49
— Эм…
— Это уже запланированная встреча, мы просто меняем место, так что я не нарушаю обещание не заманивать тебя куда-либо. Кроме того, разве я не предупреждал, что место может смениться? И, учитывая обстоятельства, это, пожалуй, неизбежно…
— Что?..
Я рефлекторно затараторил, оправдываясь на оклик Вигдис, но, поймав ее вопросительный взгляд, осознал свою ошибку.
Я-то думал, она сейчас отчитает меня за нарушение договора.
И только теперь понял, что дело не в этом.
«Точно, Вигдис не из тех, кто станет придираться к подобным мелочам. Я изначально включил этот пункт, чтобы просто держать ее на расстоянии. Даже если я его слегка нарушу, ей, скорее всего, будет все равно. Я ведь знал это…»
«Неужели она — та самая девушка, что оказалась меж двух огней, между двумя ключевыми фигурами оригинального романа, включая главного героя?»
Найти подходящий ответ сразу было сложно.
Мои спутанные мысли бесцельно блуждали и смешались в полный кавардак.
— Зачем ты меня позвала?
— А, я насчет того человека…
— Мне не особо интересно о нем говорить.
— Кар, ты в порядке?
Не знаю, с какой целью Вигдис задала этот вопрос.
В любом случае, мой ответ был практически предрешен.
Было бы смешно сейчас заявить, что я не в порядке.
— А с чего бы мне быть не в порядке?
Так было даже лучше. Лейсир наконец-то ушел.
Хотя его обиженное лицо, когда он отвернулся, так и стояло перед глазами, это было последствие, которое он навлек на себя сам.
Держался бы на расстоянии, когда я его вежливо отталкивал.
«Почему он все лез и лез?»
«Он, должно быть, теперь по-настоящему меня ненавидит. Не Карвальда, а меня!..»
Это было вполне естественно.
Всем известно, что Лейсир страдал от издевательств этого тела.
Под столькими взглядами ему было нелегко подойти ко мне первым и вести себя дружелюбно.
Должно быть, он переступил через свою гордость, чтобы заговорить со мной.
А я эту гордость разбил вдребезги, швырнул на землю и растоптал.
«Неудивительно, если он затаит обиду!»
Даже сейчас я нет-нет да и думал, не придет ли главный герой однажды меня убить.
Я знал, что Лейсир не такой мелочный.
И все же не мог не беспокоиться на всякий случай.
— Ты точно в порядке?..
— Мя-я-яу…
Хоть я и пытался сохранить бесстрастное выражение, все отразилось у меня на лице.
Вигдис снова спросила, все ли со мной хорошо, и Ёр обеспокоенно мяукнул.
Не понимаю, почему они беспокоятся обо мне, когда есть настоящая жертва.
Допустим, Ёр так реагирует, потому что я для него в приоритете.
«Но почему Вигдис так себя ведет?»
«Может, потому что вокруг много зрителей, и, будучи моей невестой, она не может просто бросить меня и побежать за Лейсиром».
«Так что, возможно, она просто проявляет заботу о моем состоянии здесь и сейчас?»
— Раз уж смутьян ушел, давай продолжим тренировку.
— Разве не мои бездарные объяснения были бесполезны?
— Я хочу понаблюдать за тем, как ты владеешь мечом.
— А, да…
Вигдис с сомнением отошла на несколько шагов.
Даже вынимая меч из ножен, она продолжала нервно поглядывать на меня.
Но, закрыв глаза и сделав несколько глубоких вдохов, она вновь их открыла, и от прежней робости не осталось и следа.
Она отбросила все тревоги и мирскую суету, сосредоточившись исключительно на своем клинке.
Но я так не мог.
Мои мысли постоянно уносились прочь.
«То, что я не хочу, чтобы ранили меня, не дает мне права ранить других. Ни у кого в этом мире нет такого права».
Даже когда я пытался убедить себя, что это было неизбежно, на душе все равно было неспокойно.
Я пытался обмануть себя, свалив всю вину на Лейсира, но это было бесполезно.
Можно закрыть небо ладонью, но от собственного сердца ничего не скроешь.
«Как же мучительно видеть, что из-за тебя кому-то больно…»
«Какие же нервы у людей, которые с легкостью причиняют боль другим?»
«Я не мог этого понять и не хотел понимать».
От этого было еще больнее.
— Мя-я-яу…
Ёр, должно быть, и вправду волновался, потому что ласково потерся головой о мое плечо.
Но даже это меня не взбодрило.
Разумеется, сосредоточиться я тоже не мог.
— Вигдис, объясни-ка то движение… хм, нет, забудь.
— А?
— На сегодня тренировку закончим. И не иди сразу в общежитие, а загляни в библиотеку и возьми пару книг по анатомии.
— ……
В итоге я, сославшись на неумение Вигдис объяснять, сбежал в свою комнату.
Только там я смог наконец свернуться калачиком и утонуть в своей тоске.
Ёр обвился вокруг меня, пытаясь утешить.
Я был благодарен этому умному и заботливому дракончику, но в то же время мне было ужасно стыдно, что я не тот хозяин, на которого можно положиться.
И это при том, что я такой жалкий.
— …и все же, поесть надо.
Будь я один, пропустить обед-другой не имело бы значения.
