[Однажды, когда проделки бабочек стали особенно невыносимыми, к ним пришёл Мудрый Владыка, услышав дурные слухи об их поведении.]
Он задал им всего один вопрос:
[Говорят, нет места, куда вы не можете попасть. Это правда?]
[Мы можем попасть куда угодно!] — с важностью ответили бабочки.
[Даже в тюрьму, откуда нет выхода?]
[Конечно!]
[А, как насчёт пустыни без выхода?]
[И туда можем!]
[Тогда...а в этот маленький кувшин, из которого невозможно выбраться?]
[Очевидно же!]
В тот же миг надменные бабочки оказались в ловушке.
И только тогда они осознали, какую ошибку совершили. Но было уже слишком поздно.
[Это всё?]
[И это весь конец?]
История обрывалась на этом.
Джульетта недовольно пролистала несколько следующих страниц, но дальше начиналась уже совсем другая сказка.
Она задумчиво уставилась в пространство.
[Шаловливые бабочки…]
Мягкое слово. Но если они сами себя загнали в ловушку, поддавшись на хитрость, их злость вполне понятна.
[Люди всегда рассказывают истории так, как им выгодно.]
(Слишком удобно для человека, не находишь?)
Знакомый голос прозвучал прямо рядом, и Джульетта, вздрогнув, подняла взгляд.
В просторной карете, запряжённой четвёркой лошадей, рядом с ней устроилась большая чёрная пантера.
Её присутствие делало и без того тесное пространство почти клаустрофобным.
Увидев зверя, Джульетта неожиданно почувствовала радость.
«Привет, Мяу.»
(Это грубо.)
Пантера презрительно щёлкнула языком, но, в отличие от прошлых встреч, её отражение в зеркале уже не было заковано в золотые цепи.
[Это... из-за ранения змеи?]
[Может, сила змея ослабла, и теперь пантеру ничто не сдерживает?]
[Если так, то всё случившееся было не напрасно.]
Джульетта почувствовала лёгкую гордость, но пантера с высокомерием спросила:
(Откуда у тебя эта книга?)
«Друг подарил.»
(Странная история. Не похожа на ту, что знаю я.)
«В каком смысле?»
(В том, что в той версии твоим предком был тот самый “Мудрый Владыка”.)
Джульетта нахмурилась. В голову пришла лишь одна фамилия.
«Кирьен Монед?»
(Похоже, так его и звали.)
Кирьен Монад - её пра-пра-прадед. Первый граф Монед.
Один из столпов основания Империи, получивший титул Хранителя от первого Императора и оставивший семье загадочный ключ. (Он был мошенником.) — с презрением сказал чёрный зверь. (Он воспользовался доверием этих наивных бабочек, чтобы исполнить собственные желания. А потом, нарушив обещание, навсегда заточил их.) «Обещание?» (Он пообещал, что освободит их, если они позволят ему использовать их силу.) Джульетта моргнула. Она и раньше подозревала, что Кирьен пользовался силами тёмных сущностей ради своих целей. [Но…освободить их?] (Вместо того чтобы вечно быть привязанными к артефакту и служить людям, он пообещал вернуть их в их родной мир. Разорвать связь.) «И это было возможно?» (Может, и было. Но твой предок оказался либо слишком хитрым, либо слишком трусливым. Вместо того чтобы исполнить договор, он обманул бабочек и запер их в так называемом “поле”.) «Поле?» (Не знаю, как вы это называете, но ты ведь видела его. Бабочки не раз водили тебя туда, к дверям.) Джульетта вспомнила. Как теряла сознание и оказывалась перед огромной дверью, через которую снова проживала свои прошлые жизни. (Мы можем попасть куда угодно! Помнишь?) И правда, когда обрушилась подземная тюрьма, именно через такую дверь бабочки вывели её наружу. [Так это “поле” - не просто пространство, а…что-то вроде отражения памяти?] [Место, где можно пройти сквозь измерения и переживания?] Она где-то уже слышала такое. О существе, способном очищать тёмную энергию, свободно перемещаясь между мирами. Джульетта на мгновение