Порой я гадаю, как могла бы сложиться моя жизнь без всех этих людей, без лиц, что меня окружают.
И так уж в мире заведено, птенцу суждено упорхнуть из гнезда. Наблюдая за этим птенцом, я как будто смотрю на себя.
Уже выйдя из леса я чувствовала такой манящий, сладкий, с нотками ностальгии, запах булочек Матильды. Когда-то давно, когда почва только формировалась и начинали появляться первые цветы, кентавриды были повсюду, как и другие виды кентавроидов. Но с появлением людей их начинало становится всё меньше и меньше. Мать Араши убили ещё до того, как был основан Уиндопурен, а мать Лиола скончалась незадолго до того, как между двумя народами возникла вражда. На данный момент популяция кентаврид начала возрастать, но многие и по сей день осторожничают и носа не показывают из своих домов и поселения. Другое дело Матильда. Если роль главы заключается в поддержке силы духа и наличии продовольствия, то роль этой кобылицы, как матери, заключается в том чтобы накормить все здешние пустующие животы. Её любили и уважали здесь абсолютно все, а в большей степени это выказывал Альберт. И неудивительно, ведь они были женаты.
— Ну, дорогой? Ничего не хочешь мне сказать? — с самой наимилейшей улыбкой произнесла это блондинка, стряпая еду на каждого. Зашедшие вместе с нами в таверну(которая в дневное время суток служила столовой) жеребцы застыли в ужасе. Все знали, что если Альберт произнесёт хоть одно слово, которое не понравится его горячо любимой жене, то в её руках тут же тесто, из которого она печёт настолько восхитительные булочки, превратится в орудие убийства.
— М-милая... То, что я вчера сказал.. Пожалуйста, дорогая, ты только не злись, алкоголь в голову ударил, ну, ты же знаешь как оно... — заикаясь начал мямлить жеребец. Казалось, будто с каждым его словом, движения Матильды, режущей продукты для завтрака, становились всё сильнее и размашистей. Все боялись, как бы этот острый нож не полетел в кого-нибудь из толпы.
— «Знаешь» что? Я не понимаю тебя, милый. В отличие от некоторых мне вот алкоголь в голову не ударяет. — говорила она спокойно, голос её был мягок как никогда, но от этого лишь становилось страшнее.
— П-прошу... прости меня. Те слова про зад, что я вчера говорил...
Ой, ну вот и всё. Сию же секунду нож с большой силой вонзился в разделочный столик, при этом не повредив ни одного продукта, однако столик...
— Извини, про чей зад?
Не-не-не, пора это дело кончать, а то бедняге не выжить.
— Доброе утро, Матильда! — сделав вид как будто я только пришла, я вышла из толпы, садясь за столик у стойки, за которым для меня любезно заранее был приготовлен стул. Увидев меня, Матильда тут же разнежилась и вся напряжённая атмосфера в помещении вмиг улетучилась.
— Линушка! Свет моих очей, дорогая, хорошо тебе спалось? — нагнувшись, не выходя за стойку, она поставила мне на стол тарелку с овощным салатом, сок из голубики, сэндвичи с листьями салата и хорошо прожаренного мяса, и самое главное — булочки из ежевики и земляники. Я еле сдерживалась, чтобы не наброситься на эти яства.
— Да, спалось мне замечательно. Спасибо за такой чудесный завтрак, Мати.
Услышав своё старое прозвище, та чуть не расплакалась.
— Как же давно ты меня так не называла, дорогая. Так много времени прошло, Линушка.
— И правда, времени прошло не мало. Жалко скоро мне снова придётся покинуть вас. Эй, а вы чего слезу пустили?
Так и не разойдясь по столикам, жеребцы стояли, шмыгая носами. Еле протолкнувшись, из толпы выбежала Альра.
— Элин, ты меня забыла.
— Хаха, и правда, извини. Иди сюда, солнышко. Матильда, можно у тебя ещё попросить тарелку салата и булочек? — обратилась я к кентавриде, усаживая к себе глотавшую слюнки девочку.
— Проси всё что хочешь, дорогая! А вас, господа жеребцы, я попрошу наконец занять свои столики!
Наконец-то улучив момент, я посмотрела на Альберта. Он с благодарностью улыбнулся мне, я же в ответ подмигнула. К нам за столик подошёл Араши.
— Да, Элин. С нашей Матильдой только ты и можешь управиться. — тихо сказал глава, дабы его не услышали, однако с другого конца стойки донеслось:
— Уважаемый глава, вы что-то сказали?
— Салат! Говорю, какой вкусный у нашей дорогой Матильды салат, просто пальчики оближешь!
— Ну вы и озорник, уважаемый!
Вздохнув про себя, жеребец взял одну из булочек и уже положил себе в рот, как из другого конца стойки вновь раздался голос Матильды: «Не больше одной в день! Вам нужно беречь своё здоровье.» На что глава тяжко вздохнул.
— Хаха, тебе тоже достаётся немало, уважаемый глава.
— Ну, если бы я растил Матильду, то вполне может быть она бы обращалась со мной так же как с некоторыми.
— Я смотрю, в вас зародилась зависть, уважаемый! Держи. — быстренько отломив половину от булочки, я тайком протянула её Араши. — Иногда можно себя хоть немного побаловать.
— Хаха, и после такого озорником всё равно остаюсь я. И всё же её булочки это что-то.
— Уф, я объелась. — подала голос альрауна, хлопавшая себя по животику.
— Объелась? Да ты ничего кроме булочек так и не съела, дорогая! Поешь хотя бы немного салата, милая.
— А он вкусный?
— Очень! — ответил Араши и Альра тут же за обе щёки начала уплетать и салат. Кстати...
— Кхм... Хихи, очень милая причёска!
Не отрываясь от сэндвичей и салата, Араши поднял глаза на свои волосы. В поле его зрения попался кусочек цветка, готового упасть ему на нос. Взметнув брови наверх и отмахиваясь «ну и ладно!», он посмотрел на мою голову и его лицо озарила улыбка.
— Она тебя ну ооочень сильно любит. — не отрывая еду от рта проговорил жеребец. И тогда настала уже моя очередь поднимать глаза вверх.
Обновлено: 20.01.2026