Шёл к дуэльному круг не спеша.
Не для того, чтобы подумать над рисунком боя — этот момент я уже обдумал на сто раз — а просто чтобы побесить Громова.
Вообще, ещё в классе мне в голову пришла подленькая, но на удивление заманчивая мысль. Слить дуэль.
Не просто слить, конечно же, а достойно проиграть, борясь из последних сил.
И плюсы, несмотря на гадский привкус, перевешивали минусы.
Во-первых, велик шанс, что, выиграв дуэль, Громов успокоится и перестанет меня задирать. Во-вторых, я и так уже привлек к себе достаточно внимания. В-третьих, уйдя в тень, я выиграю время для разработки стратегии.
Но, глядя на ухмыляющуюся морду блондинчика, мне хотелось только одного — стереть эту ухмылку с его лица.
— Ну наконец-то! — Дмитро скинул с плеч дорогущее пальто и вступил в круг, — помолился перед смертью?
— Для ходячего трупа, ты слишком много болтаешь, — презрительно бросил я, заходя в круг.
Затылком почувствовал чей-то настойчивый взгляд и вроде как услышал окрик Романа, но поднявшийся в крови адреналин не дал отвлечься.
Да и вряд ли Дубровский хотел сказать что-то важное…
— Ахахахаха! — искренне рассмеялся Громов, смотря на меня с каким-то злорадством, что ли? — Ты действительно думаешь, что я буду драться с тобой на дуэли? С безродным смердом?
— Струсил что ли? — огрызнулся я, усиленно соображая, какую подставу приготовил Дмитро.
— Ты думаешь, что заполучив в секунданты гения клана Дубровских стал благородным? Или ты поверил словам классного и решил, что мы тут все равны?
Я повернулся к Дубровскому и вопросительно поднял бровь, но тот лишь досадливо махнул рукой и, закусив губу, шагнул в круг.
— Роман, ты знаешь правила, — тут же отреагировал Громов. — Хочешь бросить мне вызов — бросай. Нет — выйди из круга.
— Ну и гад же ты, Дмитро, — скривился Рома. — Я, Дубровский Роман…
— Роман, — я шагнул к товарищу и быстро зашептал, — не дури, не ведись на провокацию, лучше объясни, чего мне ждать.
— Не мешай, — отмахнулся гимназист. — Если не вызову его на дуэль, они тебя впятером запинают!
— Впятером?
— Ещё Пылаев и северяне, — раздраженно пояснил Дубровский. — Так что…
— Северяне не полезут, — казалось, у меня в голове во всю защелкали шестеренки, просчитывая ситуацию, — а с этими я как-нибудь справлюсь. Не вызывай его. Будем играть по нашим правилам! Ну!
— Хорошо, — не знаю, чего это стоило Роману, но он коротко кивнул и шагнул назад. — Удачи!
— Разумное решение, Рома, — покровительственно протянул Громов, — лучше сразу выполоть сорняки, чем…
— Харош трепаться, как девка, — громко бросил я, с удовольствием наблюдая, как блондин краснеет от злости.
— Ты безродный смерд! — выплюнул из себя Громов. — А значит недостоин дуэли! Мы даже шпаги марать твоей кровью не будем, так запинаем! Как шелудивого пса! Аден, Кроу!
В круг шагнул красный, как помидор, Пылаев и… всё.
— Северяне дерутся по кодексу, — хмуро бросил Фрост. — Мы Воины, а не…
— Шакалы, — подсказал я.
Кроу ещё хотел что-то добавить, но Громов, наконец-то, перешел от слов к действиям.
— Аден! — кулаки и предплечья рыжего тут же вспыхнули огнём, и он бросился вперёд.
Сам же Громов нахмурился и с усилием развел руки в стороны — между его ладонями заискрилась фиолетовая молния.
Мир сузился до точки, и моё тело начало действовать само собой.
Я прыгнул навстречу Пылаеву, как сумел сгруппировался в воздухе, заваливаясь на бок и, поджав колени к груди, выстрелил сразу обеими ногами ему в грудь.
Рыжий успел затормозить и прикрыться руками, но смягчить удар не сумел.
Я почувствовал, как ступни обожгло даже сквозь подошву сапог и услышал негромкий хруст.
Одна моя нога впечаталсь в предплечье рыжего, вторая случайно угодила куда-то в лицо. Ален глухо вскрикнул и отлетел назад.
Я же упал на землю руками вперед и тут же крутанулся вправо, гася инерцию тела.
В бою против мало-мальского подготовленного рукопашника как, например, борец Безухов, я бы ни в жизнь не стал так рисковать, но против огневика Пылаева финт удался.
Не зря я записывал информацию про каждого из одноклассников в блокнот, а потом, пользуясь аурой классного, ещё и выучил её наизусть.
