Глава 13 — Глава 12. По дороге домой.

Глава 12. По дороге домой. Вечером с Аллеи Диагона вернулись Рон, Джинни, Гермиона и чета Уизли. После ужина ребята разбирали учебники и принадлежности для нового учебного года, который должен был начаться через три дня. Никто из друзей старался не вспоминать, что Гарри пробыл между жизнью и смертью две недели, а он и не хотел их об этом спрашивать. Он чувствовал, что Рон и Гермиона очень сильно за него переживали, поэтому Гарри привязался к ним еще больше – ведь они теперь его единственные близкие люди. Последние три дня летних каникул ребята провели за непринужденными дружескими беседами. Рон учил Гермиону играть в магические шахматы – единственное, где она была слабее его. Но, видимо девушку эта игра не очень прельщала, поэтому она чаще всего, проигрывая пару партий, возвращалась к чтению новых книг. Дамблдор, оказывается, ввел Рона и Гермиону в курс дела относительно частных уроков Гарри, избавив его тем самым от пояснений. За день до отъезда в школу все встали в шесть утра, чтобы как следует собрать свои вещи, а не искать что-то в последний момент. Вечером за ужином присутствовала легкая тоска среди учеников, но все же Гарри был рад вернуться в Хогвартс. Там, где нигде, он был счастлив. Утром в день отъезда, это была суббота, как это ни странно, все собрались достаточно быстро. К десяти утра все вещи были сложены у входной двери, а ученики готовы к выходу. Решили идти пешком, а Грюм и Люпин должны были аппарировать с вещами прямо к поезду. Гарри не удивился, что с ними пойдут авроры. — Так, мы должны дойти до вокзала Кинг Росс минут за двадцать-двадцать пять, — сказал мистер Уизли, который шел их провожать. – С нами еще пойдут три члена Ордена для защиты. Вперед! Гарри вышел на улицу вслед за Роном. Чета Уизли шла впереди, затем Рон и Джинни; потом шли два аврора, за ними Гарри с Гермионой, и замыкали процессию Тонкс с еще одним Членом Ордена Феникса. К всеобщему спокойствию, они добрались до вокзала за двадцать пять минут без происшествий. Привычно миновав барьер между платформами девять и десять, Гарри улыбнулся, увидев красный паровоз, испускающий огромные клубы белого пара. Ребята двинулись к Хогвартс-Экспрессу. На платформе было много учеников и родителей; как всегда стоял ужасный шум из-за животных, не желающих сидеть в своих клетках. Грюм и Люпин появились с вещами без десяти одиннадцать; ребята с их помощью затащили вещи в один из вагонов. — Ну, пришло время прощаться, Гарри, — сказал Люпин, протягивая парню руку. – Веди себя хорошо, ладно? И держи себя в руках. — Я помню, Римус! — ответил Гарри, пожимая руку, – Надеюсь, увидимся на зимних каникулах. — А ты сомневаешься? – засмеялся Римус. — Гарри, дорогой! – как всегда охнула миссис Уизли и крепко обняла его. — Гарри, будь начеку, — пожимая юноше руку, сказал мистер Уизли. — Ну, мы с тобой увидимся очень скоро, Поттер! – сказал Грюм, оглядывая платформу своим волшебным глазом. — Счастливо! – крикнула всем миссис Уизли, когда ребята садились в поезд. — Джинни, поищем купе? – спросил Гарри, беря в руки чемодан. — Ага, — ответила она, так же хватая свои вещи. — Мы скоро, — сказал Рон, который вместе с Гермионой ехали в купе для старост. Гарри и Джинни стали продвигаться по вагону в поисках свободного места. Наконец, найдя пустой купе, затащили туда вещи, и устало откинулись на сидения. — Привет, Гарри! – воскликнул Невилл, заглянувший к ним в купе. – Ты не возражаешь? — Конечно, заходи, Невилл, — ответил Гарри, помогая однокурснику затолкнуть чемодан на верхнюю полку. — А где Рон и Гермиона? – спросил Невилл, усаживаясь рядом с Джинни. — Они скоро придут, — ответила она за Гарри. – Они же едут в вагоне для старост. Ты забыл? — Ах, да! – сказал Невилл, хлопнув себя по лбу. — Как каникулы, Невилл? – спросил Гарри. — Как всегда, — уныло ответил тот. – Все по-старому. А как ты, Гарри? — В норме, правда, заболел сильно – две недели валялся с температурой, но сейчас все хорошо, — сказал Гарри. — Ты