Глава 118 — Глава 118.

*Глава 118.* – Я слышал, у принцессы Лилиан есть ожерелье Кейтан. Когда разошлись слухи о том, что Эрик встречается с Лилиан, Берндия попросил его узнать местонахождение ожерелья, если выдастся шанс. – Я найду его. А взамен прошу Вас принять меня в качестве своего помощника в столице. О чужих взглядах я позабочусь. ***Вот уже пять лет как я дурю Силькисия.*** ***Я не сомневаюсь в своём умении скрывать чувства и обманывать других.*** Психея же ещё больше озадачилась его непонятным решением. ***Разве он не ненавидел Силькисия?*** – Если Вам так велел герцог, то я переговорю с ним. – Это не воля герцога. Я прошу это, потому что сам того желаю, – мужчина, прежде беззаботно откинувшийся назад, выпрямил осанку. Он стёр с лица всякое выражение и уставился на Психею. – Потому что я хотел бы и дальше служить Вам вблизи, принцесса. – Могу я узнать причину Вашего решения? ***Не он ли всякий раз делал неприятные высказывания об использовании людей или что я не подхожу на место герцога?*** ***Ни с того ни с сего разозлился, а теперь хочет, чтобы держала рядом, ***– Психее, не ведавшей хода его мыслей, было неловко. – Просто… – Эрик взглянул куда-то вдаль. Он не мог сказать правду, так что подумывал над убедительным ответом, но быстро придумал хорошее оправдание и снова взглянул на принцессу. – Потому что я хочу увидеть крушение нынешней Силькисия. Не хочу, чтобы её унаследовал Изар, – Эрик слегка вскинул брови, словно что-то произошло, когда он вёл Изара в лазарет. – Я также признаю, что неправильно понимал Вас, принцесса, в прошлом. Мужчина встал со своего места. Подобно подчинённому, что не мог смотреть на начальство свысока, он обошёл стол и встал перед Психеей, слегка опустив глаза. После чего опустился на одно колено. – Принцесса, Вы подходите для титула герцога больше, нежели кто другой. Дадите мне шанс исправить свою ошибку? – Эрик поднял на неё взгляд и грациозно протянул руку. Что значило дать ему руку, если принцесса была готова его принять. Психея на мгновение задумалась, но вложила свою ладонь в его. Пускай его намерения были нечисты, нет ни единой причины воспрепятствовать такому таланту, как Эрик, стать её человеком. Не говоря уже о том, что он принёс искренние извинения за свои прошлые ошибки. Взгляд Эрика смягчился. На сводя взора с Психеи, он легонько поцеловал тыльную сторону её руки и шепнул: – Я сделаю всё возможное, чтобы быть человеком, в которым Вы всегда будете нуждаться, принцесса. ***** С того дня весы, склонявшиеся отнюдь не в сторону Психеи, сменили своё положение. – Вы слышали? О даре принцессы Лилиан. Говорят, какой-то он странный. – В каком смысле «странный»? – Говорят, он непохож на обычный лёд, а с оттенком чёрного. Кроме того, быстро тает. – Боже ты мой. В самом деле? – дворянин сощурился, вспомнив о ледяном бокале Глориэль, не растаявшем даже спустя месяцы после банкета по случаю дня рождения второго принца. – Действительно ли это Лилиан? Боюсь, придётся подождать и понаблюдать, кто из них действительно носитель дара. Едва разошлись слухи о странностях в даре Лилиан, как те, кто скалил за неё зубы, утверждая, что Психея не настоящая Глориэль, отступили. Нет ни единого доказательства тому, что она в самом деле дочь Реас, но было очевидно, что истинным носителем дара была Глориэль, а не Лилиан. – Кстати, от кого Вы это услышали? Разве после первой демонстрации она не утверждала, что ей нужно больше времени на практику? – Нет. Слышал, она часто показывает свои способности приближённым аристократам. – Выходит, один из них? В настоящее время семей, дружественных с Силькисия, на севере можно было по пальцам пересчитать. Естественно, число подозреваемых резко сузилось. Но ни единая живая душа не подозревала Руана. Для неосведомлённых он являлся возлюбленным Лилиан и был словно язык у неё во рту. *Словно язык во рту (**입** **안의** **혓바닥** **같다 )** – так говорят о тех, кто покорно слушает.* ***** – Что-нибудь ещё? – Берндия, слушавший доклад Эрика о Лилиан, склонил голову. Психея рядом с ним молча вдумчиво записывала слова Эрика… А Излет, хоть и слышал о происходящем, всё также смотрел на Эрика с недоверием. Они вчетвером сидели за круглым столом в небольшом конференц-зале. Пусть формально они собрались под предлогом подведения итогов мелких локальных боёв в этих территориях, на деле же обсуждали поддельный дар Лилиан. Эрик, размышляя над действиями Лилиан, открыл рот: – Где-то с месяц назад она значительно чаще стала связываться с герцогом Силькисия. Думаю, это дело рук герцога. – Хм-м, – Берндия тяжело вздохнул. ***Если это дело рук герцога Силькисия, то император, естественно, тоже вовлечён.*** ***Обычно он всегда скрупулёзен. Будет нелегко наступить на хвост.