Глава 31 — Глава 31

Нимфадора отвела взгляд и села на место. Лицо её побледнело, Ремус мягко взял ее за руку. «Кто это и куда дели мальчика Гарри, такого милого, доброго мальчика? Нет, гриффиндорец не может так себя вести, мы ожидали столкнуться с обидой, а здесь лютая ненависть!» — Мисс Тонкс, вы не ответили на вопрос: сколько штук из свиты этого урода вы ликвидировали? — У Ордена другие задачи… — Например, прятаться за спиной у подростка? — Вы кого-то убили, — обеспокоенно сказал Люпин. — Герми, озвучь, пожалуйста. — За истекший месяц упокоено сорок девять тварей. — Убийство убивает душу, — монотонно процитировал директора Люпин. — А я и не убиваю людей. — Но сорок девять человек… — Не человек, а бешенных животных, опасных для общества. В цирке я видел обезьяну, которая ела суп ложкой. Она человек? Нет, она обезьяна. Если Упивающиеся ведут себя как стая бешеных собак, то мне неинтересно, говорят ли они на человеческом языке и похожи ли они на людей внешне. Это бешеные твари, их не переубедить. Они выбрали путь силы и ничем другим их не пронять. Они не желают слышать чужого мнения, чужих желаний. Переубедить фанатиков нельзя, только ликвидировать. — Добро должно быть с кулаками? — Конечно. — А как же право на ошибку? — Ошибка и преднамеренное предательство — вещи разные. — Значит, враг не человек? — Конечно. — И кого ты считаешь врагами? — Любое существо, желающее зла мне, моей семье или моей стране. Нормальный человек не может желать мне зла. Если желает — он враг. Врагов надо уничтожить. Если страна не защищает своих детей, то пусть река крови промоет мозги её правителям! Авось протрезвеют. — Гарри, так нельзя, тебя будут считать монстром! — Тонкс была обескуражена. — Это разрушит порядок, сложившийся в Магическом мире за последние века. — Такой порядок мне не нравится, и я не против, если он исчезнет вместе со всеми магами Британии. Не считаю их достойными жить. Хватит прятаться за чужой спиной, пусть оторвут свои задницы от мягких кресел и сами защитят свои семьи. — А что делать тем, кто физически не может защититься, кому не на кого надеяться? — спросила Тонкс. — Надеяться на семью, друзей и государство, которое и существует для того, чтобы защищать слабых. А что делает ваше Министерство Магии? Вспомните прошлогодние декреты Амбридж. Резервации для кентавров, учётные бирки для русалок, а про оборотней, мистер Люпин, вы лучше меня знаете. Сотня глупцов никогда не выберет умного министра. Они выберут только самого лживого и беспринципного, который наобещает им разные привилегии. Выборы министра — это глупость. Волшебники не контролируют экономику, ею занимаются гоблины. Нельзя допускать к управлению страной торгашей. Они продадут всё, и Родину на сдачу! Систему сбора налогов и выдачу лицензий я возьму у маглов. Она проверена временем. Платить будут все. Не будет в Визенгамоте прогульщиков и старых спящих маразматиков. Не можешь? Не занимай место. Подготовил закон, который я посчитал вредным — сиди дома, законы будут разрабатывать другие люди. — Ты уверен, что компетентен во всех вопросах? — У меня будет Совет из профессионалов в разных областях. Но они будут отвечать не отставкой, а головой. Безнаказанность рождает вседозволенность. За власть надо отвечать. За попытку провести выгодный им, а не стране закон подыхать будут страшно, на заседании Визенгамота, в присутствии полного состава, прессы и родственников! — Гоблины устроят новую войну. — Я не тороплюсь. Завтра Том Реддл придёт к власти и начнёт потрошить гоблинов. Пусть гоблины воюют с Упивающимися. Я подожду, пока им это надоест. — Но сколько погибнет людей! — И какое я к ним имею отношение? Не забыли, я лжец и массовый убийца? — Твой приговор отменён министром. — А моя отсидка с дементорами тоже отменена? А украденное детство тоже отменяется? — Гарри, нельзя же так. Ну, прости. Люди не виноваты…. — Они привыкли верить в грязь, которую выливал на меня «Ежедневный пророк», так зачем мне их переубеждать? Пусть сдохнут, мне и убеждать никого не придётся, война же… — Гарри, ты стал жесток. — Спасибо нашему светлейшему из светлых и всему магическому миру. Они приложили для этого массу сил. Пора рассчитаться… за удовольствия в прессе. Кстати, передавайте мой пламенный привет Рите Скиттер и её подельнику, главному редактору Тофти. Люпин и Тонкс сидели и смотрели в стол. Они были подавлены увиденным и услышанным. Гарри молчал, а Гермиона продолжила: — Кроме этого, производился поиск и уничтожение крестражей одной неназываемой скотины. — Прости, что? — А-а-а, так наш светлейший дедушка не только меня использовал втёмную? — О чём ты говоришь? — Спросите у Альбуса, сколько крестражей