Глава 18 — Глава 18

[Абонементы ФК «Сандерленд» на новый сезон полностью раскуплены за два дня] [Билетная лихорадка перед матчем с «Барсой»! В очереди у касс собралось более двух тысяч человек] [Владелец «Сандерленда» Сан Ли благодарит фанатов за поддержку и думает, как отплатить им за любовь] Читая заголовки, Брендан недовольно цокнул языком. Для фаната «Ньюкасла» такие новости были как кость в горле. — С ума сойти. Цирк какой-то устроили. Нашли из-за чего шум поднимать. На самом деле Брендан не был фанатичным фанатом «сорок». Он жил в Гейтсхеде, в районе Феллинг, а не в самом Ньюкасл-апон-Тайне. Но то, что он был страстным любителем футбола – факт неоспоримый. Упустить шанс увидеть «Барсу» на Северо-Востоке он просто не мог. Узнав, что сосед болеет за «Сандерленд», он попытался выпросить билет, но получил решительный отказ. — Прости, мой ребенок очень хочет пойти… Похоже, годы насмешек вышли Брендану боком – сосед не на шутку обиделся. Брендан едва не плюнул в экран телефона. — Ты же холостяк, черт тебя дери! И всё же он не был готов стоять всю ночь в очереди у кассы. Приходилось рассчитывать на трансляцию, хотя предсезонные игры показывают крайне редко. В этот момент телефон пискнул. Сообщение от Майлза, того самого соседа-фаната: — Еще один способ посмотреть матч «Сандерленд» – «Барселона». — Да он издевается! — вскипел Брендан. Сначала он подумал, что это очередная подколка, но, присмотревшись, увидел ссылку на видео. Он кликнул по ней, и на экране появился молодой человек в безупречном костюме. — Мы получили невероятный отклик на серию предсезонных матчей. Нам искренне жаль, что стадион не сможет вместить всех желающих. Зная, что его не слышат, Брендан проворчал: — Раз жаль, так сделай что-нибудь! — Но у нас ведь есть футбольные пабы, не так ли? — Продолжил человек на видео. — Какие пабы, если трансляции нет… — Мы договорились с футбольными пабами по всему Сандерленду, чтобы вы могли посмотреть эти три матча там. Ищите на входе символ ФК «Сандерленд», — игрушечного черного кота. Эта новость заставила Брендана встрепенуться. Он подался вперед, едва не уткнувшись носом в экран. — Однако не забывайте, что пабы-партнеры – это территория ФК «Сандерленд». Пожалуйста, соблюдайте дресс-код. Как только зашла речь о дресс-коде, камера отъехала назад, и картинка сменилась. Теперь на экране улыбалась азиатская красавица в реплике формы «Сандерленда». Она как-то неуверенно сжимала пальцы, будто замирая на жесте «виктория», и в этой неловкости было свое очарование. Брендан усмехнулся. Надеть футболку домашней команды – не такое уж суровое требование. В пабах Сандерленда и так не рискнешь показаться в форме «Ньюкасла», если только ты не мастер единоборств, способный раскидать толпу в тридцать человек. «Ладно, купить одну футболку я вполне могу себе позволить». Тем временем «девушка-талисман» на экране начала давать пояснения. Голос у неё был четкий, как у профессионального диктора. — Приезжаете издалека? Не волнуйтесь! Отели-партнеры ФК «Сандерленд» ждут вас! Предъявите билет на матч и получите скидку! Обязательно ищите черного кота у входа! Да уж, похоже, перспективы у них куда светлее, чем у «Ньюкасла». Пусть в футбол они играют хуже, но менеджмент работает на голову выше. А когда уровень управления настолько разнится, результаты на поле обычно не заставляют себя долго ждать. Так было с «Челси» и «Ман Сити», которые в мгновение ока стали топ-клубами. — Черт, может, и мне начать за них болеть? Абонементы на этот год уже закончились, придется ждать следующего. Но для начала можно сходить на игры Лиги 1. Как только закончатся матчи с грандами, надо будет снова попросить соседа достать билетик. Так решил для себя Брендан. *** Чем ближе был день матча, тем сильнее накалялась атмосфера. На улицах всё чаще мелькали люди в красно-белых футболках «Сандерленда». Наблюдая за этим, Брайан прослезился и сказал, что чувствует себя так, будто вернулся на тринадцать