Глава 167

«Графиня Монед!» Из подъехавшей кареты выскочило знакомое лицо. Джульетта, слегка наклонив голову в удивлении, тут же распахнула глаза. «Эмма?» Эмма была внучкой мадам Илены - старой знакомой Джульетты. Несколько месяцев назад они вместе ездили на юг по приглашению госпожи Илены. «Как давно мы не виделись, графиня!» — с румянцем на щеках воскликнула Эмма. На ней было ярко-жёлтое платье, будто солнечный канарейский наряд. «Совершенно случайно увидела вас и сразу велела остановить карету!» «Что ты делаешь в столице?» «Шарлотта, моя старшая сестра, недавно родила. Мы приехали за благословением для малыша.» Джульетта вспомнила Шарлотту. [Она была беременна, когда они виделись на юге. И вот теперь ребёнок появился на свет…Хотя прошло всего несколько месяцев, казалось, будто это было в другой жизни.] «Папа сейчас в столице.» — объснила Эмма. «Мы подумали, что, возможно, удастся получить её благословение.» В Империи рождение ребёнка почти всегда сопровождалось визитом в храм. Даже те, кто не был особенно религиозен, старались привести младенца к священнику до его первого дня рождения. Особенно благородные семьи мечтали, чтобы обряд провёл кто-то из высшего духовенства. [Но это не так-то просто…] — подумала Джульетта, припомнив, как ей самой недавно отказали в аудиенции. «Нам сказали, что ближайшая встреча с Её Святейшеством, через два дня.» — недовольно нахмурилась Эмма. «Но ничего! Зато встретили Джульетту, это уже удача!» Она просияла и предложила: «Давайте поедем вместе. Мы с Шарлоттой остановились у бабушки!» «Даже не знаю…» — Джульетта смущённо бросила взгляд на карету герцога, припаркованную у чайной. Возле неё стоял Джуд - рыцарь, который с недавних пор стал почти её личным телохранителем. «Соглашайтесь, графиня.» — весело поддержал Джуд. «Всё равно Его Светлость занят.» Они распрощались с экипажем герцога и пересели в карету Эммы. «Шарлотта будет в восторге!» — радовалась та, болтая без умолку всю дорогу. «На юге всё было тяжело…Монстры начали выходить из моря.» — вздохнула она. «Бабушка срочно вызвала нас в столицу. Думаю, не столько ради благословения, сколько из-за того, что обстановка там начала становиться опасной.» [Кажется, и южный урожай в этом году будет скудным...] «А ещё бабушка говорила…О! А вы, графиня Монед, видели её?» «Кого?» «Святую! Ту самую!» [Имя Далии, «народной святой», по всей видимости, уже докатилось и до юга.] Прежде чем Джульетта успела ответить, карета резко остановилась. «Что случилось?» «Фрейлины Императрицы проходят, госпожа Эмма.» [Фрейлины Императрицы?] «Может, выйдем посмотреть?» — глаза Эммы загорелись, и не дожидаясь согласия, она выскочила наружу, увлекая Джульетту за собой. Они увидели длинную очередь - чиновники раздавали нуждающимся лекарства и еду. Позади них из карет выходили фрейлины, одетые в аккуратные, благородные одеяния. Среди них выделялась одна женщина в ослепительно белом облачении - почти монашеском. «Это святая!» — кто-то закричал, и вся очередь повернула головы в ту сторону. Толпа загудела. Эмма схватила Джульетту за руку и с восторгом прошептала: «Вот она, точно она!» Люди стали выходить из очереди, чтобы рассмотреть поближе. Элизабет Тилман с золотыми волосами и в белом платье выглядела безупречно, словно сошла с иконы. Но, видимо, из-за толпы на краю очереди упал ребёнок. «А-а! Мамочка!» Девочка заплакала. «Ох, бедняжка, ты цела?» — к ней тут же бросились стражники и подняли на руки. «Элеонора!» — мать в панике подбежала к дочери. Судя по всему, кроме ссадины на колене, серьёзных травм не было. […Подожди-ка.] Джульетта нахмурилась. В тот миг, когда женщина крикнула имя ребёнка – Элеонора, святая, до того спокойно и грациозно идущая, резко обернулась. [Не просто оглянулась. Она будто вздрогнула от самого звучания имени.] Её лицо на секунду застыло в выражении, близком к ужасу. «Святая!» — окликнули её. Но, похоже, только Джульетта заметила этот странный момент. «Прошу, помогите моей дочери…» — взмолилась мать, прижимая малышку к себе. Толпа замерла в ожидании, полная надежды и благоговения. «Конечно, госпожа.» — мягко ответила Элизабет. Как ни в чём не бывало, с ласковой улыбкой она опустилась на колени перед девочкой и протянула руку. Из её ладони засияло золотое свечение, и кровь на колене ребёнка исчезла. «Вот это да!» «Святая исцелила рану!» «Божественная сила!» Толпа разразилась восторженными возгласами. [Нет…это не так.] — только Джульетта сжала губы и опустила взгляд. Она поняла, что её смутные подозрения начали обретать форму. [То, что показала Элизабет, вовсе не было истинным исцеляющим даром, каким владеют священники. Это было всего лишь простейшее магическое лечение, не более чем первая помощь.] [Настоящая божественная сила стирает рану так, будто её никогда и не было. Магическая же просто приостанавливает кровотечение. Джульетта видела нечто подобное, опытные маги пользовались такими приёмами для экстренного вмешательства.] «С-спасибо…» — прошептала девочка и, широко распахнув глаза, крепко обняла Элизабет. И в тот самый момент бинт, обмотанный вокруг руки Элизабет, соскользнул, обнажив ожог - тёмный след на коже, словно от сильного