Глава 5 — Глава 5:Встреча с дедом II

Попрощавшись с тётей Розье и взяв немного денег — всего каких-то 400 галеонов (в те времена приблизительно 4068 или 2800 долларов), Айзек вместе с Абернэти покинули поместье Розье. Это был первый раз, когда Айзек покинул поместье и впервые вышел за его пределы. Как только они вышли, Айзек активировал своё экстрасенсорное восприятие и обнаружил, что за поместьем следят из четырёх мест по два человека. И это не удивительно, учитывая статус Винды Розье как последователя Грин-де-Вальда. Айзек поначалу думал, что они трансгрессируются, но нет — их ожидала карета с фестралами. Он видел их — да, он видел их в фильме и игре, но видел их сейчас. Хотя в этом нет ничего удивительного, ведь он квинси и ещё когда родился, видел смерть матери. Честно говоря, он впервые услышал, что «фестралов могут увидеть лишь те люди, которые видели смерть». Он подумал, что это ляп, ведь в фильмах показали, что их видят только Гарри и Лагвуд. Учитывая, что, познав смерть, можно их увидеть, то почти все должны видеть их, ведь в жизни мы можем стать свидетелями смерти: например, можем увидеть смерть животного (питомца или скота), можем случайно наступить на муравья или любое другое насекомое, можем увидеть, как засыхает растение, или когда соблюдаем гигиену — убиваем кучу микробов. Ну, надеюсь, вы поняли смысл. Но при этом их не видят другие ученики. Возможно, некоторые скажут, что «чтобы увидеть их, ты должен увидеть смерть близкого человека». К таким выводам можно прийти по словам Полумны о том, что она после смерти своей мамы начала видеть их, а Гарри видит их из-за того, что видел смерть родителей, когда ему был год. Но в игре «Хогвартс: Наследие» после смерти человека из Министерства, которого на глазах ГГ съел дракон, мы можем видеть фестралов. Так что либо фестралов можно видеть только после того, как увидишь смерть человека (хотя это тоже спорно), либо Джоан Роулинг до конца не додумала, что именно означает «познать смерть». С такими раздумьями они сели в карету. --- Когда они сели в карету, Айзек спросил у Абернэти. — Мисте… — Господин Айзек, как я говорил при нашем знакомстве, вы можете звать меня просто Абернэти. — Кхм… Хорошо. Абернэти, а мы сейчас куда направляемся? — Во Французское Министерство магии для получения разрешения на вашу встречу с вашим дедом. Как вы, возможно, знаете, господин Геллерт Грин-де-Вальд в своё время хотел помочь всем жителям волшебного мира с благими намерениями. Он считал, что волшебный мир должен перестать прятаться от мира магглов и подчинить всех магглов, как когда-то маги подчинили себе другие магические расы, пока магглы не стали достаточно сильны. Я, Винда, Гриммсон, Кралл, Керроу, ваша бабушка и ещё много людей решили поддержать вашего деда. Мы хотели сделать вашего деда президентом Международного Министерства Магического мира… — он всё это произносил как верный фанат, который пытается переманить тебя в свой фан-клуб. Но следующее предложение он начал с раздражением. — И всё бы у нас получилось, если бы не этот Дамблдор со своим Ньютом Саламандером. Но из-за их вмешательства всё пошло наперекосяк. И тогда ваш дед, увидев, что, несмотря на его мирные способы, некоторые люди всё равно не принимают его идеи, с тяжёлым сердцем решил подчинить весь волшебный мир силой и объявил «Международную войну волшебного мира». В конце которой он проиграл Альбусу Дамблдору и был заточён в Нурменгард. Хотя как проиграл… это просто ваш дед, увидев, как невинные маги умирают, а другие, которые противятся его идеям, несмотря на жертвы невинных, продолжают войну, решил проиграть Дамблдору. Услышав всю историю с его точки зрения, Айзек не знал, что и думать. Конечно, он знал благодаря сценарию и фильмам, что больше половины