Ли Ан тихо спросил:
— Что за история с этим тигром с нависшими веками и белым лбом?
Скрываясь в его теле, Чай Цуйцяо ответила:
— Изначально он был зверем-людоедом с хребта Цзинъян. Упав со скалы, он по счастливой случайности попал в пещеру отшельника времён династии Тан и получил некоторое наследие. С тех пор он перестал есть людей и назвал себя «Великий Тигр».
«Какой, к чёрту, Велики Тигр? Может Тигруля? Парень, ты часом не из передачи „Спокойной ночи, малыши!“ сбежал?..»
— А что насчёт Одноглазого Гиганта?
— Он полукровка. Его мать была потомком древнего клана гигантов Фэнши, а отец — хилым учёным.
— ? — Ли Ан был озадачен. Он неопределённо указал на размеры Одноглазого Гиганта. — Такое возможно?
— Всё не так, как ты думаешь… Его отец в молодости отправился в столицу на императорские экзамены и укрылся от ливня в пещере.
После минутного молчания Чай Цуйцяо неловко продолжила:
— Оказалось, его отец был весьма искусен в рисовании. Прячась от дождя, он от нечего делать достал альбом для набросков. После того как дождь прекратился, он покинул пещеру и продолжил путь на экзамены, перед этим кое-что сделав...
— … — Глаз Ли Ана дёрнулся. — То есть ты хочешь сказать та пещера…
— Именно, — смущённо подтвердила Чай Цуйцяо. — Лучше тебе не упоминать об этом в присутствии самого Гиганта. На прошлом пиру он убил кучу чудовищ деревянной дубиной.
«Ладно, мир полон чудес.».
Глаз Ли Ана продолжал неконтролируемо дёргаться, пока он расспрашивал о происхождении, характерах и сильных сторонах других чудовищ. Чай Цуйцяо, которая при жизни любила читать сборники рассказов, обладала сильной способностью собирать информацию и делать выводы. Подглядев и подслушав на паре пиров, она разузнала большую часть сведений о чудовищах.
Как и говорила Чай Цуйцяо ранее, чудовища, пришедшие на пир, не выказывали подозрений по отношению к Ли Ану и остальным из-за того, что те были живыми. Они лишь с любопытством взглянули на них, а затем отвернулись, чтобы продолжить болтать с другими чудовищами.
В конце концов, способность противостоять такому количеству чудовищ и не быть подавленным их мощной демонической аурой служила доказательством того, что члены команды были «инородными», принадлежащими к тому же виду.
— Мы все здесь, так почему же Горный Демон не прибыл? — хрипло крикнул чумной призрак, покрытый ядовитыми язвами.
— К чему спешка, — взмахнул своей мухобойкой Тигр-даос, на его лице расплылась широкая ухмылка. — Разве он не всегда прибывает последним каждый год? Вероятно, он появится после того, как солнце полностью зайдёт.
— Раз так, давайте сначала приберёмся в Зале Дасюн Бао. — Старый Крысиный Монстр с вороватыми глазами и худым телом хихикнул, взмахнул своей рясой, и из его пустых, раздутых рукавов, словно водопад, высыпались бесчисленные упитанные бурые крысы.
По мановению его когтистой руки, масса тёмных крыс у его ног хлынула в Зал Дасюн Бао, словно получив приказ.
Бесчисленные упитанные крысы зашевелились под статуей Будды Шакьямуни, объединили усилия, чтобы поднять её, принесли откуда-то деревянные доски и подложили их под основание статуи. Затем они выкатили статую из Зала Дасюн Бао и поставили её на открытом дворе.
Крысы эффективно повторили этот процесс, убрав все статуи Будды из Зала Дасюн Бао. Они даже принесли мётлы и совки, чтобы смести пыль. Всего за несколько минут они вычистили зал дочиста, так что он засиял, как новый.
Эта эффективность превзошла даже современные клининговые компании.
Группа чудовищ шумно поднялась по ступеням и вошла в Зал Дасюн Бао. Они схватили подушки, запрыгнули на постаменты по обе стороны и уселись на них, как утончённые учёные и гости на человеческом пиру.
Син Хэчоу и остальные переглянулись, нашли укромное место, чтобы сесть, и наблюдали, как группа крыс умело принесла свечи из кладовой храма и зажгла их, пока в Зале Дасюн Бао не стало светло как днём.