Какими бы крутыми магами и фехтовальщиками не были дворяне, в рукопашном бою я уделаю любого из них. Даже в этом хилом теле.
Главное, не словить магическую плюху.
Шварк!
Я уже почти было поднялся с земли, набирая разгон в сторону Громова, как вылетевшая из его рук молния врезалась мне под дых.
К счастью, на её пути оказался мундир и блокнот Дубровского, убранный во внутренний карман. Магический удар вышел послабее, но мне хватило и этого.
Мышцы разом свело судорогой, в глазах вспыхнули искры, а в грудь будто лошадь лягнула.
Помню, в детстве я умудрился засунуть чайную ложку в розетку, так вот ощущения были примерно похожими…
Уж не знаю насколько далеко меня отбросило этой молнией, но, видимо к самому краю круга. По крайней мере, сбоку от меня виднелись сапоги гимназистов.
Я с трудом приподнялся на локте и обвел круг мутным взглядом, пытаясь сообразить где мои противники и что делать дальше.
Хотел было подняться на ноги, но внезапно в затылке вспыхнула ярчайшая вспышка боли, и сквозь вату в ушах донеся чей-то неприятный голос.
— Ползи в центр, чухонец!
Это явно был не Пылаев и не Громов, а значит меня в спину ударил кто-то из гимназистов, наблюдающих за поединком.
Внутри тут же вспыхнула обида вперемешку с яростью.
Каким же нужно быть подлецом, чтобы так поступить? Я и так дерусь один против двух одаренных!
А может быть дело как раз в этом? Я для них не просто «не свой», а человек второго, а то и третьего сорта?
Зарычав от ярости, я со злостью ударил кулаком по земле — безумно болело тело, ныли сведенные судорогой мышцы, дыхалка уже сдохла и приходилось жадно ловить воздух ртом.
Ох, как бы мне не помешало сейчас второе дыхание! Или небольшой передых! Или чертова Сила рода, которая непонятно как работает!
Но стоило мне подумать о роде, как висящий на груди амулет потеплел, а перед глазами появились полупрозрачное уведомление:
Внимание! Активирована способность «Сила рода»
Время замедлило свой бег, и передо мной появились две призрачные фигуры.
— Папа? — неверяще прошептал я. — Дядя?
Слева стоял отец. Справа — дядя.
— Вставай, Миш, — отец переглянулся с дядей, и они синхронно протянули мне руки. — Не позорь наш род.
Схватившись за протянутые ладони, я почувствовал короткий рывок, и сам не заметил, как оказался на ногах.
— Не подведи, сын.
Папа хлопнул меня по левому плечу, и стоило ему коснуться меня, как я почувствовал не просто приток свежей силы, но… его опыт бесчисленных схваток на татами и… сотни бесед с его воспитанниками.
— Мы гордимся тобой, племяш!
Дядя хлопнул по правому плечу, и, вслед за импульсом силы, мой мозг взорвался от обилия хлынувшей в него информации.
Боксерские стойки, изматывающие марафоны и, неожиданно, строительство своего дома, и бизнес-сделки.
— Мы рядом, Миш, — шепнул отец, тая на глазах.
— Мы с тобой, — подтвердил дядя, исчезая следом.
Грудь тут же стиснуло оковами тоски, но в следующий момент за спиной будто бы расправились невидимые крылья.
Я почувствовал присутствие своих родных и аж зарычал от наполнившей тело силы.
Сморгнув появившуюся перед взором надпись, я дернулся в сторону, уходя от повторного пинка, вскочил на ноги и, развернувшись, схватил за грудки пнувшего меня Меньшова.
— Ты чего? — выдохнул опешивший родович, даже не делая попытки освободиться.
Я же молча развернулся, прикрываясь им от второй молнии.
Вспышка, треск, запах озона.
Отпустив Меньшова, который поймал спиной молнию Громова, я рванул вперёд.
С легкостью снёс шагнувшего мне наперерез Пылаева, даже не обратив внимания на его полыхающие руки. И бросился вперёд, на запаниковавшего Дмитро.
Блондин почти успел сформировать третью молнию, но я оказался чуть быстрее.
Удар вышел красивый.
Быстрый, мощный, с подшагом и подкруткой бёдрами.
Будто бил не я, а как минимум Мастер спорта по боксу. Хотя… так оно, наверное, и было.
Хрусь!
Звук ломаемых хрящей услышали все до исключения гимназисты, а следом из носа Громова брызнула кровь.
Я дико хотел пнуть свалившегося на землю блондина, но чудом сдержался. Пусть эти чертовы дворянчики бравируют своим благородством, а сами выходят два на одного.
Моё детство прошло в обычной российской школе, и я никогда не уподоблюсь шакалам, сворой запинывающих своего одноклассника.
