Из-за толпы, окружившей Сюэ Дагуя, маленькие Цзян Юэ и Сюэ Янь, зажатый в объятиях своего четвертого дядя, были не видны. Сюэ Дафу не слышал рыданий младшего брата, поэтому сразу крикнул:
— Дагуй, не видел ли ты моих сяо Яня и Юэ бао?
Сюэ Дагуй тут же разрыдался в голос:
— Третий брат, моя жена мне изменяет!
Он выкрикнул так громко, что эхо разнеслось по округе.
Цзян Юэ: «...»
Сюэ Янь: «...»
Окружающие: «......»
Хотя изначально люди сочувствовали Сюэ Дагую, после такого заявления некоторые с трудом сдерживали смех. Понимая, что сейчас смеяться неуместно, они отворачивались, давясь хохотом, и лишь успокоившись, поворачивались обратно.
Сюэ Дафу опешил от такого ответа, но тут Сюэ Янь крикнул: «Папа, мы здесь!», и он очнулся, поспешив обойти реку со стороны деревни.
Услышав громкий плач Сюэ Дагуя, Сюэ Дафу на ходу крикнул Сюэ Иху и остальным, что дети найдены. Те перестали беспорядочно искать младших и тоже направились к меже.
Увидев, как Сюэ Дагуй, рыдая, сжимает в объятиях Сяо Яня, Сюэ Уху первым не выдержал и потянул мужчину за рукав:
— Четвертый дядя, отпусти сяо Яня, ему же неудобно!
— Не отпущу! Ни за что! — взбунтовался Сюэ Дагуй. — Жена мне изменяет, а мне даже поплакаться нельзя?!
Сюэ Уху: «...»
Сюэ Сыху и остальные переглянулись. Что тут скажешь?
В этот момент подошел Сюэ Гоуцзы, тихонько окликнув:
— Отец...
Увидев родного сына, Сюэ Дагуй тут же отпустил Сюэ Яня и уткнулся лицом в Гоуцзы:
— Гоуцзы... Гоуцзы... Ты мой единственный родной сын... Вот, возьми... Это финиковые пирожные для тебя... Все для тебя... — сквозь рыдания он сунул сверток с пирожными в руки мальчику.
Цзян Юэ и Сюэ Янь переглянулись. Оказывается, дядя не просто так взля пирожные — они предназначались Гоуцзы.
Сам Сюэ Гоуцзы выглядел растерянным, явно не понимая ситуации.
Сюэ Дафу, как старший брат Сюэ Дагуя, не выдержал:
— Объясни толком, что случилось. Хватит нести околесицу.
— Да я же сказал! — Сюэ Дагуй размазывал слезы по лицу. — Жена мне изменяет! Шестнадцать лет я, как дурак, растил чужого сына! Этот ублюдок... он даже не мой сын… — он снова захлебнулся рыданиями. — Третий брат, у меня на лбу целая поле из зелени*, а я и не знал...
*П.п.: про мужчин, которм изменили жены, говорили, что они носят зеленые шапки. *
«Шестнадцать лет»? «Ублюдок»?
Достаточно было этих слов, чтобы все поняли: Чжуцзы — не его родной сын.
— А чей тогда? — спросил кто-то.
— Кого еще?! Мужа ее старшей сестры! — завопил Сюэ Дагуй.
Сюэ Дафу и остальные даже не удивились.
Уж слишком хорошо тот относился к Сюэ Чжуцзы.
— Все же это он. Так вот почему он все Чжуцзы дарил... — кивнул кто-то.
Видимо, все давно подозревали, что Сюэ Чжуцзы был чужим приплодом.
Осознав это, Сюэ Дагуй завыл еще громче:
— А-а-а-а!
Обновлено: 09.04.2026