— Здравствуйте, вы Линь Чжоу?
Чжан Минъюань поднялся вместе с Лу Цянь на вершину горы и увидел, что там всего одно место, где продавали кашу.
Хозяин палатки оказался тоже молодым парнем, поэтому он осторожно поинтересовался:
— Да, это я. А вы кто?
Линь Чжоу поднял голову и посмотрел на Чжан Минъюаня. Лицо показалось знакомым, но никак не мог вспомнить, где его видел.
Он почесал затылок в замешательстве.
— Я сын Чжан Цзяньцзюня. Ты же должен знать моего отца — вы ведь собирались как-то вместе ходить в горы?
Услышав это, Линь Чжоу наконец вспомнил, откуда знакомо это лицо. Оказалось, парень очень похож на того самого старика, с которым он обычно поднимался в гору.
Когда не знал об их родстве, просто казалось, будто где-то видел это лицо.
А теперь понял — гены у старика и правда крепкие: отец и сын — одно лицо!
— Знаю, конечно! Так ты, выходит, водишь девушку на гору?
Поняв, что это знакомый человек, Линь Чжоу сразу повеселел и разговорился.
В его взгляде мелькнула насмешка.
Дядя Чжан частенько жаловался, что сыну уже за тридцать, а он всё никак не заведёт девушку. Хотел даже кого-нибудь ему познакомить.
А тут — пожалуйста! Похоже, сын всё-таки решил действовать сам, да ещё и от отца скрывает.
— Нет, это свидание вслепую.
А… вот как.
Так значит, это то самое свидание, которое устроил сам дядя Чжан!
Хотя… разве нормально вести девушку на гору на первом свидании?
Линь Чжоу не знал, как к этому относиться. Он сам никогда на подобных свиданиях не был, но, судя по тому, что видел в интернете, люди обычно идут поесть или в кино...
Но, заметив доброжелательную улыбку на лице девушки, шедшей рядом с Чжан Минъюанем, он облегчённо выдохнул — значит, идея с восхождением оказалась не такой уж плохой.
Если выпадет случай, можно и самому попробовать.
— Так... будете кашу?
— Да. Две здесь и одну с собой — для отца. В прошлое воскресенье я ужинал дома, и он не успел попробовать твои булочки. Уже несколько дней ворчит, что не досталось. Пусть хоть каши попробует.
Отношения между отцом и сыном у Чжан Минъюаня были тёплые.
Отец вовремя ушёл на пенсию, передав дела сыну, а сын, как бы ни был занят, каждую неделю навещал отца, ужинал с ним и помогал по дому.
Мать умерла рано, и с тех пор они держались друг за друга. Сохранить такую гармонию — непросто.
Поэтому, услышав, что отец хвалил еду Линь Чжоу, он решил купить у него что-нибудь и принести домой.
— Приятного аппетита, — сказал Линь Чжоу, подавая готовую кашу.
Чжан Минъюань взял миску и протянул её Лу Цянь.
— Спасибо, — сказала она, не стесняясь, — я как раз умираю с голоду.
Она подхватила ложку, зачерпнула кашу, подула пару раз и положила в рот.
Обожглась.
— Ай!!!
Лу Цянь зажала рот рукой, лицо перекосилось от боли. Она даже не успела почувствовать вкус — только жжение на языке.
Потом осторожно подула на следующую ложку и попробовала снова.
Ммм… нежно и мягко!
Свежие абалоне (морские ушки) разварились до мягкости, кусочки были ещё нежнее, чем мясо гребешка, и просто таяли во рту. Настоящее наслаждение.
Каша с абалоном за сто юаней — и правда стоила этих денег. Настоящие абалоне давали ей изумительный вкус, а рис впитал золотистый оттенок и выглядел особенно аппетитно.
Жуёшь рис с абалоном — и от сочетания аромата риса и упругой текстуры моллюска кружится голова.
Даже немного соли достаточно, чтобы вкус заиграл всеми красками.
После первой ложки Лу Цянь поняла, что восхождение стоило того.