пламени. [Ожог?] Элизабет торопливо натянула рукав, будто по инерции, словно сама была удивлена, но толпа уже прониклась восхищением. «Она заботится о простом ребёнке больше, чем о себе!» «Настоящая Святая…Ох!» В этот момент кто-то слегка коснулся Джульетты сзади. Мужчина попытался что-то сказать, но Джуд мгновенно отреагировал: схватил его за воротник. «Эй! Ты что творишь?» «Я…я прошу прощения!» Но для Джульетты в этот миг извинений было недостаточно. Возможно, из-за всей суматохи, Элизабет обернулась. И прямо посмотрела в сторону Джульетты. Вспышка. В руках Джульетты был зеркальце, и солнечный луч на миг отразился от его поверхности. Только на одно мгновение, но она увидела всё ясно. На месте, где стояла Элизабет Тиллман…зияла пасть гигантской змеи. И это было ещё не всё. [Элеонора!] В голове Джульетты вдруг зазвучал хриплый мужской голос, наполненный болью. Голос, шипящий и пугающий. Бряк. Джульетта резко пошатнулась, её сумочка выпала из рук и упала на землю. «О, беда!» — Эмма испуганно обернулась. «Ты в порядке, Джульетта?» Содержимое сумки рассыпалось — зеркальце, пара мелочей. Люди вокруг поспешили помочь. «Да, всё хорошо.» — выдохнула Джульетта. «Зеркало не разбилось? А то ты выглядишь очень бледно…» Зеркальце оказалось целым, ни царапины. Но сердце Джульетты стучало, как после страшного сна. [Что это было?] Она подняла глаза. Элизабет уже скрылась в здании, окружённая свитой Императрицы. Видения, обрывки воспоминаний, неясные подозрения - всё смешалось, словно густой туман. Джульетта чувствовала себя, как будто стояла посреди незнакомого леса, держа в руках едва ощутимую нить. Она не видела, куда ведёт эта нить, но знала, что за ней что-то есть. Первое, что всплыло в голове, это ожог Элизабет. И ещё, та самая змея, что напала на Джульетту на городской площади. Это было не просто существо, принявшее облик исчезнувшей Долорес. «…Это была та змея.» «Что?» [Змея, исчезнувшая в огне…Та самая, о которой упоминал Леннокс. Та, что вырвалась из хранилища.] Наверное, она уже догадывалась, поэтому не удивилась. Но оставалось слишком много вопросов. И всё казалось не случайным. [Если эта женщина, Элизабет, на самом деле злой дух, то как она может выглядеть и действовать, как обычный человек?] Все духи, которых видела Джульетта, чёрная пантера, доверчивые бабочки, не имели физической оболочки. (Мы не можем вмешиваться.) [Они лишь влияли на разум, создавали иллюзии. Даже её собственные бабочки, как только говорили лишнее, исчезали, унесённые в иное измерение.] [Но тогда как?] Джульетта опустила взгляд на зеркальце. Зеркало, способное показывать истинную суть вещей. [Как змея смогла принять облик человека?] [Если дух становится сильнее…что он может?] (Он может принять чей-то облик.) Мозг Джульетты лихорадочно складывал пазл из разрозненных осколков воспоминаний. [Древний грех - это змея.] [Так было написано в рукописи, переданной ей архиепископом. Змея пожирает жертву, и принимает её облик, способности, даже душу]. [Где я слышала эту историю впервые?] [В детстве. В старой сказке на ночь.] [Змея-подражатель.] [Зловещий образ - змея без собственной формы, что живёт, копируя своих жертв.] «Госпожа.» «Да?» Она обернулась. Перед ней стоял Джуд и протягивал руку. «Вы обронили. Это ведь ваше?» В его ладони мерцал пурпурным светом Камень Души. Джульетта замерла. Она чуть было не потеряла его. [Этот артефакт был редчайшей реликвией, позволявшей использовать силу даже тем, кто не рождён с божественным даром.] [А, этот камень…был создан из останков девушки по имени Женовия, той, что, по легенде, обладала невероятной божественной силой.] [И Женовия…] […поразительно напоминала нынешнюю Элизабет.] Тео и Эшелрид как-то мимоходом обронили: [Эта женщина, точная копия младшей сестры сумасшедшего Папы.] [Если бы та девочка не умерла и выросла, выглядела бы вот так.] [Если Женовия выжила бы и повзрослела, она выглядела бы как Элизабет сейчас. Тогда Джульетта ещё не обратила внимания на это совпадение.] Но теперь…нить в её руках натянулась. [В прошлой жизни Далия, та же, что сейчас зовётся Элизабет - свободно владела и магией, и божественной силой. А в этой – только прикидывалась доброй святой, не демонстрируя настоящего дара.] [Почему же теперь она не использует божественную силу?] […Ах.] Мысль вспыхнула, как искра. [Это ещё не был окончательный ответ, но всё обретало форму.] [В той жизни у Далии был жёлтый Камень Души.] [Хотя я и не видела его своими глазами…Возможно, память подменена.] Джульетта сжала фиолетовый камень в руке. [Если тогда Далия могла пользоваться силой благодаря камню, то…] [Значит, теперь она не не хочет, а просто не может.] Архиепископ Гиллиам совсем недавно поведал Джульетте один важный факт: [Камень Души меняет цвет в зависимости от волны силы его носителя.] [Это не был другой камень.] [Это был тот самый.] [В прошлой жизни камень Женовии оказался у Далии, и изменился. Теперь же он у Джульетты. И Элизабет больше не способна использовать силу.] Эмма вернулась в карету, заметив замешательство Джульетты. «Джульетта? Всё в порядке?» Джульетта молча кивнула. Теперь она знала наверняка: [Женовия была ещё одной жертвой той змеи.]