получил оценки за СОВ? – продолжил Невилл. – Я не ожидал, что смогу прилично сдать экзамены. Но, Гарри, ты не поверишь! — Что, Невилл? – заинтересовался Гарри. — Я получил “E” по зельям! – воскликнул Невилл. Это был его максимальный балл, полученный по этому предмету за все годы обучения. — Здорово, Невилл! – порадовался за одноклассника Гарри. Он знал, как Невилл всегда нервничал в присутствии Снэйпа. — Да, здорово. Но это ниже, чем необходимо для продолжения обучения на продвинутом уровне, — уныло сказал Невилл, чем немало удивил Джинни и Гарри. — А ты хотел учиться у Снэйпа еще два года? Ты же боишься его до смерти? — Я, конечно, не думал, что смогу получить высший бал, но все-таки, надеялся, — ответил Невилл. – А ты что получил, Гарри? — По практике я получил “О”, а по теории – “Е”, — ответил Гарри. – Я очень старался – мне нужны были высшие балы по зельям, Невилл. — Ты хочешь быть Аврором, Гарри? – спросил Невилл. — Да. А ты? — Ты знаешь, после твоих уроков в АД я тоже подумал о карьере Аврора, но… — скис Невилл. – Теперь мне не светит. — Не расстраивайся, Невилл, — попытался поддержать его Гарри. – Есть и другие важные профессии. — Да, конечно, — тихо сказал Невилл. – Я просто… я хотел стать Аврором, как папа. И чтобы отомстить за него и маму. Гарри был в шоке оттого, что сказал Невилл. Джинни тоже открыла рот от удивления. — А ты будешь продолжать учить нас в этом году, Гарри? – спросил Невилл, прервав тягостное молчание. – После твоих уроков я получил высший бал по Защите от Темных Сил. — Не знаю, Невилл, — уклончиво ответил Гарри. – Как будет с уроками. Ведь теперь предметы будут сложнее и домашних заданий, наверняка, будет больше. — Точно! – вмешалась в разговор Джинни. – К тому же, многие из тех, кто был в прошлом году, уже закончили школу. А остальные будут сдавать свои СОВ, как я и Луна. Гарри прав – надо разобраться с уроками. Тут дверь купе открылась, и вошли Рон с Гермионой. Оба рассерженные. — Этот хмырь, — выпалил Рон. — Малфой? – спросил Гарри, будучи уверенным. — А кто же еще? – воскликнул Рон. — Что он еще натворил? – спросила Джинни. — Он в своем репертуаре, — начала Гермиона. – Пихает всех подряд и грубит младшим курсам. Похоже, что на каникулах он не только вырос в длину, но еще и достиг нового уровня хамства. — И высокомерия, — добавил Рон. — Ну, это для меня не новость, — протянул Гарри, что не ускользнуло от Рона. — Кстати, Гарри, с каких это пор ты стал растягивать слова, как этот слизняк Малфой и наш любимый Снэйп? – спросил Рон. — Рон, ты сама вежливость! – съязвила Джинни, явно не видевшая в этом криминала. — Тебя это беспокоит, дружище? – спросил Гарри, по-прежнему чуть растягивая слова. — Я не хотел бы, чтобы ты хотя бы издалека был похож на эту парочку! – сказал Рон. — Ну, на Малфоя я не хотел бы быть похожим даже за все деньги мира, — продолжил Гарри, не меняя манеру чуть растягивать слова, — а вот чуть-чуть напоминать Мастера Зелий, я бы не отказался. — Ты спятил, Гарри? – не понял намека Рон и пришел в ужас. – Ты хочешь быть великим занудой с немытыми волосами? — Ну, я думаю, что Гарри имел в виду Снэйпа в той шикарной одежде, правда, Гарри? – подтрунивала над Роном Гермиона. — Да, и я не прочь еще раз увидеть профессора с двумя верхними расстегнутыми пуговицами на рубашке, — добавила Джинни. — Вы о чем? – спросил Невилл, явно не понимающий о чем разговор. — Да так, Невилл, — захихикала Гермиона, — просто мы стали свидетелями некоторых изменений во внешнем виде профессора Зельеделия. — Вы опять за свое! Неужели он так вам понравился? – негодовал Рон, чем вызвал дикий смех у друзей. — Что, Поттер, у тебя появился повод повеселиться? – протянул Драко Малфой, как всегда появившийся в дверях купе вместе с Крэббом и Гойлом. – Что ж, скоро у тебя их совсем не будет, так что, наслаждайся. Пока… Крэбб и Гойл заржали. — Пошел вон, Малфой! – кинула Гермиона. – Теперь у тебя нет значка “И”, чтобы чувствовать себя безнаказанным. — “И” – это первая буква слова