Так, Громов готов, что там с Пылаевым?
Я повернулся на каблуках и чудом успел прикрыться от самого настоящего фаерболла!
Левую кисть обожгло пламенем, но сам рукав мундира, к счастью, не загорелся. И я, зарычав от боли, бросился к рыжему и с силой пробил джеб.
— Это тебе за чухонца, рыжий, — прошипел я, наблюдая как из разбитого носа Пылаева хлещет кровь. — Ну! — я повысил голос, — у кого ещё ко мне остались вопросы и претензии?
Гимназисты настороженно замерли, переводя взгляд с меня на валяющиеся на земле тела одноклассников.
Я же почувствовал, как сила выходит из меня, словно вода из решета.
— Ну!
И в тот момент, когда я уже почти расслабился и был готов вернуться к своей пятерке, в круг вступил… Пожарский.
— Василий, — я скрипнул зубами от досады. — Не хочу тебя… с тобой драться. Ты человек чести, я видел, как ты вылечил Фроста после дуэли, хоть он и не просил. Не подумай, что подмазываюсь, но тебя я уважаю и не хочу…
— Это неважно, — прервал меня Пожарский. — Я не могу бросить свою пятёрку в беде. Это без-честно.
За ним следом шагнули насупленный Уваров и хмурый Ги’Дэрека. Ну всё, полный разрыв отношений с дворянством…
— Стойте! — в круг вступил Роман. — Пожарский, тебе нельзя драться, ты целитель в этой дуэли…
— Но это… — мрачно начал было Ги’Дэрека, но тут же осекся. — Хм, Дмитро это, конечно, не понравится, но решение, надо признать, элегантное.
Я благоразумно промолчал, отдав инициативу опытному Дубровскому. Да и потом, все мои силы уходили в данный момент на то, чтобы устоять на ногах.
— Ну так что? — нетерпеливо уточнил Роман.
— Не торопи! — огрызнулся Ги’Дэрека и покосился на валяющегося на земле блондина. — Я, секундант Дмитро Громова, Антуан Ги’Дэрека, признаю поражение своего сюзерена в этой дуэли!
— Я, секундант Михаила Иванова, Роман Дубровский, подтверждаю сказанное Антуаном Ги’Дэрека!
Уваров, как мне показалось, с облегчением выдохнул и отступил назад. Пожарский же, наоборот, кинулся к валяющимся без сознания пацанам.
— Я же говорил, — едва слышно пробормотал я, наблюдая за тем, как ко мне бросаются мои пацаны.
— Его к доктору надо! — ахнул Филипп, бережно ощупывая мою руку. — Тут до мяса ожог!
— Так может Пожарский вылечит? — прогудел Мирон.
— Думаю, нам лучше поскорей отсюда убраться, — покачал головой Дубровский. — Технически мы сейчас победители, но когда Дмитро придет в себя, он… может не согласиться с решением секундантов.
— Т-тактическое о-отступление, — выдал Славик, который, видимо владел этим тактическим приемом в совершенстве.
— Тогда потащили его в лазарет! — предложил Филипп, — я знаю где он находится.
— Потащили, — кивнул Дубровский.
— Стопэ, — я с трудом подавил накатывающую на меня тошноту. — К стеле, парни… Очень надо…
— Какая стела! — прогудел Мирон, — на тебе живого места нет!
— Надо! — выдавил я, постаравшись ответить максимально твердо.
— Потащили, — решил Дубровский, — только в темпе!
Парни подхватили меня за подмышки и чуть ли не на руках понесли к стеле.
— Как он сумел-то? — донесся до меня голос Мирона. — Нулёвка одаренных раскидал!
— Мне тоже интересно, — отозвался Дубровский. — Так, давай, прислоняй его к стеле. Только аккуратно!
Бумц!
Мой затылок стукнулся о каменную поверхность стелы. Голова тут же зачесалось, но сил возмущаться уже не было.
Выжав из себя последние силы, я сфокусировал взгляд на появившейся передо мной надписи:
Внимание! Воинский ранг повышен! Выберите пассивную способность:
Тренер (+30 % к рукопашному бою, +20 % к обучению других, Аура Одержимости +2 к прибавке)
Предприниматель (+20 % к рукопашному бою, +15 % к управлению коллективом, + 20 % к финансовой грамотности, Аура Одержимости +1 к каждой стезе)
Сила Рода (второе колено)
Круто…
Я хотел было вычитаться в предложенные варианты, но всё вокруг заволокло тьмой, и я почувствовал, что проваливаюсь куда-то вниз и вбок.
Последнее, что я увидел, перед тем как окончательно потерять сознание, было:
Воин: 2 (3)
Инженер: 1 (3)
Маг: 0 (2)
Обновлено: 11.07.2026