Даже впечатление от Чжан Минъюаня неожиданно улучшилось.
А вдруг он заранее всё продумал — специально выбрал место свидания на горе Циньхуан, зная, что наверху продают такую вкусную кашу?
К счастью, это были лишь её мысли. Если бы подруга узнала, наверняка бы отругала: «Ты что, влюбилась только из-за миски каши?»
— Вкусно! — не удержалась Лу Цянь, увидев, как и Чжан Минъюань принялся за еду.
Она хотела разделить восторг, чтобы тот понял, как это вкусно.
Дома у Чжан Минъюаня тоже часто ели кашу — повар готовил её по-разному, даже абалонную делал.
Но вкус этой каши... был совершенно иным.
— Правда вкусно, — сказал он, удивлённо расширив глаза. — Такой насыщенный вкус умами! Если бы я не знал, что здесь только абалоне, подумал бы, что это морепродуктовая каша.
После нескольких ложек вкус полностью раскрылся во рту — густой, мягкий, но не приторный.
Нежная упругость абалоне исчезла, став шелковистой, легко жующейся массой.
Такую кашу подавай в дорогом ресторане — и туда выстроится очередь.
Совершенно чистый, изысканный вкус.
Не то что в кантонских ресторанах, где в кашу кидают всё подряд, включая кишки, от чего она зеленеет и пахнет так, что кусок в горло не лезет. Там достаточно одного глотка, чтобы аппетит пропал.
Каша Линь Чжоу — ароматная, гладкая, словно шёлк. Послевкусие остаётся во рту, тёплое, долгое, незабываемое.
Неудивительно, что отец до сих пор помнит несъеденные булочки. Кто бы мог подумать, что у Линь Чжоу в его возрасте такие кулинарные способности!
— Ещё одну! — воскликнул Чжан Минъюань.
Он ведь тоже не завтракал, а одной миской такой вкуснятины явно не наешься.
Подскочил и заказал ещё.
А спросить, хочет ли ещё Лу Цянь, даже не догадался.
Та только вздохнула, качнув головой.
Миска была больше, чем её обычный обед — и то, что она доела, уже само по себе чудо. Вторую точно бы не осилила.
Зато можно взять с собой — угостить подругу.
Родители, наверное, уже поели, а вот подруга, которая любит поспать, ещё не проснулась — пусть попробует эту божественную кашу.
— Возьму одну для подруги, — сказала она.
— Тогда давай я возьму ещё две — одну для тебя, одну с собой, — подхватил Чжан Минъюань.
Линь Чжоу сиял, показывая белые зубы.
— Как раз осталось две порции!
Вот совпадение!
Продаст всё — и можно закрываться.
Сегодня он закончил работу намного раньше, чем в предыдущие дни.
И всё благодаря Чжан Минъюаню, который один купил пять порций каши.
А ещё тем студентам, что приходили утром.
Неплохо, очень даже неплохо! Кто бы подумал, что каша по сто юаней за миску пойдёт так хорошо!
Когда получил это задание, он думал, что на этой неделе почти ничего не заработает.
А теперь вышло даже больше, чем за две прошлые!
Похоже, он просто слишком честный — а если бы был поскупее и поднял цену, заработал бы куда больше!
— Ну что, пойдём вниз вместе? — предложил Чжан Минъюань, держа в руках упакованную кашу.
После того как Линь Чжоу сложил бамбуковую корзину, трое вместе двинулись вниз с горы.
У подножия пути разошлись:
Лу Цянь села в машину, чтобы заехать к подруге,
Чжан Минъюань и Линь Чжоу — один на автомобиле, другой на трицикле — тоже разъехались каждый своей дорогой.
Машина, конечно, быстрее.
Когда Линь Чжоу добрался домой, Чжан Минъюань уже пил кашус абаллоном с отцом.
— Это та самая каша, что Линь Чжоу варит на горе Циньхуан? — спросил отец, с улыбкой пробуя ложку.
Услышав это, Чжан Минъюань почему-то не сдержался и рассмеялся вслух.
Обновлено: 16.01.2026