идиот? – добавил Гарри, от души развеселив друзей. – Но, если ты хочешь, чтобы все знали, кто ты – я тебе могу его наколдовать, когда мы приедем в Хогвартс. — Очень смешно, Поттер, — ответил Малфой, явно уязвленный словами Гарри. – Кстати, я что-то не видел твоего ручного черного пса! Он, часом, не подох от вони Уизли? Гарри побелел от злости и полез за палочкой, но удержался в последний момент. Друзья посмотрели на него с опаской. — Заткнись, слизняк! – крикнул Рон, заступаясь за Гарри. – Или будешь иметь дело со мной! — Не надо, Рон, — остановил его Гарри. Он встал с места и подошел к ненавистной троице. – Я предупреждаю тебя, Малфой, в первый и последний раз, — отчетливо, но, по-прежнему чуть растягивая слова, сказал Гарри, глядя в голубые глаза Драко, — в прошлом году ты очень сильно мне досаждал, но тогда ты прикрывался юбкой этой старой жабы Амбридж. Теперь она, наверно, утирает сопливый нос уволенному Фаджу, а ты, Драко, если будешь доставать меня или моих друзей, то я сделаю так, что ты не закончишь Хогвартс. — Ты мне угрожаешь, Поттер? – сделав вид, что воспринял слова Гарри, как шутку, протянул Малфой. – То, что ты – любимчик старого дурака, не значит, что все должны расстилаться перед твоими ногами. — Малфой, я доложу о том, как ты отозвался о директоре Дамблдоре, когда мы приедем, — крикнула Гермиона, пораженная наглостью слизеринца. — Скажи, Драко, а тебя не волнует, что твои предки – подстилки Волдеморта? – нараспев сказал Гарри, еще больше напомнив всем о манере Снэйпа говорить. – Да, пока твой отец был в Азкабане, твоя мамаша не побывала под Темным Лордом? Малфой побелел от гнева, вытягивая палочку из внутреннего кармана мантии. — Да как ты смеешь, Поттер! – проорал Драко. — А вот так и смею! – спокойно ответил Гарри, сжимая палочку в кармане. – Почему тебе можно оскорблять чужих родственников, а мне нельзя? Или тебе выдали специальное разрешение, подписанное министром магии? Хотя, теперь там другой министр, а не прихвостень твоего папаши. — Заткнись, Поттер, или я тебя проучу! – крикнул Малфой, направляя палочку в грудь Гарри. Рон, Джинни, Невилл и Гермиона вскочили со своих мест, приготовившись к возможной атаке. Но Гарри махнул им, тем самым, подав сигнал не вмешиваться. — Я сражался на дуэли с Волдемортом, дважды отправлял твоего отца в нокаут. Неужели ты считаешь, что справишься со мной, Малфой? – все так же спокойно говорил Гарри, хотя внутри все кипело от гнева. – Но, если ты хочешь убедиться в том, что я сильнее тебя – прошу. И Гарри направил палочку в лицо Малфою, который инстинктивно вжался в стоящих сзади дружков. Видимо, Малфой не был уверен в своих силах, поэтому кивнул Крэббу и Гойлу выходить. — Пошли отсюда, мерзавцы! – кинула им вслед Гермиона. Когда троица удалилась, друзья начали осыпать Гарри восторженными отзывами. — Вот это да, Гарри! Как ты его опустил! – кричал Рон, от души смеясь над словами друга. – Боже, Гарри, и где ты так научился говорить? — Наверно, профессор Снэйп на каникулах подучил Гарри не только манере говорить, — намекнула Гермиона, стараясь не упасть от смеха. — Однозначно, Снэйп дал Гарри пару частных уроков своего фирменного сарказма, — подхватила Джинни. — Давно надо было поставить этого Малфоя на место, — подытожил Невилл. — Ну, я немного перегнул про подстилку, — сказал Гарри, и все повалились от смеха. В обед подъехала тележка со сладостями, и Гарри купил на всех шоколадных лягушек, сладкой нуги, бобов “Берти Боттс” и газировки. Друзья уплетали сладости, рассказывали анекдоты, периодически возвращаясь к “дружественно беседе” с Малфоем. Рон и Гермиона несколько раз ненадолго покидали купе, чтобы заняться исполнением обязанностей старост факультета. Время от времени к ним заходили ребята из АД и так же спрашивали о возобновлении занятий. Когда за окном стало темнеть, в купе вошла Луна Лавгуд. — Привет, Гарри, — как всегда мечтательным голосом сказала она, садясь рядом с Джинни и Невиллом. — Привет, Луна, — ответил Гарри. – Как каникулы? Вы с отцом ездили куда-нибудь в поисках интересных животных? — Неа, — сказала она. – Папа все лето работал. Так что мы отложили нашу поездку до лучших времен. — А что так? – поинтересовалась Джинни. — Ну, Министерство Магии все лето издавало пособия по защите дома от Упивающихся Смертью и Темного Лорда, — как будто это был вполне естественный процесс, ответила Луна. – Папа получил большой заказ на печать этих изданий, так что.