Но я не мог позволить Ёру голодать.
Взглянув на часы, я увидел, что уже начало первого.
Не помню, когда я вернулся в комнату — был не в том состоянии, чтобы следить за временем.
«Можно ли отправить Ёра в столовую одного? Вдруг его кто-нибудь обидит, пока меня нет рядом!»
Я принял решение и должен был действовать быстро.
Если я и дальше буду так раскисать, то еще комментарии посыплются: «Главный герой — такая размазня, дропаю».
Так что пора перестать быть жалким.
Я встал и посмотрел на свое отражение в зеркале.
Цвет лица был тусклым, но это можно было списать на темные круги под глазами.
Благодаря этим кругам меня однажды приняли за аспиранта и заставили разбирать диссертацию, которая мне и даром была не нужна, так что иногда они даже помогали.
В уголке правого глаза что-то было, и я потер его пальцем.
Поняв, что это родинка, я уже собирался опустить руку, но вместо этого поднял вторую и закрыл лицо ладонями.
Медленно успокоив дыхание, я провел по сухому лицу и опустил руки.
Затем я примерил фирменное надменное и высокомерное выражение лица Карвальда Австри.
Наверное, потому, что я практиковал его чаще всего, оно неплохо скрывало мою подавленность и выглядело весьма убедительно.
— Отлично. Сохраняй это выражение, иди в столовую, поешь, а затем в личный тренировочный зал — как следует подвигаться. Это должно поднять мне дух.
— Мяу-мяу!!
Пока я решительно говорил это своему отражению, Ёр восторженно откликнулся.
Его драконий писк прозвучал как похвала за верное решение.
Слегка погладив по голове Ёра, который не переставал меня удивлять, я уверенно вышел из комнаты.
***
Но, несмотря на всю мою решимость сохранить надменное лицо, оно рассыпалось, как только я добрался до столовой.
Потому что я столкнулся с Тридриком.
Судя по его болтовне, все выходные он занят посещением различных светских сборищ.
Эти сборища в основном состояли из обедов, чаепитий или выпивки.
Так что я никак не ожидал встретить Тридрика сегодня в столовой.
«Сегодня на обед не пригласили? Что за чертовски неприятное совпадение».
Так я подумал в тот момент.
Но когда Тридрик сел напротив и заговорил, я понял, что его появление — не случайность.
— Карвальд Австри, до меня дошли слухи. Этот Лейсир дерзко себя с вами повел?
Видимо, многие студенты в этой академии обожают сплетни.
У меня в голове еще царил хаос, а слухи уже долетели до ушей Тридрика.
— Что ты хочешь сказать?
— В последнее время вы были на удивление снисходителены, не так ли? Вот он и решил, что может смотреть на вас свысока.
— К делу.
— Не пора ли выбрать денек и проучить его?
Я не понимал, как можно с такой легкостью говорить о желании затравить другого человека.
Хотя я прекрасно осознавал, что и в реальном мире таких людей полно.
Но этот человек передо мной вообще не казался живым, и в голову лезли мысли.
«Может, все потому, что он всего лишь персонаж, существующий только как злодей? Потому он такой гнилой? Его характер будто слеплен из чистой злобы, и он без всякой причины издевается над главным героем. Все дело в этом?»
— …какой смысл.
— Тогда я сам этим займусь!
Я не хотел тратить душевные силы на какого-то незначительного злодейского персонажа, в проработку которого, вероятно, не вложили особых усилий.
Поэтому я ответил безразлично, но он не смог скрыть своей радости.
Он был в восторге от мысли, что сможет, прикрываясь именем Карвальда Австри, издеваться над Лейсиром в свое удовольствие.
В тот момент, когда я это осознал, во мне всколыхнулась волна то ли гнева, то ли раздражения.
— Такой, как ты. Почему ты такой безрассудный?
Хоть я и едва сдержался, чтобы не выпалить «всего лишь персонаж романа» и «незначительный злодей», я не смог скрыть презрения в голосе.
Впервые с момента переселения в это тело я по-настояшему кого-то презирал.
— Простите… простите…
Тридрик, хоть я и не повышал голоса, должно быть, что-то уловил в моем выражении лица и тоне, потому что втянул шею, как черепаха, и принялся извиняться.
Но в его искренность я не верил.
Его единственной целью, вероятно, было избежать неприятностей.
— Просто делай, что я говорю. Не предпринимай ничего по собственной инициативе, чего я не приказывал. Если я ничего не прошу, ничего не делай. Так жить будет лучше и для тебя самого.
Я не бросал слов на ветер.
Свяжешься с главным героем, Лейсиром — получишь серьезный откат.
Это практически абсолютное правило, которое управляет этим миром.
И хоть я дал ему этот спасительный совет, на лице Тридрика не было и тени благодарности.
Вместо этого он дрожал с видом, полным унижения.
Должно быть, он тоже чувствовал, что его гордость растоптана, но того чувства вины, что я испытал при виде раненого лица Лейсира, сейчас и в помине не было.
«Осознал ли я, что считаю Лейсира не вымышленным персонажем, а реальным человеком? Или все дело в том, что Лейсир — однозначно хороший герой, а Тридрик — явное зло?»
Я не знал.
И не хотел сейчас об этом глубоко задумываться.
Обновлено: 21.01.2026