…
В следующие два дня Ходж Блэкторн не пересекался ни со Снейпом, ни с Квирреллом, так что ничего примечательного не случилось.
В последний день уикенда он заперся в библиотеке, разбирая успехи участников Клуба Причуд. Задача оказалась титанической. Одно лишь понимание их темпераментов и поведения на уроках заняло уйму времени – ведь никто не мог поручиться, что эти факторы не играют роли. Для своей первой научной работы Ходж решил действовать строго и основательно.
К вечеру он наконец наметил черновую структуру статьи. По его расчетам, кроме ссылок на модные теории магии, ему следовало бы найти время на сбор «чистых» экспериментальных данных. Когда это будет готово, он собирался показать материал профессору Флитвику.
Довольный, он потянулся и зевнул. Среди стеллажей в двух рядах от себя заметил вспышку рыжих волос.
Это был Рон Уизли – он с Гарри и Гермионой устроились на диване у низкого круглого столика и возбуждённо шептались. Перед ними лежал распахнутый фолиант, и по мере разговора лица их становились всё оживлённее, голоса – всё громче.
— Раз уж ему уже шестьсот шестьдесят пять лет, к современным его точно не причислишь, правда?
Ходж насторожился: пахло интересными сплетнями.
Через минуту в зал бурей ворвалась библиотекарша – мадам Пинс, пылая негодованием.
Гермиона вскочила и запинаясь принялась извиняться, но мадам Пинс взмахнула перьевой метёлкой и без лишних слов выгнала их «осознать проступок». Пока троица смущённо собирала вещи, Гарри заметил Ходжа между полками и подошёл к нему.
— Привет, Ходж, — неловко произнёс Гарри, отлично понимая, что тот видел сцену с мадам Пинс.
— Привет, Гарри, — отозвался Ходж. — Слышал, профессор Снейп вас вчера здорово прижал.
— А, этот бардак, — махнул рукой Гарри. — Мы уже уходили из клуба, и Рон сказал за его спиной… ну, кое-что. Снейп услышал, от души нас осыпал сарказмом, а я не удержался и огрызнулся. Потом… — он помрачнел. — Снял с нас двадцать баллов.
Ходж хоть и был в курсе, всё равно понимающе кивнул.
— Кстати, Ходж, — продолжил Гарри, будто стряхивая воспоминание. — Хотел тебя попросить об одном. Знаешь Невилла? Невилл Лонгботтом. — Когда Ходж кивнул, Гарри сказал:
— Не мог бы ты позволить ему вступить в клуб? Хоть на пару встреч, просто попробовать, почувствовать атмосферу…
Ходж на миг задумался. — Он вообще…
— Он согласен! — Быстро перебил Гарри. — Мы уже спросили. Ну, то есть, Гермиона спросила.
Хотя они и жили в одной спальне, самому Гарри заговорить с Невиллом мешало ощущение, будто он намекает на его тупость – что, правды ради, было недалеко от истины.
— Тогда договорились, — весело сказал Ходж. — Только предупреди Невилла: клуб временный, долго я тянуть не стану. Но пока он существует – почему бы не помочь.
— Отлично! Спасибо тебе огромное! — Просиял Гарри.
Новая неделя принесла Ходжу ощущение свежего начала.
В понедельник вечером профессор Макгонагалл объявила у себя в кабинете, что его временные дополнительные занятия окончены. Она явно возлагала на юношу большие надежды – угостила его имбирными печеньями и указала на статью в журнале Transfiguration Today как пример для подражания. На прощание даже одолжила номер журнала.
Ходж воспользовался полученным импульсом. На Астрономии, пока остальные наблюдали звёзды, он протянул профессору Синистре стопку звёздных карт и свою работу. Та была так поражена, что тут же присудила ему пять баллов – приятный бонус.
С этого момента, если не считать наполовину заброшенного Зельеварения, Ходж был свободен от репетиторств и мог распоряжаться временем сам. Он с головой ушёл в статью, выискивая в библиотечных сборниках полезные цитаты и выдержки.
Он словно ожил: наконец возможность раскрыть собственные способности. Например, он почти затёр до дыр страницы книги Понимание вашего мозга. Размышляя о возможности индивидуальных занятий, он и не заметил, как настал день единственного за неделю урока по Зельеварению.
Впереди класса стоял Снейп в своих развевающихся чёрных мантиях.
В его лице трудно было прочесть хоть тень эмоции, но вскоре Ходж понял: Снейп оправился после чёрной полосы – и теперь жажда мщения в нём пылала пугающе сильно.
Профессор велел ученикам раскрыть учебники, записать этапы, выбрать ингредиенты и приступить к варке. Пока когтевранцы и пуффендуйцы раскладывали принадлежности, у Ходжа уже минус пять баллов.
Потом Снейп начал обход класса. Каждый раз, проходя мимо Ходжа, он отпускал язвительные комментарии, передвигаясь заметно быстрее обычного – явный признак того, что получает удовольствие от своей мелкой мести.
Ученики обоих факультетов бросали на Ходжа сочувственные взгляды, гадая, что он сделал, чтоб вызвать ярость Снейпа. Но Ходж уже решил – пора ответить.
Когда Снейп вновь проплыл рядом, источая довольство и торжество, Ходж повернулся к соседке и нарочито громко произнёс:
— Лили! Одолжишь весы? Кажется, мои врут.
Шаги за спиной мгновенно замерли.
Лиза Турпин удивлённо посмотрела на него и придвинула медные весы ближе.
— Я Лиза, помнишь?
— Прости! Ошибся, думал о другом человеке, — спокойно сказал Ходж, не обращая внимания на ледяную волну злобы, впивавшуюся в затылок. Вряд ли Снейп решится колдовать при всех… если только не выйдет из себя окончательно.
Пока в его котле томилось зелье, Снейп взял себя в руки. Он вернулся к кафедре, взглядом, острым как лезвие, быстро скользнул по классу и зацепился за Ходжа – молнией, но на миг.
Ходж сделал вид, что вчитывается в инструкции на доске, одними губами произнеся: Квиты.
До конца урока Снейп к нему больше не подходил и ни единого совета не дал. Казалось, он вообще обходил глазами весь участок вокруг Ходжа, словно тот стал невидимкой, игнорируя даже тихие вопросы Лизы. Ходж понял: вот он, компромисс Снейпа – молчаливый обмен, его равнодушие в ответ на Ходжево молчание.
— На этой неделе клуб собирается? — Спросила Лиза, неуклюже взвешивая печень летучей мыши.
— Небольшая встреча, пара человек, — ответил Ходж. Не зря он выбрал её в напарницы. — Подожди, прежде чем класть печень, помешай зелье палочкой. Когда тебе удобно собраться?
— О, в любое время подойдёт, — улыбнулась Лиза.
— Договорились.
Глядя, как его настой становится прозрачным, цвета летнего неба, Ходж мысленно составлял список: Лиза, Невилл, Терри – если всё пойдёт по плану, их результаты станут центральными в его исследовании и заслужат отдельного упоминания.
Полдень. Большой зал.
Столовая была идеальным местом для слухов и пересудов. За обедом Ходж краем уха уловил своё имя за соседним столом. Послушав немного, понял – его внесли в список жертв Снейпа.
Он закатил глаза: если подобный список и впрямь существовал, весь Гриффиндор в нём наверняка занимал бы верхние строчки.
Ходж отмахнулся от разговоров, но настоящий отклик их зельеварного урока настиг его только на следующий день.
…
Обновлено: 03.02.2026