… А как ты, Гарри? — Нормально, — ответил он, поняв, куда Луна клонит. Ему не хотелось обсуждать смерть Сириуса. Они болтали о всякой чепухе, затем снова принялись обсуждать АД, из-за чего Гарри пришлось изворачиваться изо всех сил. Он не мог им сказать до начала учебного года, что ему будут нужны дополнительные уроки по зельям или что-то в этом роде. Кстати, об этом он и хотел спросить у Дамблдора при первом же удобном случае – что ему говорить, если его кто-то спросит? Утверждать, что он посещает дополнительные зелья после того, как получил высшие балы на экзамене, было бы глупо. Даже Крэбб и Гойл при всех их тупости, поймут, что это ложь. Вернулся Рон с Гермионой, и друзья до конца поездки играли в волшебные карты шахматы. Хогвартс-Экспресс прибыл на платформу деревни Хогсмид, и ученики начали выходить из вагонов. Как только Гарри ступил на улицу, сразу же начал искать глазами Хагрида – великан, по традиции, плыл с первогодками до замка на лодках по озеру. — Первогодки, сюда! – раздался голос Хагрида. – Первокурсники, за мной к лодкам! Привет, Гарри! — Привет, Хагрид! – поздоровался Гарри, пожимая руку “большому” другу. — Хорошо, что сегодня нет дождя – я устал их вытаскивать из озера, — сказал Хагрид. Гарри с друзьями проследовали к каретам, возившим остальных учеников до школы. Он вспомнил, как в прошлом году впервые увидел этих странных животных – Фестралов – полулошадей, полурептилий. Они так же везли кареты к замку, снова напомнив Гарри о крестном. Именно на Фестралах он отправился с Отдел Тайн спасать Сириуса… Кареты подъезжали к величественному замку. Его многочисленные старинные башни упирались звездное в небо. Гарри учился в Хогвартсе уже шестой год, но никак не мог налюбоваться его красотой и величием. Территория замка была огромна, и Гарри за пять прошедших лет не узнал всех его секретов и не был на всей его территории. Его не могла не радовать мысль, что он возвращается домой, в Хогвартс. Ему не хотелось думать, что он не будет больше видеть всю эту красоту, когда закончит школу. От этой мысли становилось грустно. Но до этого момента надо еще дожить, — подумал Гарри и вылез из кареты, подъехавшей к воротам. Друзья проследовали за толпой учеников в Большой Зал, где уже все было готово к торжественному пиру, посвященному началу нового учебного года. Гарри сел за стол Гриффиндора между Роном и Гермионой. Его приветствовали соседи по столу, а так же ребята с других факультетов. Гарри посмотрел на учительский стол, проверяя состав преподавателей. К его величайшему удивлению, там сидела Тонкс, и не было Снэйпа. — Гермиона, смотри, Тонкс! – толкнул он в бок подругу и указал на стол преподавателей. – И Снэйпа нет! — Наверно, он задержался где-то, — сказал она. И, понизив голос до шепота, добавила, — на задании, каком-нибудь. — О, Гарри, смотри, Тонкс! – воскликнул Рон, увидев ее за столом учителей. – А она что здесь делает? — Рон, какой ты недогадливый, — поморщилась Джинни, садясь напротив троицы, — наверное, она будет новым учителем по Защите от Темных Сил. — Точно! – спохватился Рон. – А где Снэйп? — Не уж-то, он наряжается? – съязвил Гарри, и все друзья прыснули в пустые тарелки. Двери Большого Зала отворились, и толпа испуганных первокурсников, ведомая профессором МакГонагалл, прошла между факультетскими столами к преподавательскому столу, перед которым на высоком треногом табурете уже лежала распределяющая шляпа. Как обычно, перед церемонией распределения учеников на факультеты, шляпа пела песню. И вот старая, дырявая шляпа начала петь куплеты о различиях