— Как же я ненавижу эту работу. Отчитывают за вещи, которые я никак не мог предусмотреть, — тихо заныл стоящий у окна белокурый мужчина с сильно выделяющимся остроугольным носом. Пристальный взгляд осматривал входящих в дом наук людей. — Вот скажи, Хорнет, как я мог предусмотреть тот факт, что Катафракт отправился на рейд с учеником Шики, если мы всё это время наблюдали за ним на этом острове?
Девушка положила голову на своё плечо и сияющими глазами изучила напарника.
— Не надо реагировать так остро на все отчитывания, дозор сам не понимает границы сил этого парня и лишь хочет, чтобы мы получше о нём разузнали, — девушка ткнула локтем вбок и заулыбалась. — Вот если бы ты не крутил носом от выполнения обязанностей, братец, мы бы давно всё разузнали.
— Что ты сказала про мой нос?
— Хе-хе.
Пытающиеся не выделятся дозорные повернулись к высокой скале, где находился замок хозяина всего острова, и задались самым насущным вопросом: выходил ли оттуда настоящий Катафракт хотя бы раз? Видели ли они его, или до сих пор наблюдали только подобие, созданные дьявольским фруктом?
Живя с таким опасным и хитрым врагом, как-то не сильно воспринимаешь остальных пиратов — реакция на появление чёрных чаек у них была абсолютно спокойной, брат с сестрой не перестали обсуждать свои дела, даже когда увидели их всем составом. Не подав вида, проследили и за вновь появившимся Катафрактом, в вечном сопровождении своих двух… киллеров. Никак иначе их назвать было нельзя, безопасностью острова и убийством нежелательных элементов, всегда занимались именно они.
Чтобы не упускать всех из виду, они пошли в зал. На мгновение ока девушка с парнем остановились в дверном проёме, чтобы быстро осмотреть территорию, и вскоре парень толкнул соседку локтем. Он кивнул в сторону задних рядов, где вместе собрались те самые страшные пираты, пугающие всю округу своими способностями.
— Пошли к ним, — спокойно выразился парень.
— Эй, это ты можешь спокойно рисковать, а мне, что прикажешь делать, если начнётся бой? Даже не хочется приближаться к этим психам.
— Это ты мне что-то затирала про невыполнение обязанностей? — мужчина выгнул бровь и, взяв Хорнет за руку, вместе прошёл перед лицами Чёрных Чаек, сев на передние места. Одну секунду они ощущали на затылке пристальные взгляды, заставившие напрячься. — Хочу, наконец, услышать речь доктора Курехи, я её фанат.
— Не слишком ли она стара для тебя, Пэрри?
Разыграв короткий диалог, почуяли, как про них быстро забыли. Но от дальнейшей ситуации оба сидели в полном ступоре и почти что ужасе — пираты буквально решали: будут ли рвать друг другу глотки сейчас, или через пару минут. Прямо в зале, полном людей, наполненном медиков, которые обсуждали насущные проблемы современности.
Хорнет с Пэрри сжали от гнева руки. И они были готовы ко всему, что произошло в следующий момент. Каждый словно в замедленной съёмке следил, как проносящиеся убийцы Катафракта рассекли грудь пирату Феруму и сломали кости в теле Ягнёнка — их тела с ускорением отправились в полёт и почти сшибли сидящих в округе людей. Дозорные во мгновение ока испарились с места и с тихим хлопком появились перед пиратами, погасив их импульс прямо перед встречей с мирными жителями.
— Ребята, давайте вы уйдете, — Хорнет посмотрела на шокированных наблюдателей и миленько им подмигнула, попытавшись не поднимать панику. И даже так, те мгновенно вскочили и начали с криками убегать в разные стороны. Выдохнув, посмотрела на схваченного руками мужчину в плаще, с непропорционально тяжёлым телом. — Эх, как же раздражают пираты.
— Кх, большое вам спасибо, миссис красавица. Я постараюсь, чтобы вы тоже не пострадали в этой битве, — к её удивлению, пират не умер и спокойно поднялся с рука. Зияющая рана, которая должна была остаться от взмаха клинком одного из убийц, даже не проявилась. Да чего там, его одежда пострадала не так сильно, как того стоило ожидать. Хорнет смутилась от руки пирата на своей щеке и мгновенно ту отбросила.
— Кретин, я спасала не тебя, а людей.
— Простите, сейчас не время для флирта, — нависший над ней мужчине резко преобразовал руку в какой-то страшный механизм, начавший заряжаться мощными разрядами тока, и в следующий момент он выстрелил штырём в сторону атаковавшего его мечника.