всего сказанного — правда, а остальное — чушь. Но если бы он не знал оригинал, он мог бы повестись на это. Но меня волновал один вопрос: как, бл*, такой фанатик преступника номер один в мире до сих пор на свободе? Но ответа я не получил. А Абернэти продолжил. — Так что, чтобы вы могли встретиться с ним, мы должны получить разрешения от четырёх стран, хотя я уже всё необходимое подготовил. Осталась только одна вещь: вы должны доказать, что являетесь родственником вашего деда. Вам волноваться не о чем — у вас просто возьмут каплю крови. Потом нам придётся подождать проверку и уже идти за следующим разрешением. Тут уже я сам задал вопрос. — Разве Министерство уже не должно знать о моём существовании? — Я задал этот вопрос не для вида, а потому что и вправду было интересно. В игре «Хогвартс: Наследие» мы могли найти книгу с пером, которое автоматически пишет имена родившихся магов, и у чистокровных семей есть волшебные гобелены. А учитывая, что Министерство считается правительством магического мира, то у них должна быть такая штука. — О, как бы сказать… Да, Министерство должно знать о вас, но о вас должно знать именно ваше Министерство магии. И в вашем случае это Министерство магии Британии. — Но я же родился во Франции? — Да, возможно, вы родились здесь, но ваше гражданство будет определяться гражданством вашего отца. А чтобы поменять его, у вас должны быть родители, ближайшие родственники или вы должны быть совершеннолетним. А ещё Министерство не обращает на вас внимания до вашего одиннадцатилетия. После этого разговора мы долетели до Министерства, и что тут сказать — обычное правительственное учреждение, где люди ходят туда-сюда, а ещё письма и документы сами летают. Мы поднялись на 44 этаж и подошли к какому-то усатому человеку со странной накидкой. Они, похоже, с Абернэти знакомы. После их недолгого разговора этот усач посмотрел на меня, разглядывал, а потом попросил, чтобы я поднял указательный палец. Не знаю как, но, просто ткнув в мой палец своей волшебной палочкой, он отделил от него каплю крови и поместил в бутылку, которая бог знает куда-то улетела. А мы с Абернэти пошли в комнату ожидания. То есть я сам ждал, а Абернэти, сказав, что он должен сделать какую-то работу, ушёл. Пока я ждал его, мне стало скучно, и, достав один галеон, я начал подбрасывать его. И пока я его подбрасывал, я вдруг вспомнил, как меня зовут, а именно: Айзек Блэк Гонт Грин-де-Вальд. Но здесь моё главное внимание было обращено на слово «Блэк», и, учитывая, что я вспомнил о нём, играясь с галеоном, то понятно почему. А именно — наследство, как я помню канон. Когда Сириус попал в тюрьму, почти всё наследство Блэков, кроме той части, которая досталась Сириусу, было распределено между их дальними родственниками (Малфой, Лестрейндж и Тонкс). А учитывая, что тут я родился, то наследство не должно быть распределено, конечно, кроме доли Сириуса. Нужно будет спросить Абернэти, когда он вернётся. Честно говоря, из-за этих мыслей о наследстве я не заметил, как Абернэти вернулся, и с ним ещё сталкеры. Да, с тех пор как мы покинули поместье, за нами, а точнее за Абернэти, наблюдают два человека. Учитывая, кем он был, это неудивительно. — Абернэти, у меня возник ещё один вопрос, можешь на него ответить? — Да? — Ты же ведь знаешь, что я Блэк, а учитывая, что я только сегодня узнал об этом… И ещё я читал о них как об одной из самых богатых семей Британии. То есть есть ли у меня наследство? Или оно было разделено? — Ох, вы об этом? Можете не волноваться. Учитывая то, что вы являетесь прямым потомком основной семьи Блэк, никто, даже ваш дядя, не имеет права на свою часть наследства. А ещё мы прямо сейчас направляемся в Британию, чтобы получить второе разрешение оттуда. --- Внешность гг Фестрал