Затем крысы вынесли из кладовой ящик за ящиком костяных фарфоровых чашек, вымыли их дочиста водой из ручья за горой и расставили чашки перед подушкой каждого гостя.
Пир ещё не начался, а демоны уже устроили шум: то играли в кости, то метали стрелы в узкогорлые бутылки, играя в «игру с бросанием».
Ничего не поделаешь. В ту эпоху человеческие развлечения были довольно скудными, почти без каких-либо новых забав. Пиры в основном сводились к тому, чтобы заставлять других пить, заниматься взаимной лестью, сочинять стихи и смотреть, как танцуют красивые женщины; вот, в общем-то, и всё.
Что касается пиров демонов, то было всего три вида развлечений: питьё, азартные игры и игры. Они даже опустили часть с танцующими красавицами — в конце концов, виды были разные, и эстетические стандарты тоже.
Сногсшибательная красавица в глазах Крысиного Монстра была для других чудовищ всего лишь большой крысой с бегающими глазками.
Несравненная красавица в глазах духа-скелета была для других чудовищ не более чем набором костей, в лучшем случае, с костями чуть белее.
Скудость развлечений заставляла этих грозно выглядящих, шумных демонов казаться команде группой деревенщин, никогда не видевших мира.
«Нам бы и вправду сводить этих чудовищ в современный ночной клуб, дать им понять, что такое „развлечения“ и „вечеринки“».
Ваньли Фэндао бормотал про себя, но тут услышал, как Ли Ан тихо сказал:
— Дамы и господа, не хотите ли разбогатеть с помощью некоторых необычных предметов?
— Что? — Син Хэчоу был поражён и поспешно прошептал: — Сяо Ли, мы сейчас приближаемся к критическому моменту. Не создавай лишних проблем.
Согласно конфиденциальной информации Бюро по особым делам, всевозможные органы чудовищ и дикорастущие сокровища обладали сверхъестественными свойствами, которые в руках некромантов из Китайской Академии Иных Учений (ещё одного официального сверхъестественного учреждения) могли быть переработаны в артефакты различных классов.
Даже если не превращать их в артефакты, разнообразные органы чудовищ можно было продать в системный магазин в обмен на некоторое количество Игровых монет.
— Не волнуйся, я уверен в себе, — усмехнулся Ли Ан, встал со своей подушки и энергично хлопнул в ладоши.
ХЛОП. ХЛОП. ХЛОП.
Шум постепенно утих, и многие демоны обратили своё внимание на Ли Ана.
Ли Ан оставался невозмутимым, открыто улыбнулся и небрежно сказал:
— Добрый вечер всем уважаемым старшим и гостям. Мы ученики даосского наставника Тан Тэна с заморского архипелага Атиёби, впервые посетившие это славное место, незнакомые с этой землёй и её обычаями. Если мы скажем что-то не так, просим вашего понимания.
«Эй, что ты делаешь?» — Видя, как демоны по обе стороны поворачивают головы, Син Хэчоу почувствовал и тревогу, и гнев. Незаметно для других, он осторожно потянул Ли Ана за штанину, его лицо при этом оставалось спокойным, как вода.
— Мы пришли в Срединные Равнины не только для тренировок, но и для обмена, чтобы обменять некоторые местные деликатесы на обратный путь.
«Местные деликатесы?» — Некоторые из чудовищ выказали презрение. Как люди гордились изобилием продуктов и богатством Срединных Равнин, так и чудовища с этих земель свысока смотрели на «варварские» территории за морем.
«Что хорошего может быть в таком богом забытом месте, что стоит обмена?»
Чудовища замолчали, но Ли Ан воспринял это спокойно и вытащил из рюкзака раздутый полосатый мешок.
Он достал из мешка старинную на вид деревянную шкатулку. Открыв её, он показал зелёный сферический предмет внутри.
Шар был круглым и шершавым, словно склеенным из обломков травы и дерева, и издавал странно притягательный аромат.
Суперконцентрированный шарик кошачьей мяты с Taobao за 80 юаней, богатый феромонами непеталактона. Он мог свести с ума любую кошку. Даже самая холодная, гордая и целомудренная большая кошка, учуяв его аромат, покорно «разденется» и позволит себя гладить кому угодно.
Обновлено: 14.01.2026