**Глава 20. Райкири и Расенган**
Кабинет Хокаге.
Сайки проводил взглядом оперативника Анбу, который растворился в тенях коридора, и перевёл глаза на массивную деревянную дверь. Там, за этой преградой, сидел Сарутоби Хирузен. Во времена обучения в Академии Третий частенько захаживал к ним с лекциями о своей драгоценной «Воле Огня», так что они уже пересекались. Но вот так, оказаться с ним один на один в его личном логове… Сайки покривил бы душой, сказав, что совершенно не нервничает. Лёгкий мандраж всё же присутствовал.
Глубоко вдохнув и выбросив из головы весь лишний мусор, он трижды стукнул по полированному дереву.
— Войдите! — донёсся изнутри властный голос.
Сайки толкнул створку и переступил порог.
Первое, что бросилось в глаза — чудовищные, угрожающе накренившиеся башни из бумаг и свитков, за которыми почти не было видно самого Хирузена. Сайки мазнул скучающим взглядом по пустым углам комнаты. Маскировка у местных стражей была на высшем уровне, но его обострённое восприятие не проведешь: он чётко ощущал присутствие нескольких теней Корня и Анбу, бдительно охраняющих покой своего вождя.
— Вызывали, Хокаге-сама? — спокойно спросил Сайки.
После встречи лицом к лицу с Тьмой Шиноби Данзо, вид Сарутоби Хирузена не вызывал у него ни трепета, ни страха. Сцена паники отменялась.
Третий оторвался от бюрократического ада, и на его изрезанном морщинами лице расцвела дежурная благообразная улыбка. Цепкие, прищуренные глаза принялись скрупулёзно изучать стоящего перед ним мальчишку.
Проведя две недели в лесах, проливая кровь и грязь, по возвращении Сайки первым делам сбросил осточертевшую форму. Сейчас на нём красовалась обычная белая футболка с ироничной надписью «Сила воли» на груди, чёрные укороченные штаны и те самые домашние шлёпанцы, в которых он бежал по крышам. Вид у него был до безобразия расслабленный и курортный.
Без уродливого жилета шиноби, без скрывающего лоб протектора Конохи, его природная красота била по глазам наотмашь. Чуть отросшие, небрежно растрёпанные чёрные волосы, чистый, пронзительный взгляд тёмных глаз и аристократично бледная кожа, которой позавидовала бы любая именитая куноичи. Правильные, точёные черты лица источали тёплую, располагающую к себе солнечную ауру.
Он не был похож на вечно хмурых и отстранённых отморозков вроде Какаши или Саске. Его типаж скорее походил на сияющего, как начищенный рё, Намиказе Минато. Вот только сам Сайки был твёрдо уверен, что внешне он на голову обходит будущего Четвёртого Хокаге. В конце концов, в Академии Минато со своей придурковатой ухмылкой умудрялся бесить даже Кушину, в то время как Сайки буквально купался в девичьем обожании.
Пока Хирузен изучал его, Сайки не остался в долгу и тоже внаглую рассматривал Хокаге.
Он не хотел вдаваться в глубокие философские рассуждения о моральном облике этого человека, но факты говорили сами за себя. За время его правления два величайших клана-основателя — Сенджу и Учиха — практически стёрлись в пыль. От их былого величия остались лишь жалкие ошмётки: Цунаде и Саске. Зато ничем не примечательные кланы эпохи Воюющих Государств, такие как Сарутоби, Митокадо, Утатане и Шимура, невероятно разжирели и пустили метастазы во все ключевые структуры Конохи.
В далёком будущем, когда Седьмым Хокаге станет Наруто, эти древние мумии — Кохару и Хомура — всё ещё будут цепляться за свои кресла старейшин, а Конохамару станет главным кандидатом на пост Девятого Хокаге. Поразительная монополия на власть, не так ли?
В прошлой жизни фанаты часто называли Данзо «Тенью-Котелком», на которую скидывают всю грязную стряпню. И в этом была кристальная правда. Не будь Данзо идеальным громоотводом для всех грехов Конохи, Хирузен ни за что бы не позволил ему развязать такой кровавый террор.
В отличие от дряхлого, изъеденного старостью старика из начала оригинальной истории, нынешний Сарутоби Хирузен был грозным хищником в расцвете лет, купающимся в лучах абсолютной власти и славы.