Видя, как смертоносный снаряд вонзился в человека и вызвал ударную волну, разнёсшую в щепки зал и поставивший под сомнение безопасность докторов, Хорнет резко нахмурилась и до того, как пират успел среагировать, со странным стрекочущим звуком вбила его в землю двумя кулаками одновременно. Подняла ещё двумя руками и тут же отправил в потолок.
— Какого… — Ферум удивлённо заморгал и даже покраснел — женщина перед ним отрастила по дополнительной руке с каждой из сторон, вытащила из спины четыре крыла насекомого и отрастила из своей задницы целое брюшко с огромным жалом на конце. — Оу, миледи, как неожиданно, но интересно.
— Если тебя заинтересовал шершень-убийца, то ты ещё тот недомерок, — Хорнет выставила вперёд острое брюшко, и, стремительно задёргав крыльями, пронзила за один миг пространство, почти пробив живот пирата гигантским, метровым жалом.
Ферум пустил перед собой вспышку электричества, на которую та должна была наткнуться сама, но её тело в один момент попросту исчезло.
— Что? Там было микромгновение перед контактом с телом.
Не успев осмотреться, его мгновенно вбило в спину четырьмя руками. Броня под телом резко получила пиковый заряд кинетической энергией, и в следующий же момент была выпущена наружу, откинув напавшее насекомое через весь зал.
— Вот как? Кажется, понимаю, — Ферум застыл в воздухе, посмотрев на стабилизировавшую девушку, глаза которой тоже странно изменились под воздействием фрукта. — У вас, насекомых, фасеточное зрение, не трубющие фокусировки и способное воспринимать всё намного чётче наших, человеческих. Но есть ещё один плюс, — Ферум снял очки и показал красные очи. — Насекомые могут воспринимать разные электромагнитные спектры. Ты тоже их видишь?
Вокруг Ферума взлетели различные металлические осколки различных вещей, выброшенных или оброненных людьми, это напоминало простой телекинез. Но они оба видели магнитные линии, поля, на которых висели все эти предметы. Строение поля в один момент изменилось, и с короткой задержкой по ним полетели вещи.
Под совершенно неразумным ускорением прорвали воздух и с грохотом обрушили целую часть здания.
Стрептивому шершню хватило той задержки в измении поля, чтобы заранее уйти с траектории и, оказавшись перед пиратом, обуршить на него кулак и насадить на Жало.
Ферум ощутил лёгкое пробитие брони, но вовремя взялся за торчащий штырь. Замахнувшись, одной физической силой вбил её в землю и раскрыв руку, направил на грудь собственный металлический стержень.
— У меня тоже есть чем жалить.
— Ты, промахнувшись, разнёс это здание сильнее, чем если бы дал взорвал тут бомбу!
Но не успев нанести атаку, девушка плюнула ему в лицо большим и вязким комком, который резко загустел до состояния клея и помешал сориентироваться от серии ударов.
В другой части рушившегося особняка, приподнятый за шею Ягнёнок, пускающий с уголка рта капельку крови, медленно приоткрыл глаза. Перед ним стоял мужчина, приготовивший палец для нанесения удара. Миг, рука дозорного стремительно понеслась к минку, чтобы покончить с пиратской жизнью, как вся конечность резко вспыхнула фонтаном крови и упала на землю.
— Гад, воспользовался положением! — минк упал на пол и сделал пару прыжков назад, взявшись за свой живот. Результатом удара многотонной руки одного из спутников Катафракта стали сломанные рёбра. Минк вытащил язык и, отметив спокойно стоящего и кровоточащего дозорного, показал нарисованную на руке белую черту.
Воплотил рисунок в реальность и тот мгновенно превратился в длинный след из сжатого и острого воздуха. Дозорный преспокойно отошёл в сторону и хладнокровно пропустил атаку мимо себя.
— Ты какой-то странный, — у Ягнёнка быстро пропал интерес к драке с настолько спокойным противником. Никаких криков или мольбы, у него даже не участилось дыхание! Но вскоре и сам понял, почему у блондина отсутствовала любая обеспокоенность — отрезанная конечность начала сама, с достаточной высокой скоростью отрастать на месте уже потерянной. А потом из его головы выросли шесть странных жгутиков, как у какого-то земноводного.
— А смысл переживать о ранах, если у аксолотлей — лучшая регенерация среди всех позвоночных существ на планете? Отруби мне хоть голову — я и её быстро восстановлю, — мужчина ввёл минка в ступор, и достав из кармана сигарету, постучал понизу, чтобы вытащить одну, и сразу закурил. — Среди Зоанов только сила Феникса способна превзойти меня в регенерации.
