Скелет, бывший генерал армии Региоса Ламбер был ошарашен, глядя на лезвие меча, который держал в руках. На его поверхности отразился скелет в броне. Глубоко в черепе светился алый свет, который можно было увидеть через глазницы.
Ламбер понял, что его обратили в нежить. Но его сила воли и сожаление были куда сильнее, чем мог себе представить Манига. Всё же тот не мог представить, что перед ним был великий герой, убитый во время объединительной войны.
— Ч... Что это... Что это...
Его голос почему-то не изменился. Он вырывался из черепа, там где было скопление маны.
— Всё же я умер... А королевство Региос...
И в этот момент в голове всплыл бой с Грифом. А ещё прекрасное лицо Аврелии, он вспомнил, как она предала его.
— ... Нет, это не предательство. Для короля... Это было необходимо.
Хоть он и сказал себе это, но чувства не покидали его. Ведь они были друзьями, так он считал, и верил в это.
Ламбер использовал свой меч не столько ради страны, сколько ради Аврелии. Он бы не пожалел, даже если бы пришлось отдать жизнь за неё. Но она же признала его опасным и убила, что опечалило мужчину сильнее всего.
«Из-за своих сожалений я переродился как монстр? Какой же я жалкий...»
Ламберу стало стыдно за себя.
Он чувствовал ману в своём черепе. Она была источником нынешней силы Ламбера. Он понял это инстинктивно, думал уничтожить источник и покончить с собой, но вспомнил.
«Война... Я ведь не знаю, что случилось с королевством Региос...»
Ламбер подобрал лежавший шлем и надел на голову. Пока он в доспехах, люди не догадаются, что он нежить.
Его предали и убили, но он хотел, чтобы его страна закончила войну и Аврелия правила всеми западными странами.
«И всё же... Кто они?»
Он посмотрел на труп, лежавший позади. Нижняя часть тела мальчишки валялась в луже крови. Это был некромант Манига, убитый Ламбером.
В свои восемь лет он освоил белую магию своего знаменитого рода, но замарался запрещённой магией мёртвых, при этом был настоящим гением. Играючи он мог обрушить на деревню полчища нежити и уничтожить её, а потом создать новых мертвецов, это было для него обычным делом.
Он рассматривался как опасный и высококлассный маг «Свистящего демона» и за его голову была назначена награда. И опасность заключалась в том, что он находился в пятиступенчатой классификации монстров на третьей строке с конца даже над огром. Для его убийства требовалось восемь рыцарей.
Манигу приравнивали к этому самому огру по силе. Вот только в этот раз он не был готов, и напали на него неожиданно.
«Он вроде сказал, что хочет уничтожить королевство Региос. Значит он из Макюраса? Неизвестно, сколько я проспал, но похоже война ещё не закончилась. Гриф, увидеть бы твою физиономию, когда я приду...»
Видя лежавшую вдалеке верхнюю часть тела Маниги, Ламбер вздохнул.
«И всё же эти мрази из Макюраса сделали что-то настолько ужасное. Отправили этого щуплого мальчишку прямо на поле боя в долину Оргран. Похоже им не хватает людей. Тогда им стоит поскорее сдаться...»
Ламбер вспомнил лицо, преисполненное ужасом, увиденное за миг до смерти парня, потому он и считал его не профессионалом. Если ты далёк от этого, то просто не готов к тому, что тебя могут убить. Хотя Ламбер не знал, что мальчик был некромантом, погубившим многие деревни.
То же относилось и к Бруигу. В чистой магии он был сильнее Маниги, и боевого опыта у него было больше. Его навыки превосходили всех обычных магов. Время активации и возможность мгновенного чередования заклинаний никому даже не позволяли приблизиться к нему. Даже первоклассный рыцарь мог лишаться возможности двигаться, когда застревал в земле, а потом уже умирал. Испытывая ужас перед ним, его называли «Земляной паук Бруиг».
Старик считал, что один на один никогда не проиграет. Он всегда вначале хватал с помощью земли, и никогда не думал, что его рассекут пополам, нанеся прямой удар.
Всего этого Ламбер не знал, да и не волновало его всё это.
«Активировал быстро, но силы не хватило. Да и времени было в избытке, чтобы сбежать, когда он понял, что ко мне вернулось сознание. Неужели они даже ослабленного возрастом старика привести додумались...»
Во время, когда жил Ламбер сила была всем. Если ты владел мечом и магией, то должен был биться каждый день. И если ты не мог развиваться в этих условиях, то тебя ждала лишь смерть. И Ламбер стоял на вершине воинов того времени. Относительно мирно жили лишь дети и старики.
«Низко использовать ребёнка и старика. Не только ради моей страны, но и ради людей вражеской страны, эта война должна поскорее закончиться...»
Ламбер был переполнен неверно истолкованным чувством справедливости, пока бежал по долине.
И пока бежал, перед глазами всплыло лицо Аврелии. Прекрасные светлые волосы и полные решимости голубые глаза. На бархатной коже аккуратные и полные силы брови. Только перед ним она иногда позволяла себе девичью улыбку.
Ощущая боль в груди, Ламбер схватился за неё. Но под бронёй была лишь пустота и кости. Он коснулся глаз и понял, что слёз не было, потому лишь одиноко усмехнулся.
Обновлено: 12.01.2026