лет назад. — Мы еще никуда не вернулись, — осадил я его. — Какой ты холодный. — Клубом нужно управлять с холодной головой. На самом деле я и сам несколько ночей не мог сомкнуть глаз от волнения. Ведь за холодной головой всегда должно стоять горячее сердце. За три дня до игры бессонница доконала меня окончательно, и я отправился на ночную прогулку. Ноги сами принесли меня к клубхаусу академии – к тому самому общежитию для молодежи, где я жил тринадцать лет назад. Это всё Брайан виноват. Накаркал со своим «возвращением в прошлое». «У тебя талант, бро. Ты точно станешь профи». — Ошибся ты, приятель, — прошептал я. Я замер, глядя на окно комнаты №13 на четвертом этаже, которую мы когда-то делили с Брайаном. Там горел свет – значит, кто-то живет там и сейчас. Внезапно тишину нарушил окрик: — Эй! Вы что тут делаете?! Ко мне подбежал парень, чей вид больше подошел бы солдату, чем футболисту: короткий ежик волос, а над головой – ценник в восемнадцать миллиардов вон. Джек Магуайр, наш воспитанник, стоял передо мной и тяжело дышал. — Дядя, сюда нельзя. Вас выгонят. Посторонним вход на базу и в общежитие строго запрещен. Джек выпалил это как скороговорку и завертел головой, словно ищейка на охоте. Затем он протянул мне руку, но как-то странно, ладонью вперед. — Дать пять? — Не понял я. — Вы же за автографом пришли? Если нет формы или мяча, могу расписаться прямо на футболке. С моей подписью вы её за сотню фунтов толкнете. — Вряд ли, — усмехнулся я. Я не особо разбираюсь в моде, но всю одежду мне выбирает Хиджу, а она закупается исключительно в люксовых бутиках. Так что эта футболка сама по себе стоит несколько сотен фунтов… А, может, с его автографом цена как раз и упадет до сотни? — Так не нужен автограф? — Переспросил он. — Нет, почему же. Давай. Автограф будущего франчайз-игрока стоимостью в восемнадцать миллиардов – дело серьезное. Ради такого не жалко и дорогую вещь подставить вместо блокнота. Я натянул край футболки, и Джек уверенно расписался. Видно было, что он долго тренировался. — Как вас звать-то? — Ли Хисон. Можешь звать просто Сан. Рука Джека замерла. — Но… это же имя нашего владельца. — Всё верно. Я и есть ваш новый владелец… Но ты дописывай, не отвлекайся. Джек замялся на мгновение, но всё же эффектно закончил роспись. — Часто практикуешься? — Спросил я. — Тренировался. Но не подумайте ничего такого, футбольные тренировки у меня на первом месте. Просто… сейчас автограф – это единственное, что я могу дать фанатам. Джек помрачнел. Чтобы разрядить обстановку, я сменил тему: — А ты-то что здесь делаешь? Тренировка основы давно закончилась. — Друга жду. А, вот и он! Эй! Живее шевели булками! Я обернулся и увидел молодого человека лет двадцати на вид. Хотя, если он живет в молодежном общежитии, ему, скорее всего, нет и двадцати. Просто из тех, кто выглядит старше своих лет. — Не ори, оглохну. Кто это с тобой? — Спросил подошедший. — Наш владелец. — Что? Что он тут делает ночью? «Просто не спится». — Рад знакомству, сэр. Меня зовут Йони, — представился он. Йони… Я уже слышал это имя. «Следующий игрок, о котором я хотел рассказать – наш распасовщик. Йонас Мюллер, но мы зовем его Йони». — Йони? Йонас Мюллер? — Да, сэр. Йонас Мюллер. Черт, он не выглядит старше – он и есть игрок основы. Просто я запутался. Я постарался изобразить дружелюбную улыбку, украдкой глядя на его лоб в лунном свете. Стоимость – двадцать семь миллиардов вон. Если будет прогрессировать, станет твердым игроком основы в топ-клубе. Может, и не такой гений, как в свое время Хендо, но для нынешнего «Сандерленда» это настоящий бриллиант. Его нужно беречь. Не дать сломаться и не позволить другим клубам его увести. — Но почему игрок первой команды живет в молодежном общежитии? — Меня недавно вызвали из дубля, а на мою зарплату жилье в городе снять сложно. Раньше клуб разрешал оставаться здесь, так что я пока держусь за это место… Йони вдруг осекся и напрягся. — Сэр… мне нужно собирать