замолчала, погружённая в раздумья. «То есть…Кирьен Монед пообещал бабочкам свободу, а сам…» (…так и не выполнил обещание.) Джульетте было не столько больно осознавать, что её предок оказался обманщиком, сколько - что бабочек обвели вокруг пальца, и они, не ведая подвоха, провели сотни лет в заточении. В памяти всплыли слова, однажды сказанные её дедушкой по материнской линии, Лионелем Лебатаном: [Чтобы поймать демона, нужны две вещи - самоуверенность и ложь.] «Это действительно так важно - выбраться из артефакта и вернуться в свой мир?» — спросила Джульетта. (Конечно. Даже если ты можешь перемещаться куда угодно, быть навеки прикованным к одному месту невыносимо.) «А как это сделать?» (Что. Как?) «Что нужно, чтобы освободить их из артефакта?» (Неужели ты собираешься сделать это вместо своего предка?) — с усмешкой заметила чёрная пантера. (Лучше уж надеяться, что эти глупые бабочки вообще ещё живы.) «Ах...» В словах зверя таилась обжигающая правда. Джульетта по наивности полагала, что, как только поймает змея, бабочки вернутся сами. [Но теперь, после неудачи, она не находила себе места, что, если с ними уже что-то случилось?] Грохот. Карета остановилась. Впереди раздался голос рыцаря: «Мы пересекли границу!» Они въехали на территорию Севера. Тук-тук. «Сделаем привал.» — раздался стук в дверь. В тот же миг чёрная пантера исчезла, словно её и не было.
Зато младший дракон, крошечный Оникс, тут же распахнул глаза. «Грррук?» Едва дверь распахнулась, как он первым выпрыгнул наружу. Холод его нисколько не смутил. К тому же, благодаря любви служанок, для Оникса сшили крошечную накидку с капюшоном. Маленький дракон в небесно-голубом плаще радостно катался по снегу, будто впервые в жизни видел его. Хрусть. Он откусил большой кусок снежка, и тут же подпрыгнул от неожиданности. «Мью? Эчх…» Снег оказался холодным и совершенно безвкусным. Оникс недовольно затряс головой, чем вызвал всеобщий смех. «С этого момента, территория герцогства.» — сказал рыцарь, протягивая руку, чтобы помочь Джульетте выйти из кареты. Сквозь мягкий снегопад она на миг задумалась. [Я вернулась.] [С момента её отъезда с Севера прошло уже несколько месяцев. Вроде бы и времена года сменились, но из-за внезапной зимы казалось, будто она никуда и не уезжала.] [Север - земля, любимая зимой.] Подняв глаза, Джульетта увидела всадника на чёрном жеребце. Мужчина с тёмными волосами направлялся прямо к ней. [Я думала, что никогда сюда не вернусь.] «Джульетта.» — позвал он. Леннокс держал поводья и протянул ей руку: «Иди ко мне.» Она молча подошла. Он легко посадил её перед собой в седло, и они неспешно поехали по заснеженной тропе. Путь по снегу был нелёгким, кареты и лошади продвигались медленно. Пока рыцари перестраивались и наводили порядок в колонне, Леннокс и Джульетта отъехали чуть вперёд, в сторону леса. Топ. Благородный чёрный жеребец, несмотря на грозный вид, шёл мягко и осторожно. Он, будто понимая, кого несёт, двигался плавно, бережно. Леннокс остановил коня у края леса. Отсюда открывался вид на белоснежные просторы, и хотя обстоятельства не располагали к отдыху, в этом моменте было что-то умиротворяющее. «Ты о чём-то тревожишься?» «А?» «Ты всё время теребишь перчатку.» Джульетта посмотрела на руки. Одна из перчаток действительно потерялась, а вторую она машинально мяла в ладони. Не раздумывая, убрала её в карман. «Много мыслей…Думаю, завалило ли снегом крышу оранжереи, выдержит ли мост, как там задний двор…» «Боишься, что лисьи семьи замёрзнут с голоду?» «Что?» Она удивлённо посмотрела на него и…кивнула. «Да, об этом тоже.» Будто прочёл её мысли. «И ещё…» — Джульетта