Сайки здраво оценивал свои силы. Рядового Джонина он теперь мог пустить на фарш, даже не вспотев. Но вот продержится ли он хоть минуту против Третьего — вопрос открытый. Впрочем, если запахнет жареным, сбежать он уж точно сумеет.
Чакра, тайдзюцу, ниндзюцу, боевой опыт — во всём этом Хирузен находился на пике уровня Каге. В эпоху, когда Учиха Мадара и Сенджу Хаширама давно сгнили в могилах, он по праву носил титулы «Сильнейшего Хокаге» и «Бога Шиноби».
Если брать весь мир в расчёт один на один, то превзойти его могли разве что старик Ооноки со своей Стихией Пыли, расщепляющей материю на атомы, да Третий Райкаге, закованный в непробиваемую броню из чакры Стихии Молнии и владеющий абсолютным копьём и щитом.
Но даже против них Хирузен, владеющий арсеналом из тысяч техник и самоубийственной Печатью Бога Смерти клана Узумаки, мог свести всё к ничьей ценой собственной жизни.
Наблюдая за мальчишкой, который смотрел на него без капли благоговения и трепета, Хирузен улыбнулся ещё шире:
— Твоё имя Сайки Бякуя, я прав? У меня к тебе лишь пара небольших вопросов.
— Так точно, это я. Спрашивайте, Хокаге-сама, — невозмутимо кивнул Сайки.
Отрепетировав легенду с Цуме Инузукой, он был готов к этому разговору. Терять ему было нечего: ну отдаст он деревне свои Райкири и Расенган, и что с того?
Разумеется, Сайки не был наивен. Он понимал, что после сегодняшнего шоу отсиживаться в тени больше не выйдет. А учитывая, как филигранно он обвёл вокруг пальца Данзо… Попытается ли глава Корня запустить в него свои когти? Ещё бы! Если Данзо упустит такой лакомый кусок, то он больше не главный архитектор человеческих судеб в этом проклятом мире.
Пацан, которому ещё и десяти не стукнуло, с нуля создаёт два убийственных ниндзюцу А-ранга с явным потенциалом для развития до ранга S! Щегол, способный в одиночку стереть в порошок элитный отряд Скрытого Облака с Джонином во главе! Да Данзо скорее удавится, чем позволит такому монстру разгуливать без подчиняющей печати на языке!
— Во время миссии сопровождения… — Хирузен подался вперёд, и его голос зазвучал тише, вкрадчивее. — Ты действительно в одиночку уничтожил Джонина и шестерых Генинов?
Как бы Третий ни пытался сохранить лицо, в его потемневших глазах плясали искры фанатичного предвкушения.
— Да, — коротко и без эмоций ответил Сайки.
Услышав это подтверждение из первых уст, Хирузен едва не подпрыгнул в кресле. Разумеется, он знал, что Цуме не станет врать в официальном отчёте, но одно дело читать сухие строчки, и совсем другое — смотреть на этого феноменального ребёнка во плоти. Восхищение грозило прорвать плотину его выдержки.
Сайки — всего девять лет! А перед ним был укомплектованный боевой отряд! Да, Цуме отвлекла на себя часть сил, но то, что совершил этот мальчишка, выходило за рамки здравого смысла. Если он продолжит развиваться в том же духе, Коноха получит новую Жёлтую Молнию. Тот, обладая Хирайшином, некогда в одиночку раскидал отряд похитителей из Скрытого Облака и спас Кушину. А Какаши со своими рекордами на фоне Сайки теперь казался просто способным мальчуганом.
Заметив, как у старого интригана Хирузена буквально загорелись глаза от восторга, Сайки поёжился. Уголок его губ нервно дёрнулся, и он инстинктивно сделал шаг назад.
— Хокаге-сама, умоляю, прекратите сверлить меня таким плотоядным взглядом. Меня от этого тошнит, — выпалил он без обиняков.
И в этой дерзости был свой холодный расчёт. С таким параноиком, как Третий, играть в идеального, покладистого солдата было смерти подобно. Чрезмерная покорность лишь вызвала бы подозрения. А вот детская непосредственность, граничащая с наглостью — идеальный камуфляж для гения.
Увидев на лице мальца искреннее, неподдельное отвращение, Хирузен подавился воздухом. Его восторженно трепещущее сердце дало сбой, а лицо почернело от возмущения. В памяти тут же всплыла его личная карточка из Академии: «Воля Огня — едва сдал».