сделал наш Томми. Кстати, если любезные гоблины не согласятся с моим ультиматумом, то послезавтра их начнут грабить и убивать пачками. Когда им это надоест, предложите им снова мои условия. Правда, цена подрастёт, но за удовольствия надо платить. — А сколько этих… крестражей? Где их искать? И зачем они нужны Тому-Которому? — очнулась и решила внести немного конструктива Тонкс. — Я знаю местоположение всех. Три мной уничтожены, до остальных я пока не могу добраться. Без них Томми не сможет возродиться. Пока существует хоть один из них Волан-де-Морта нельзя убить окончательно. Впрочем, я думаю, что директор всё это прекрасно знает. — Может быть, Орден Феникса и Министерство Магии помогут тебе с поисками? — Сначала доживите до послезавтра, — с усмешкой посоветовал Гарри, — вам еще студентов из Хогвартса эвакуировать. — Ты знаешь, как уничтожить Того-Кого-Нельзя-Называть? — Да. Вам это не поможет, это личное. — Мы можем надеяться на тебя в главном сражении? — Нет, мне некого защищать. Спасибо скажите Альбусу и Министерству. — Гарри, детские обиды пора забыть. — Ребёнка отправили к дементорам полным составом Визенгамота. Ничьи извинения я не приму. Я больше не верю ни словам Дамблдора, ни министра, кем бы он ни был. Только Непреложный Обет, точка. — А формулировка обета подлежит обсуждению? Гарри немного подумал и сказал: — Да. Но если я почувствую, что на переговорах меня хотят обмануть, они немедленно завершатся. Второго шанса не будет. Мы с Гермионой проживём и в другой стране, с более адекватным населением, а лет через десять или двадцать посмотрим, что осталось от этого гадюшника. Не думаю, что тогда мне придётся кого-то уговаривать. — Гарри, ты можешь встретиться с Альбусом для согласования формулировки Непреложного Обета? — Я больше не желаю его видеть никогда. — Тогда с кем? — Не знаю, кто из вас переживёт завтрашний день, тот пусть и приходит. — Но ведь могут погибнуть дети, ученики Хогвартса! — Пусть о своих детях позаботятся их родители и преподаватели с аврорами. Им за это зарплату платят. Обо мне никто не позаботился, даже люди, называющие себя друзьями моих родителей. А в Мальчике-Который-Выжил они желали видеть только гадости. Если гадостей не было, они их придумывали. Передавайте мой пламенный привет редакции «Ежедневного пророка». — Гарри, позволь поинтересоваться, в последнее время случилось несколько странных смертей, когда у погибших разрывало голову. Вероятно это ты «упокоил» боевиков Того-Которого? — Люпин пытался очень аккуратно подбирать слова. Он боялся, что Тонкс с её гриффиндорской импульсивностью вмешается в разговор и всё испортит, а задание Дамблдора никто не отменял. — У меня есть свои методы, — уклонился юноша от ответа. — Гарри, за что ты так не любишь Дамблдора? Юноша протянул руку куда-то в сторону. — Акцио завещание родителей, — со стороны спален прилетел пергамент. Гарри протянул его Ремусу. Тот углубился в чтение, Тонкс заглядывала ему через плечо. Через некоторое время, Ремус поднял глаза от свитка: — Почему Альбус не исполнил завещание? — Я думаю, что ему глубоко безразличны всякие мелкие людишки, вроде вас или моих родителей. Захотел устроить маленький концлагерь для годовалого малыша и устроил! Захочет поиграть в вашу с Тонкс мучительную гибель — я вам не завидую. — Нет, что-то здесь не так. Надо разобраться… — Смотрите, мистер Люпин, чтобы за эти разбирательства наш светлейший из светлых не пристроил вас под топор, — ехидно проговорил Гарри. — Ремус, нам пора! — Тонкс поднялась и решительно направилась к двери. Гарри протянул Люпину их палочки. — Как с тобой можно связаться? — Хедвиг, иди ко мне, — ласково позвал юноша, и полярная сова приземлилась ему на плечо, — она прилетела ко мне через два дня после моего возвращения в Англию. Хедвиг, отправишься с этим человеком. Когда он попросит тебя принести письмо, найдёшь меня, — сова согласно ухнула и перелетела на плечо Люпина. -Ремус, в письме должны быть письменные гарантии глав родов о согласии с моим планом. И согласие совета директоров Гринготтса. Непреложный Обет все обитатели Хогвартса принесут немедленно, остальные по мере возможности. Помните, что сова принесёт от вас только одно письмо, второго шанса не будет. — А расстрельные списки ты уже подготовил? — ехидно спросила Тонкс, её облик стал неуловимо напоминать Беллатрису. — Разумеется, но они ещё не полные. За мерзость ответит каждый. Больше никогда Малфои, Амбриджи и всякие там Нотты не смогут жить в моей стране спокойно, и деньги их на этот раз не спасут. Я буду гонять их по всему миру, пока не поймаю и не упокою. Всех и каждого! Вот такой спорт себе устрою, сафари, пикси всех вас раздери.