Глава 34 — Глава 33. Твоя любовь

И плачет одинокая луна. Под ней мы совершим свой последний пируэт. Ты знаешь... Я... Я сидела рядом с Альрой, наблюдая за её реакцией. До какого-то определённого момента она просто мирно посапывала, но затем её дыхание участилось. Проверяя её пульс, я заметила, что её сердце начало биться медленнее и тише. — Альра... «Что же там происходит? По ту сторону стены, что нас разделяет.» — Если это в скором времени не исправить, то она навсегда останется там. Посмотрим, что у нас тут есть. — шаря по бумагам и старинным книгам, разбросанным по всему залу, Филина пыталась отыскать хоть одну более менее смыслящую зацепку. Лиола и львицы так же помогали искать. Перебирая очередную стопку, Лия задалась вопросом. — Река... Разве у этой реки было когда-либо имя? — По-видимому было, но мы его каким-то образом забыли... — задумчиво ответила Сура, копаясь в бумагах рядом с ней. — Хотите сказать, что наши воспоминания были стёрты?.. Кхе-кхе! Откуда здесь столько пыли?! — Не пыль, юный жеребец, а золотая пыль. — отмахивая от лица такое же облако дыма, сказала глава Сансанзу. — А разве есть разница?.. — недоумённо пробормотал будущий глава Уиндопурена. — Кстати, Элин. — не отрывая глаз от книг, обратилась ко мне львица. — Ты же должна знать её имя? И как только она это сказала, все глаза присутствующих здесь тут же обратились ко мне. С моих уст вырвался тяжёлый вздох. — Знаю, но толку от этого никакого нет. Вы должны сами всё вспомнить. Таково проклятие, наложенное на вас. *** — Но что это за проклятие? — захлопав ресницами, спросила Альра. — Проклятие, запечатывающее память. Кто-то наложил его на жителей двух берегов, но с какой целью, даже река не знает. — Хорошо, но... А почему ты так убеждена в том, что река зла на тебя? Мерцание в её ладонях усилилось и она раскрыла их. Наконец-то девочка увидела его. Разбитый колокольчик, что Нокт утащила за собой под воду. С каждым мерцанием слышался тихий звон, как если бы это было биение сердца. — Если бы тогда меня не оказалось рядом, то возможно она смогла бы всех защитить... Тогда, может быть, сейчас было всё иначе. В тёмных пещерах подул ветерок. Он был не сильным, не слабым, но очень ласковым. Со всей своей заботой и нежностью, он легонько коснулся беленьких щёк мотылька, смахивая с ресниц жемчужные слёзы. Провёл по её пушистым усикам, будто успокаивая, дотронулся до белых крыльев, будто обнимая. Наблюдая за сие картиной, девочка уловила прозрачный образ. Образ девушки, что словно мать, прижимавшая к своей груди расстроенное дитя. И тогда она всё поняла. Ведь не было никаких причин, чтобы река её возненавидела, как и не было никаких причин для того, чтобы Нокт проливала свои слёзы. Всё было так просто. — Она любит тебя. — прошептала Альра, боясь спугнуть тот бледный силуэт. Девушка, на чьей голове покоились такие же прозрачные цветы, украдкой посмотрела на неё и улыбнулась. Нокт недоумённо подняла голову. Слёзы продолжали катиться по её щекам, но исчезали сразу же, не успев дойти до подбородка. И тогда девочка повторила вновь, уже чуть громче и ласковее: — Она любит тебя. И всегда любила. Кивнув, призрачная девушка, не говоря ни слова, прижала к себе Нокт лишь крепче. И только тогда та наконец почувствовала биение чего-то сердца. Издав изумлённый вздох, мотылёк протянула свои руки и обняла её в ответ. Слёзы ушли, как ушла и тревога в сердце. Осталась только нежность и любовь двух дорогих друг другу сердца. Наблюдая за ними, Альра не могла не скрыть своей улыбки. Она знала что вот ещё немного и она тоже сможет прижаться точно так же к своей любимой. Даже крепче! Ох, Элин, как она тоскует. Как же хочется снова взять её руку и отправиться в следующие странствия. И пусть они будут длинными, тяжёлыми, опасными, но самое главное то, что они будут вместе. Важнее этой любви нет и не будет ничего на свете. И только девочка представила, как уже бежит в объятия своей любимой матушки, как в сердце кольнуло. Что это? Показалось? По телу пробежала дрожь, перетекая в судороги. Стало так холодно... «Элин... Как же мне холодно...» Почувствовав себя в чьих-то объятиях, альрауна открыла глаза. Всё та же пещера, всё те же белые волосы. — Альра? Ты как? Такая холодная... — Она замерзает. Её сознание сливается с моим. — донёсся откуда-то блёклый голос. Словно эхо, он доносился то сверху, то снизу, мягко обволакивая тело девочки. — Больше медлить нельзя. Увидь же, маленькая альрауна. Пусть они узнают правду, вспомнят всё. Они должны, иначе быть всему бедой. «Я верю. Та девушка тебя спасёт.»