«Маленький мерзавец», — мрачно подумал про себя Третий. — «Никакого уважения к старшим».
— Ладно, — кашлянул Хирузен, возвращая себе суровый вид. — Рассказывай в деталях, как всё было.
— Э-э… Хокаге-сама, — Сайки раздражённо вздохнул. — Разве в отчёте Цуме-сенсея не всё чёрным по белому расписано? Зачем пережёвывать одно и то же?
Лицо Третьего потемнело ещё на пару тонов, став похожим на грозовую тучу:
— Я сказал — рассказывай. И это приказ Хокаге!
— Как скажете, — картинно закатил глаза Сайки.
Порывшись в памяти, он извлёк на свет их с Цуме мастерски сфабрикованную сказку и начал вещать. То ли благодаря дьявольскому Плоду Хана-Хана, то ли из-за того, что огромные объёмы чакры прокачали его разум, память у Сайки работала как швейцарские часы. Он излагал факты гладко, без запинок и противоречий, ни разу не проколовшись на деталях.
Выслушав сухой, рубленый пересказ, который оказался даже короче официального рапорта, Хирузен лишь списал это на то, что ребёнок пока не умеет красиво расписывать тактику боя. Но суть он уловил.
— Потрясающий талант, — искренне восхитился Третий, поглаживая бородку. — А ты не мог бы… продемонстрировать мне эти ниндзюцу в деле?
Хотя он уже сложил в голове примерную картину мощи этих техник, увидеть их своими глазами — это совершенно иной уровень.
— Прямо здесь, что ли? Разнести вам кабинет? — вскинул бровь Сайки, красноречиво обводя взглядом забитую макулатурой комнатку.
---
Задняя гора Конохи. Изолированный тренировочный полигон.
Сайки замер напротив массивного деревянного манекена. Его руки взметнулись в смазанном движении, складывая печати с нечеловеческой скоростью: Бык — Кролик — Обезьяна!
— Райкири! — выкрикнул он.
*З-з-з-з-т! Вззз!*
Воздух пронзил оглушительный, режущий слух визг, сопровождаясь треском Чидори — словно тысячи птиц зашлись в истеричном крике. Огромный объём концентрированной чакры хлынул в правую ладонь Сайки, преобразуясь в безумный водоворот высоковольтных разрядов. Слепящее бело-голубое сияние озарило полигон мертвенным светом.
Не дав Хокаге опомниться, Сайки сорвался с места. Стихия Молнии пустила по его нервной системе бешеный импульс, разгоняя тело до ужасающей, смазанной скорости. Он врезался в исполинский тренировочный столб, и сжатая молния с тошнотворным хрустом пробила толстенную древесину насквозь. Секунда — и манекен взорвался изнутри облаком пылающих щепок.
Стоящий на почтительном расстоянии Хирузен прищурился, пытаясь унять бешеный стук сердца. Острый глаз Профессора Ниндзюцу моментально раскусил суть Райкири. Смертоносная пробивная мощь впечатляла, но куда сильнее его ужаснула нечеловеческая скорость реакции мальчишки! Контролировать такое чудовищное ускорение под воздействием молнии — это искусство, подвластное единицам.
Но Сайки и не думал останавливаться. Развеяв электричество, он медленно поднял руку.
Вновь забурлила чакра. На этот раз никаких ручных печатей. Над раскрытой ладонью начала закручиваться бешеная воронка голубоватой энергии. Чакра вращалась с безумной скоростью, сжимаясь, уплотняясь и принимая форму идеальной, гудящей сферы. Изменение формы чакры было доведено до абсолютного, математического идеала.
— Расенган! — проревел Сайки и с обманчивой лёгкостью, почти нежно, впечатал сияющий шар в соседний уцелевший манекен.
Результат был катастрофическим. Точку контакта сжало, а затем древесный ствол буквально перемололо в труху с оглушительным треском. То, что секунду назад было твёрдым деревом, превратилось в облако мелких опилок, кружащих в воздухе.
Хирузен стоял, приоткрыв рот от неприкрытого шока. С его энциклопедическими познаниями он мгновенно распознал природу этой сферы. Дзюцу без печатей! Идеальная манипуляция формой! И самое жуткое — оно было ещё не завершено. Это был лишь голый каркас, ожидающий вливания стихийной природы.
Дьявол во плоти, а не ребёнок.
Обновлено: 10.07.2026