*** ***Итак, чтобы решить проблему, нужно не раскрывать, что дар Лилиан поддельный, а…*** – Думаю, нужно показать, что способности принцессы Глориэль истинны, – вклинился Излет. После чего с задумчивым видом вздохнул: – Но будет трудно доказать, что её дар настоящий, одним лишь применением на людях. Так что же предпринять? – Можем использовать лепестки Висенте, – Берндия закинул ногу на ногу и покачал стопой в воздухе. – Тогда мы покажем, что принцесса истинный носитель дара. – Лепестки Висенте? – Они в самом деле существуют? Удивлённые неожиданным названием, Излет и Эрик повысили голос. Лепестки Висенте – никогда не увядающие лепестки фрезии, которые, как говорят, были дарованы Висенте четырём семьям в качестве своего благословения. Кроме того, они были настолько ценными предметами, что поговаривают, если один человек соберёт все четыре лепестка, это всё равно что четыре семьи-основателя империи дали согласие на отречение нынешнего императора. Но большинство мнений сводилось к тому, что это выдумали для придания основателям флёра таинственности, поскольку ходили лишь слухи, а настоящих лепестков никто не видел. – Разве не очевидно? – небрежно ответил Берндия со словами, что Бог, разумеется, дал, как и говорили. – Слышал, никто их не видел. – Не было необходимости, вот и не показывал. Одно дело Божье благословение. Но насколько значим цветочный лепесток? – Так-то оно так… – они были сбиты с толку, но это и понятно. Эрик и Излет хоть и были озадачены, но согласились. – Но лепесток Силькисия… – Психея, сидевшая с мрачным лицом с самого начала разговора о лепестках, невнятно пробормотала. Она не удивилась, так как уже заранее услышала о лепестках от Берндии. – Разве вы не говорили, что он был утерян двадцать лет назад? – Говорил. Как он и сказал, хранившийся у Силькисия лепесток был утерян из-за инцидента Реас двадцать лет назад. Это Божье творение, так что его не порвать и не сжечь. Не было известно, куда он делся, так что невозможно с его помощью показать истинного носителя дара. – Способ найти есть, – мужчина скрестил руки на груди и откинулся на спинку сиденья. – Всё, что нужно сделать, – собрать мой, Стеллы и Эвергрина лепестки в одном месте. Герцог поведал, что лепестки имеют свойство притягиваться друг к другу, поэтому, собрав воедино три лепестка, можно узнать местоположение последнего. – Я могу дать Вам свой. Стеллу найти тяжело, но, думаю, если хорошо попросить, она его даст. Главная проблема – Эвергрин. – Я попробую. – Принцесса? – Берндия с удивлением взглянул на Психею. ***Помнится, перед прибытием на север у неё состоялся тайный разговор с герцогом Эвергрин.*** – Хорошо. В таком случае уговоры Эвергрина предоставляю Вам, принцесса. – Хоть здесь повезло, – Излет выдохнул с облегчением на более-менее позитивное положение дел. Помимо того, что принцесса была возлюбленной его господина, помощник искренне беспокоился о Психее. – Когда сказали, что у принцессы Лилиан есть дар, я не знал, что делать. – Что Вы имеете в виду? – Ну, разве нет? Как ни погляди, Вы дочь госпожи Реас, но все говорят, что нет. А тест на родство не провести. – Почему нет? – Берндия склонил голову в искреннем любопытстве. Излет казался озадаченным: – Разве для теста на родство не нужны кровь или волосы госпожи Реас? – Кровь незачем, хватит и волос. – Ну да, проблем с тестом не будет, если использовать волосы. Но у нас их нет, – он сокрушался, не зная, как можно отыскать локоны человека, умершего двадцать лет назад. Но Берндия уставился на него с миной, казалось, так и спрашивавшей: *«Почему нет?»*. Только тогда Излет о чём-то догадался и широко разинул рот: – У Вас есть волосы? – Верно. – Нет, почему тогда Вы не провели тест на родство раньше? – он так удивился, что вскочил со своего места. Он пытался было возмутиться, почему герцог лишь молча сносил унижение вместо того, чтобы опровергнуть слухи, и собирался спросить, не съел ли герцог что-то не то, но под его пронзительным взглядом снова сел. Вместо этого помощник лишь повысил голос: – Неужели тест на родство нельзя было провести без Верховного Жреца?! – Просто мы только недавно их обнаружили. Не шуми. Я нашел их в весьма неожиданном месте. В любом случае, даже если проведём тест на отцовство, собрать лепестки придётся всё равно. ***Только тогда император не сможет и дальше нести чушь, ***– договорив, Берндия нахмурился. Психея тем временем как раз спросила Эрика: – Что с поисками ожерелья? – Как раз собирался Вам рассказать, – ответил Эрик с бесстрастным выражением лица, но странной теплотой в глазах. Казалось, что он в каком-то смысле был в восторге от проделанной работы, а в каком-то просил похвалы за хорошо исполненную задачу. – Завтра вечером горничная по имени Мелисса будет продавать ожерелье Кейтан на чёрном рынке.