заговорила тише: «Змей.» «Ммм?» «Говорят, он жил очень-очень долго. Но…разве можно так долго жить с ненавистью в сердце?» [Чёрная пантера говорила, что змей сошёл с ума от ярости к людям рода Карлайл.] Но Джульетта никак не могла принять это безоговорочно. Леннокс ничего не сказал, вместо ответа он просто надел ей на руку свою чёрную кожаную перчатку. Перчатка была слишком большой - мужская, грубая на вид, но тёплая. Джульетта молча наблюдала за его руками - крупными, сильными, но такими осторожными. «Сто или даже двести лет - не срок, когда любишь…или ненавидишь.» Фраза прозвучала неожиданно сентиментально. Джульетта слабо улыбнулась. [Наверное, это из-за тепла, которое осталось в перчатке.]
Один из столпов основания Империи, получивший титул Хранителя от первого Императора и оставивший семье загадочный ключ. (Он был мошенником.) — с презрением сказал чёрный зверь. (Он воспользовался доверием этих наивных бабочек, чтобы исполнить собственные желания. А потом, нарушив обещание, навсегда заточил их.) «Обещание?» (Он пообещал, что освободит их, если они позволят ему использовать их силу.) Джульетта моргнула. Она и раньше подозревала, что Кирьен пользовался силами тёмных сущностей ради своих целей. [Но…освободить их?] (Вместо того чтобы вечно быть привязанными к артефакту и служить людям, он пообещал вернуть их в их родной мир. Разорвать связь.) «И это было возможно?» (Может, и было. Но твой предок оказался либо слишком хитрым, либо слишком трусливым. Вместо того чтобы исполнить договор, он обманул бабочек и запер их в так называемом “поле”.) «Поле?» (Не знаю, как вы это называете, но ты ведь видела его. Бабочки не раз водили тебя туда, к дверям.) Джульетта вспомнила. Как теряла сознание и оказывалась перед огромной дверью, через которую снова проживала свои прошлые жизни. (Мы можем попасть куда угодно! Помнишь?) И правда, когда обрушилась подземная тюрьма, именно через такую дверь бабочки вывели её наружу. [Так это “поле” - не просто пространство, а…что-то вроде отражения памяти?] [Место, где можно пройти сквозь измерения и переживания?] Она где-то уже слышала такое. О существе, способном очищать тёмную энергию, свободно перемещаясь между мирами. Джульетта на мгновение замолчала, погружённая в раздумья. «То есть…Кирьен Монед пообещал бабочкам свободу, а сам…» (…так и не выполнил обещание.) Джульетте было не столько больно осознавать, что её предок оказался обманщиком, сколько - что бабочек обвели вокруг пальца, и они, не ведая подвоха, провели сотни лет в заточении. В памяти всплыли слова, однажды сказанные её дедушкой по материнской линии, Лионелем Лебатаном: [Чтобы поймать демона, нужны две вещи - самоуверенность и ложь.] «Это действительно так важно - выбраться из артефакта и вернуться в свой мир?» — спросила Джульетта. (Конечно. Даже если ты можешь перемещаться куда угодно, быть навеки прикованным к одному месту невыносимо.) «А как это сделать?» (Что. Как?) «Что нужно, чтобы освободить их из артефакта?» (Неужели ты собираешься сделать это вместо своего предка?) — с усмешкой заметила чёрная пантера. (Лучше уж надеяться, что эти глупые бабочки вообще ещё живы.) «Ах...» В словах зверя таилась обжигающая правда. Джульетта по наивности полагала, что, как только поймает змея, бабочки вернутся сами. [Но теперь, после неудачи, она не находила себе места, что, если с ними уже что-то случилось?] Грохот. Карета остановилась. Впереди раздался голос рыцаря: «Мы пересекли границу!» Они въехали на территорию Севера. Тук-тук. «Сделаем привал.» — раздался стук в дверь. В тот же миг чёрная пантера исчезла, словно её и не было.
