нельзя назвать бывалым путешественником, даже он слышал легенды о далёких, нетронутых уголках мир.
Кракены и морские драконы в Закатном Море, Древние Боги, дремлющие под горными массивами, русоволосые иббенские китобои из-за Дрожащего Моря. И еще дальше: каменные люди, населяющие руины Старой Валирии, чудовища Островов Василиска и забытый богами Асшай. Мир действительно велик. Разумеется, все эти легенды могли оказаться слухами и сплетнями, тысячу раз пересказанными торговцами, но Манс знал, что Иные существуют, видел их собственными глазами.
А если реальны Иные, — призраки забытого прошлого, — то почему не могут быть реальными и все остальные легенды? И если так, то с чем боролась Британская империя, что потребовало возведения стены длиной в тринадцать тысяч миль?
— Новый Лондон открывает перед вами свои ворота, мистер Рейдер. — Принял наконец решение Эйнсворт. — Скажите своим людям вот что: если им когда-нибудь понадобится защита от ветров, пища в животе и тепло в костях, то Новый Лондон примет их с распростертыми объятиями.
Манс сощурился. Ничто и никогда не достается даром, особенно помощь.
— А взамен?
— Новому Лондону нужны умелые руки, мистер Рейдер, — улыбнулся Эйнсворт той же проклятой улыбкой, которой сам Манс убеждал вольных присоединиться к его плану, — пока наши законы соблюдаются, мы можем предоставить взамен всё что я озвучил, и даже больше.
— Законы? Вы хотите, чтобы мы преклонили колено? — Уточнил Ленн, впервые взяв слово. — Мы вольные люди, и не преклоним колени ни перед одним лордом.
— А кто говорил о преклонении колен? — Эйнсворт выглядел заметно озадаченным. — К тому же я не лорд, как и мои предки. Я лишь прошу вас подчиняться законам нашей земли, если вы решите жить на ней. Неужели с этим возникнут трудности?
Манс почувствовал, как напряглись Харма и Тормунд... он уже начал жалеть, что взял их с собой. Следовало взять более благоразумных компаньонов. Хотя среди вольного народа встретить благоразумного человека, это великая редкость, и если Манс что и презирал в вольных людях, так это то, что они ставили свою бессмысленную гордость превыше всего. Единственный способ заставить их смириться с чем-либо — бить, снова и снова, пока не сдадутся.
Он настолько привык добиваться согласия с помощью насилия, что уже позабыл, каково это, иметь дело с разумным человеком. Эйнсворт не был похож на бойца. И все же Манс не хотел бы сражаться против того, кто подстрелил орла Орелла.
Он вмешался, чтобы разрядить обстановку.
— Мои спутники просто обеспокоены...
— А кто назначил тебя повелителем этого города? — Харма резко встала, отбросив стул назад. — Кто вообще пойдет за тобой, ветка тощая? Почему мы должны подчиняться твоим правилам?
Краем глаза Манс заметил, как Изабелла Берд потянулась к своему плащу.
— Новый Лондон является территорией Соединенного Королевства и его Империи, и подчиняется его законам, — слегка вызывающе ответил Эйнсворт, — Её Величество Королева Виктория, да благословит Господь её душу, лично назначила меня капитаном «Беллерофона». Нью-Лондон избрал меня своим лидером, и, да поможет мне Бог, я поведу их в меру своих сил.
Выдержав театральную паузу, капитан проигнорировал убийственный взгляд Хармы и обратился к Мансу.
— Скажите своим людям вот что: если вы не в состоянии побороть свою гордость, в Новом Лондоне вам не место. Но если в состоянии, то мы защитим вас всем, что может предложить Британская Империя. У меня нет терпения и времени тратить силы на непорядочных людей.
Лицо Хармы, мрачное и свирепое, скривилось в гримасе; она открыла было рот, но Манс не позволил ей произнести и слова.
— Вы трое, покиньте нас. — Мягко, но непреклонно проговорил он.
— Что? — Тормунд повысил голос. — Манс, ты не можешь...
— Могу. Покиньте нас.
Что-то проворчав, Тормунд встал. Манс чувствовал, как Харма смотрит ему в затылок, но, в конечном итоге и она подчинилась. Изабелла Берд медленно вынула ладонь из-под плаща.
— Прошу прощения, капитан Эйнсворт. Мои спутники беспокоятся о том, что кто-то посягнёт на их образ жизни и традиции.
— Понимаю, — дружелюбно ответил Эйнсворт, — вы живете в суровых условиях, которые воспитывают суровых людей. Как бы то ни было, Новый Лондон открыт для торговли. Если вы будете поставлять нам еду, мы, в свою очередь, будем поставлять вам уголь.
Уголь! Это огромная редкость на севере, поскольку вольные люди не занимались добычей угля, хотя он знал, что некоторые кланы пещерных жителей имели доступ к этому ресурсу. Манс видел уголь только в замковых кузницах, поскольку этот материал горел дольше и жарче.
— Хорошее предложение, капитан Эйнсворт. — Манс встал, по привычке смахнув с брюк воображаемый снег.
— Великолепно! — Просиял мужчина, вставая и протягивая руку. — Надеюсь на долгое и плодотворное сотрудничество.
Манс крепко пожал руку. Жест ему вполне понравился.
— В знак нашей искренности и начала отношений, мистер Рейдер. — Эйнсворт выдвинул ящик и достал странный металлический предмет. — Энфилд.
Манс принял предмет и внимательно осмотрел его. У него была четко очерченная рукоятка, похожая на рукоять кинжала, соединенная с тонкой трубкой. Взявшись за рукоять, Манс обнаружил, что его указательный палец сам собой лёг на одну линию с небольшим рычажком.
«И что дальше? Что мне с этим делать?»
— Эта вещь... выглядит ценной. — Выдвинул он предположение.
— Ну, лично я предпочитаю револьвер Адамса. Энфилд — слишком громоздкий, однако, если вам понадобится убить кого-нибудь... он убьёт.
Манс перехватил оружие, — а это именно оружие — более осторожно.
"Такая маленькая штуковина, — оглядел он инструмент с недоверием и лёгким недоумением, — может убивать?
— Если это всё, мистер Рейдер...
Лидер Вольного Народа оторвал взгляд от револьвера.
— Некий Чарли Ричмана сказал, что моя группа может расположиться на ночь под восточной клеткой? Я говорю по клетки с лебёдками, которые поднимаю и опускают людей.
— Разумеется. Никто вас не побеспокоит, если вы отбудете следующим утром, — Эйнсворт обошел стол и повел его к лестнице, — Новый Лондон ждет нашей следующей встречи и вашего доброго слова.
Манс начал спускаться вниз, оставив мужчину в комнате. Он взглянул на странное оружие в своих руках и спрятал его, пока спутники не заметили. Присоединившись к ним на нижнем этаже, Манс наконец-то выдохнул. Он и не подозревал о том, что всё это время держал в груди чуть больше воздуха, чем нужно...
Обновлено: 02.02.2026