вещи и уезжать? — Живи сколько влезет. Я бы вообще хотел, чтобы ты остался здесь до конца карьеры. Чтобы ни в какой другой клуб не ушел. Я сказал это в шутку, но в каждой шутке была доля правды. Йони мягко улыбнулся. — Тогда буду в вашем распоряжении. Джек тут же начал ворчать: — Давай уже, зарабатывай деньги и переезжай в центр. А то мне таскаться сюда тяжело. — Таскаться? — Переспросил я. В ответ Джек указал на свой рюкзак. — Принес перекусить. Камберлендские сосиски. — Сэр, посмотрите, какой он глупый, — усмехнулся Йони. — Пытается накормить немца английскими сосисками. Несмотря на слова, Йони не выглядел недовольным. Настоящая дружба. — Сэр, не желаете присоединиться? Я взял с запасом, — предложил Джек. Я улыбнулся: — Если хозяин комнаты не против. Йони, разумеется, возражать не стал. Спустя некоторое время мы втроем сидели в его комнате и резали сосиски. — Даже холодные – объедение. — Еще бы! Домашние, — гордо заявил Джек. — У твоей мамы золотые руки. — У его матери всё получается идеально… кроме сына, — вставил Йони. — Заткнись, Йони! — Это комплимент, Джек. Моя мама, например, вообще ничего не умеет готовить… кроме сына. Они немного попикировались, а потом снова мирно принялись за еду. Они вместе с юношеской академии, неудивительно, что понимают друг друга с полуслова. Глядя на то, как Джек уплетает сосиски вместе с зауэркраутом – немецкой квашеной капустой, которую ему подложил Йони, – я окончательно убедился в их крепкой связи. Англичане обычно не жалуют овощи с сосисками. Брайан, например, даже к кимчи не притронулся. — Сэр, а какая у нас цель на сезон? Можем мы рассчитывать на выход в Чемпионшип? Я уже собирался ответить, как и говорил в прессе: цель – выход в Чемпионшип в этом году и в Премьер-лигу в следующем. Но прежде чем я успел открыть рот, Джек со вздохом произнес: — Помню последний матч прошлого сезона… Мы возвращались с выезда, и я увидел маленького пацана в нашей форме. Он плакал. Ему и десяти лет не было. И это мы заставили его плакать. Лицо Джека, обычно суровое, исказилось от боли. Казалось, он сам сейчас разрыдается. — Я готов давать автографы хоть до потери пульса. Плевать, что рука отвалится, я же защитник, мне ауты нечасто вбрасывать. Но я не хочу быть игроком, который может дать фанатам только автограф. Йони серьезно кивнул: — Я тоже давно в Сандерленде. Это мой второй дом. Я знаю в лицо многих болельщиков… Не хочу их разочаровывать в этом году. Они нравились мне всё больше. Талант, который жалко тратить на третью лигу, и железный характер, несмотря на юный возраст. — Этот сезон будет другим, — твердо сказал я. — Мы обязательно пойдем на повышение. Как владелец, я обеспечу вам любую поддержку. — Спасибо, сэр. Если честно, я и сам жду многого от этого сезона. Новый тренер, предсезонка с «Барсой»… Джек просиял, но Йони оставался задумчивым. Он спросил тихим голосом: — Сэр, пригласить «Барсу», «Реал» и «Баварию» – это же безумно дорого. У клуба не будет проблем с финансами? — Я делаю всё, чтобы мы вышли в плюс, — ответил я. Большая игра – большие деньги. Я уверен, что мы окупимся за счет билетов, мерча и маркетинга, но в этом бизнесе не бывает стопроцентных гарантий. — Но даже если расчет окажется неверным и мы уйдем в минус, я не пожалею. Я посмотрел на них: на гения за двадцать семь миллиардов и на нашего воспитанника за восемнадцать миллиардов. Если считать это тратами на их рост, то никакие убытки не страшны. — Если рассматривать это как вклад в развитие команды, то это не самая дорогая инвестиция. — Ого, как красиво сказано! Сэр, можно я запишу это на диктофон? — Не смей. Забудь немедленно. Не хватало еще, чтобы мои пафосные речи пошли в народ. — Игрокам нужно помнить всего три слова. И ни «финансы», ни «владелец» в них не входят. Джек и Йони вытянулись, словно сурикаты. — Три слова? Может, «Фанаты, Счет, Тактика»? — Или «Мяч, Линия, Позиция»? Я лишь усмехнулся в ответ. В этой серии из трех матчей они сами всё поймут.