Зато младший дракон, крошечный Оникс, тут же распахнул глаза. «Грррук?» Едва дверь распахнулась, как он первым выпрыгнул наружу. Холод его нисколько не смутил. К тому же, благодаря любви служанок, для Оникса сшили крошечную накидку с капюшоном. Маленький дракон в небесно-голубом плаще радостно катался по снегу, будто впервые в жизни видел его. Хрусть. Он откусил большой кусок снежка, и тут же подпрыгнул от неожиданности. «Мью? Эчх…» Снег оказался холодным и совершенно безвкусным. Оникс недовольно затряс головой, чем вызвал всеобщий смех. «С этого момента, территория герцогства.» — сказал рыцарь, протягивая руку, чтобы помочь Джульетте выйти из кареты. Сквозь мягкий снегопад она на миг задумалась. [Я вернулась.] [С момента её отъезда с Севера прошло уже несколько месяцев. Вроде бы и времена года сменились, но из-за внезапной зимы казалось, будто она никуда и не уезжала.] [Север - земля, любимая зимой.] Подняв глаза, Джульетта увидела всадника на чёрном жеребце. Мужчина с тёмными волосами направлялся прямо к ней. [Я думала, что никогда сюда не вернусь.] «Джульетта.» — позвал он. Леннокс держал поводья и протянул ей руку: «Иди ко мне.» Она молча подошла. Он легко посадил её перед собой в седло, и они неспешно поехали по заснеженной тропе. Путь по снегу был нелёгким, кареты и лошади продвигались медленно. Пока рыцари перестраивались и наводили порядок в колонне, Леннокс и Джульетта отъехали чуть вперёд, в сторону леса. Топ. Благородный чёрный жеребец, несмотря на грозный вид, шёл мягко и осторожно. Он, будто понимая, кого несёт, двигался плавно, бережно. Леннокс остановил коня у края леса. Отсюда открывался вид на белоснежные просторы, и хотя обстоятельства не располагали к отдыху, в этом моменте было что-то умиротворяющее. «Ты о чём-то тревожишься?» «А?» «Ты всё время теребишь перчатку.» Джульетта посмотрела на руки. Одна из перчаток действительно потерялась, а вторую она машинально мяла в ладони. Не раздумывая, убрала её в карман. «Много мыслей…Думаю, завалило ли снегом крышу оранжереи, выдержит ли мост, как там задний двор…» «Боишься, что лисьи семьи замёрзнут с голоду?» «Что?» Она удивлённо посмотрела на него и…кивнула. «Да, об этом тоже.» Будто прочёл её мысли. «И ещё…» — Джульетта заговорила тише: «Змей.» «Ммм?» «Говорят, он жил очень-очень долго. Но…разве можно так долго жить с ненавистью в сердце?» [Чёрная пантера говорила, что змей сошёл с ума от ярости к людям рода Карлайл.] Но Джульетта никак не могла принять это безоговорочно. Леннокс ничего не сказал, вместо ответа он просто надел ей на руку свою чёрную кожаную перчатку. Перчатка была слишком большой - мужская, грубая на вид, но тёплая. Джульетта молча наблюдала за его руками - крупными, сильными, но такими осторожными. «Сто или даже двести лет - не срок, когда любишь…или ненавидишь.» Фраза прозвучала неожиданно сентиментально. Джульетта слабо улыбнулась. [Наверное, это из-за тепла, которое осталось в перчатке.]
Обновлено: 12.01.2026