Перед сном Цзян Шу вдруг услышала стук в дверь. Она сразу вскочила, ступни утонули в мягком ковре. Подойдя к двери, она приоткрыла ее и выглянула в коридор.
– Тетя, мне сегодня не нужно молоко… А? Папа?
Цзян Шу распахнула дверь пошире и, немного смутившись, отступила назад.
– Что-то случилось?
С тех пор как ей исполнилось десять, отец почти перестал навещать ее по вечерам. В последний раз он стучал в ее дверь, когда она, не сказав ни слова, изменила заявление в университет, сменив престижное направление «Финансы» в Пекинском университете на «Актерское мастерство» в Киноакадемии.
Цзян Шу подняла руки, словно защищаясь:
– Я ничего такого не делала. Вела себя хорошо, правда.
Отец посмотрел на не оценивающе и усмехнулся:
– А выглядишь – как вор, застуканный на месте преступления.
Он не зашел внутрь, а только прошелся по коридору туда-сюда. Потом понизил голос:
– Шушу, у тебя ведь скоро день рождения, да?
Цзян Шу слегка нахмурилась. Он явно к чему-то вел.
– Эм?
Отец вытащил из-за спины какой-то документ и с важным видом протянул ей:
– Вот.
– В последние годы кино- и телеиндустрия на подъеме. Мы тоже решили вложиться, – пояснил он. – В одном шоу как раз освободилось постоянное место, и я предложил тебя.
Он немного поежился и опустил взгляд:
– Считай это… ранним подарком на день рождения.
Цзян Шу застыла. В прошлом году они поссорились из-за ее выбора профессии. Отец в итоге уступил, но подарок она тогда так и не получила – он считал, что не заслужила.
Она беззвучно сжала губы. Отец нервно дернул галстук:
– Ты ведь не собираешься отказаться?
Цзян Шу потянулась за документом:
– Подарки не возвращают.
Но отец неожиданно отдернул его. Она удивленно подняла глаза:
– Пап?
Он кашлянул и с деланной осторожностью сказал:
– Это инвестиционный договор. Если согласишься, я передам твои контакты режиссеру. Завтра они свяжутся с тобой для подписания контракта.
Цзян Шу прищурилась:
– Папа… я никого не вытеснила?
Отец тут же выпрямился:
– Конечно нет! Это дополнительное место. Я купил его!
Он осекся, понимая, что сболтнул лишнего. Они переглянулись. Цзян Шу вздохнула, облокотилась на косяк двери и слегка улыбнулась:
– Спасибо, папа.
Контракт подписали без заминок. Инвестиционный договор шел в комплекте с ее участием в программе, так что сомнений ни у кого не возникло.
Режиссер – мужчина средних лет, слегка полноватый, с зачесанными назад темными волосами – обменивался рукопожатиями с ассистентом. Цзян Шу тем временем, подперев щеку рукой, лениво пролистывала документы.
Юристы все проверили заранее, и она подписала его почти не глядя. Пролистнув пару страниц, она повернулась к девушке-юристу, стоявшей рядом, и улыбнулась:
– Сестрица, объяснишь, что тут к чему?
Юрист слегка удивилась, взглянула на ее отца, дождалась кивка – и начала пояснять, перелистывая страницы:
– Программа называется «Давай снова будем вместе». Будет частично - прямой эфир и частично – в записи.
Она ткнула пальцем в одну из строк:
– В первый день – около часа эфира. Остальное по усмотрению продюсеров. Камеры во время съемок не отключаются. Так что… будь осторожна. Первый съемочный день – в эту субботу. А по поводу штрафов…
Юрист на мгновение замялась, потом добавила серьезно:
– Тебе волноваться не о чем.
Цзян Шу вскинула брови и усмехнулась, поблагодарила ее, дождалась, пока режиссер освободится, и подошла:
– Режиссер, программа – парная?
– Да, – подтвердил он. – У тебя будет постоянный партнер.
– Но тема же – примирение? Я даже не знаю, кто это, – недоуменно сказала она.
Режиссер рассмеялся:
– Ну и что? Вы же оба постоянные участники. Придумайте что-нибудь – зрители все равно не проверят.
«Ну, в целом, логично».
Она подняла глаза:
– Хоть намек дадите? Совсем чуть-чуть?
Режиссер бросил взгляд на ее отца и покачал головой:
– Увы. Конфиденциально. Все узнаешь на площадке.
Он вспомнил разговор с ее отцом и едва сдержал улыбку.
«Настоящий наследник и поддельная дочь из богатого дома? Тайны элиты? Эта передача точно взлетит!»
Цзян Шу начала ждать съемок с нетерпением. Настолько, что в день записи проснулась раньше будильника.
Долго собиралась, заехала в салон – макияж, укладка, все как положено. Потом села в машину, которую прислал дом Цзян. Устроившись на заднем сиденье, она продиктовала водителю адрес:
– Место съемки держат в секрете. Гостям самим надо добираться.
Затем повернулась к ассистентке:
– Мне кажется, режиссер что-то задумал. Может, сюрприз - в участниках шоу?
Ассистентку прислали из компании всего за пару дней до этого – опыта мало, но на подхвате годится.
– Может быть, – только и ответила она.
Цзян Шу открыла Weibo, прокрутила страницу шоу:
– Ни слова о составе. Даже хайпа не поднимают.
Ассистентка вскинула взгляд:
– Наверное, хотят удивить во время эфира.
Цзян Шу кивнула. Волнение понемногу улеглось. Укуталась в плед, закрыла глаза. Только задремала – как услышала:
– Госпожа Цзян…
Она вздрогнула, выпрямилась и посмотрела в окно.
Перед ними расстилалось синее море. На берегу уже собрались люди. Четыре или пять камер. Все стояли порознь, лица – мрачные, напряженные. Среди них был и режиссер – на удивление серьезный.
Цзян Шу выскочила из машины и поспешила вперед:
– Я не опоздала?
Режиссер покачал головой, но промолчал.
Остальные участники тоже молчали. Они стояли группами, но будто нарочно держались друг от друга подальше, оставляя между собой целые пропасти.
Цзян Шу огляделась – и ахнула по-настоящему. Актерское образование не прошло даром: она знала почти всех.
Одна пара – давние враги, не упускавшие случая публично схлестнуться. Вторая – недавно расставшиеся, не сходящие с новостных лент. Третья – бывшие супруги, уже пять лет как разведенные.
«Что за гремучая подборка?» – сдерживая восхищение, она отошла в сторонку и начала внимательно изучать остальных – как зритель перед началом шоу.
Лишь когда неподалеку затормозила машина, она вспомнила:
«А ведь я – тоже участница. Похоже, мой напарник еще не приехал».
Цзян Шу с надеждой повернулась к подъехавшему авто. И увидела, как из него выходит… Пэй Ван.
Обновлено: 03.02.2026