между четырьмя факультетами. — В этом году она поет нормальную песню, без предупреждений, — прошептал Рон Гарри. – Скорее бы все это закончилось, я умираю с голоду. — Когда же ты наешься, Рон? – съязвил Гарри. – Ты и так на три дюйма в год вырастаешь! — Тише вы! – прошипела Гермиона. Шляпа закончила петь, и зал зааплодировал. МакГонагалл развернула длинный пергамент с именами учеников, и, распределение началось. — Я всегда интересовался, а ошибалась ли шляпа с определением факультета? – спросил Рон, стараясь не думать о еде. – Если бы она определила Малфоя в Гриффиндор – я бы ее порезал на тряпочки. Гарри прыснул в тарелку, но подумал, что бы сказал Рон, узнай, что шляпа хотела отправить Гарри именно в Слизерин. — Не знаю, — ответил Гарри вслух. – В нее вложили свои мысли создатели Хогвартса – вряд ли она способна ошибаться. — Она может сомневаться, — вступила в разговор Гермиона. – Она же сомневалась, куда отправить меня – в Рэвенкло или в Гриффиндор. — А со мной она долго не думала – вся моя семья училась в Гриффиндоре, — сказал Рон. – А у тебя, Гарри? Она сомневалась, куда тебя отправить? Гарри не знал, говорить ему или нет о сомнениях шляпы. Вспомнив, что он рассказал друзьям о том, что Волдеморт дал ему часть своей силы, решил, что сможет этим им все объяснить. — Ну, вообще-то, — медленно начал он, косясь на друзей, — шляпа хотела направить меня в Слизерин… — Что? – вскрикнул Рон, чем привлек внимание соседей. – К Малфою и Снэйпу? — Да, в Слизерин, — продолжил Гарри. – Но я сам не захотел туда идти именно из-за Малфоя. Я попросил шляпу направить меня куда угодно, только не в Слизерин. Вот она и остановилась на Гриффиндоре. — Ну, это многое объясняет, Гарри, — мудро заметила Гермиона, в то время как МакГонагалл перешла к букве “Т”. – Волдеморт вложил в Гарри часть себя – шляпа не могла не заметить этого, поэтому и решила, что Гарри место в Слизерине. — Спасибо, Гермиона, ты избавила меня от объяснений, — благодарно сказал Гарри. Распределение закончилось, и Дамблдор поднялся с места. — Нашим новым ученикам мы говорим “Добро пожаловать!” – радостно сказал Дамблдор, широко разведя руки в знак приветствия. – Для тех, кто с нами не первый год — “Добро пожаловать назад!” Вы все, несомненно, проголодались, поэтому самое время перекусить. Дамблдор сел, закинул длинную седую бороду на плечо и принялся за еду. Зал наполнился звуками ножей и вилок, а так же шумными разговорами учеников. Когда все наелись и напились, Дамблдор вновь поднялся с места. Мгновенно все разговоры и смех стихли – еще одна традиция – речь директора перед началом года. — Сейчас я попрошу вашего внимания, — начал Дамблдор уже более серьезным тоном, отчего многие напряглись. – Вы все прекрасно помните, что в конце прошлого учебного года министерство магии сделало заявление о возвращении Темного Лорда. В зале все дружно вздохнули. Гарри был рад, что Дамблдор не назвал имени – большинство волшебников боится произносить имя Волдеморта вслух. — К сожалению, министерство магии сделало это заявление лишь через год после реального возвращения Темного Лорда, — продолжал директор. – Но лучше поздно, чем никогда. В течение летних каникул слуги Темного Лорда несколько раз нападали на семьи маглов, а так же было совершено нападение на министерство магии с целью уничтожить будущего министра. Некоторые в зале охнули от этой новости – похоже, что многие не знали об этом. — Им этого сделать не удалось, — говорил Дамблдор, — новый министр магии вступил в должность 31 августа. Им стал очень уважаемый человек, фамилию которого большинство из вас не раз слышали, а многие учились с его сыном. Дамблдор сделал паузу, и Гарри понял, о ком говорил директор. — Сын министра был убит Лордом Волдемортом два года назад во время Турнира Трех Волшебников, — сказал Дамблдор и зал охнул. Многие поняли, о ком шла речь. – Я говорю о Седрике Диггори. Его отец – Амос Диггори – новый министр магии. В свете возвращения Темного Лорда, и возможной опасности нападения на учеников, походы в деревню Хогсмид временно прекращены. Недовольный гул в зале. – Это необходимо для вашей безопасности, — продолжил директор. – Кроме того, я вынужден буду прибегнуть к серьезным наказаниям, вплоть до исключения, к нарушителям границ территории. Всем ученикам запрещено покидать территорию школы и входить в запретный лес без сопровождения учителя. Дамблдор сделал паузу, и уже более приятным тоном продолжил объявления. — Теперь о более приятных вещах. Я рад вам представить нашего нового учителя по Защите от Темных Сил — профессора Нимфадору Тонкс, — некоторые засмеялись, увидев, что невысокая девушка будет учить их защите. – Не смотря на то, что профессор Тонкс очень молода, она является Аврором министерства магии, что говорит о ее высоком уровне знания предмета. И все смешки сменились воодушевленными возгласами ребят. — Надеюсь, она не такая сумасшедшая, как это Грюм, — протянул Малфой. — Что, не можешь его забыть, хорек? – сказал Гарри, покатываясь от смеха. — Отбор желающих в команды для участия в Межфакультетском турнире по Квиддитчу, — продолжил Дамблдор, когда шум стих, — будут проходить… Тут дверь Большого Зала распахнулась, и все повернули головы, чтобы посмотреть, кто вошел. Это был Снэйп. Он шествовал уверенной походкой к учительскому столу. По мере его прохождения между столами, все ученики начинали что-то яростно обсуждать, глядя на профессора. Когда Снэйп прошел мимо Гарри, тот понял, почему все шептались – Мастер Зелий появился в том виде, который так не давал покоя Рону. На нем были шикарные черные лаковые ботинки; черные, слегка расклешенные книзу, брюки; черная шелковая рубашка с металлическим отливом и темно-зеленая мантия из очень дорогого материала. — Мы рады приветствовать слегка запоздавшего профессора Снэйпа, — прервал шепот Дамблдор, явно обрадованный появлению Мастера Зелий. Дамблдор подождал, пока Снэйп сядет на свое место за столом, и закончил фразу, — как я говорил, отбор желающих в команды для участия в Межфакультетском турнире по Квиддитчу состоится через две недели. Все желающие должны обратиться к мадам Хуч. Это все, что я хотел вам сказать – вы можете идти отдыхать. Но школа продолжала обсуждать новый имидж Снэйпа. Проходя к дверям, Гарри отчетливо слышал, как девочки из Рэвенкло отзывались о новом Мастере зелий. — Ты видела его мантию? Такая стоит целое состояние – не меньше 200 галеонов, — восхищалась рыжая четверокурсница. — Когда он уложил волосы, он стал похож на кинозвезду, правда немного мрачноватую, — перебила ее подружка. — Я никогда не видела, чтобы он расстегивал верхние пуговицы на рубашке! – не умолкала рыжая девочка. — И зря! Ему очень идет! И что он раньше собой не занимался? – недоумевала девушка. — Ну, что, теперь создадите Фан-клуб Снэйпа? – фыркнул Рон, спугнув подружек. — Успокойся, Рон, — смеялся Гарри. – Он не похож на Локхарта. — Неужели? Теперь только и буду слышать восторженные возгласы от девчонок про его волосы, мантию, ботинки и расстегнутые верхние пуговицы! – негодовал Рон. — Ну, Снэйп знает свое дело, прежде всего, — заметила Гермиона, показывая первокурсникам дорогу в гостиную Гриффиндора. – К тому же, почему это тебя так задело? Он что, не мужчина? Может же он нравиться женщинам, когда захочет! — В самом деле, Рон, — вмешалась Джинни, — я же говорила, что он произведет фурор, если появится в школе в таком виде. — К тому же, уверен, что это до первого урока, — решил закончить перепалку Гарри. — Ты о чем? – спросил Рон. – Ты думаешь, что он только на пир так вырядился – из-за этого, наверно, опоздал… — Нет, Рон, — усмехнулся Гарри, — его внешний вид не гарантирует, что он будет таким же шелковым по отношению к ученикам, которые делают что-то неправильно на его уроках. — Ты прав, Гарри! Раз на них прикрикнет – вся любовь прошла, — согласился Рон. — И все-таки, он сексуальный в этом виде! – ляпнула Джинни и убежала вперед компании, громко смеясь. Гарри зашелся в приступе хохота, глядя на выражение лица Рона.