Он исчез и тут же вбил ногу в лицо минка, пробив им несколько стен и вывалив на улицу. Дозорный тут же оказался над телом напуганного ребёнка и хладнокровно опустил на тело кулак. Глаза не выражали ни капли сочувствия или эмоции. Только задачу убить.
Минк быстро моргнул и заставил мужчина на секунду остановиться. Он увидел трепет, и странный цвет, заставивший задуматься о сочувствии.
— Ты… — в его голосе впервые проснулась нотка жалости, лицо дозорного выразило обеспокоенность. Но в следующий же момент тело было разделено на четыре половинки огромными и острыми слешами. Мужчина упал, развалив по округе кровь и органы, но одно из тел сразу же принялось стремительно регенерировать.
— Эй, а покажи, как выглядит настоящий аксолотль, я хочу его нарисовать!
— Черт, ты мне мозги как-то контролируешь или что-то вроде того? Знал я одного поехавшего художника, терпеть вас с тех пор не могу, — как только кожа мужчины начала приобретать ярко-розовый оттенок, тогда же начала многократно ускоряться регенерация. Блондин превратился в трёхметровое здоровое существо с будто бы прозрачной кожей. Потратив короткий миг полной формы для усиленной регенерации, тут же вернулся в человека и мгновенно разделив дистанцию, ниспослал град остро лезвийных ранкяку, способных прорезать любое нарисованное лезвие.
Минк стрептиво забегал, переваливаясь между взрывающейся от лезвий земли, пока один из ударов не попал ему по ноге. Минк широко раскрыл глаза, увидев фонтан крови и ощутив в своей конечности острую боль. Опустив голову, он словно в замедлении посмотрел, как конечность осталась висеть на тоненькой косточке. А ещё ряд слешей летел прямо в тело, готовые разрубить кусок ягнятины на стейки.
— Вы испоганили этот мир, пираты.
— “Конец? А ведь я недавно помог одолеть гиганта”, — в голове Ягнёнка пронеслась грустная мысль. Висящий на шее колокольчик тихо звякнул. — “Что можно использовать? Как рисунком превзойти оригинал?”
Он увидел непревзойдённые в мастерстве лезвия, создание которых оттачивалось годами. Старая техника, не меняющаяся и передающаяся из поколений мастерами рокусики.
— “Меняться… почему это я должен унаследовать, а не создавать своё?” — Ягнёнок удивлённо моргнул, и инстинктивно направив вперёд руку, выпустил последний рисунок, который был отпечатан на ладони. Всё, что он успел туда добавить, так это капельку крови, упавшую на него с ноги.
И в следующий момент красное лезвие прорезало пространство и с небывалой лёгкостью разрушило каждый слеш, заставило дозорного раскрыть глаза и прорубило ему голову. А потом полетело дальше, срубая крыши ближайших домов. Взметнувшиеся обломки обрушились вниз, заставив здание за зданием рушиться под каскадом падающих каменных блоков и вылетающих окон, фрагменты сыпались на мостовые, превращая улицу в разбитый лабиринт из камня и обломков. Удара было достаточно, чтобы дойти до пристани, и, обрушив одну из опор, вызвать трещину в причале. Корабли у берега заходили ходуном, словно тоже ощутив на себе ударную волну.
— Йах, — а минк в этот момент упал на задницу и пускай схватился от боли за ногу, всё равно учащённо заморгал. — Хм... почему мне в голову резко пришло, что красный цвет может помочь улучшить остроту?
Задумчиво постучал по губе, вскинув голову. Но быстро отложил эту мысль в дальний ящик. Минк воплотил из своих волос кисточку и нарисовал на ноге новую плоть, которая идеально с ним слилась и позволила сразу встать и задвигаться.
Валяющийся же на земле дозорный, оставшийся без верхней части головы, медленно поднялся, отращивая с нуля мозг и череп.
— Я так-то под прикрытием, и в драку вступать мне не положено, иначе опять отчитают, — аккуратно поднялся и хрустнул кулаками. Его взгляд на секунду кинулся к разрушениям. — Вот только несмотря на устав, я бы предпочёл всё равно вас всех переубивать, Чёрные Чайки. По мне, вы не менее опасны, чем Катафракт.
***
В ушах раздался свист. Тело пронеслось по воздуху и в последний момент, вместо возможности спокойно приземлится на обычную стену и сломать её, нарвался на гигантский, выросший из земли кулак. С двух сторон мгновенно зажало абсолютно исполинской силой, обрушившиеся кулаки раскалывали пол и стены вокруг нас, а каменные куски выламывали окна. Фрукт Катафракта следовал простому правилу: чем больше мышц, тем сильнее будет удар, поэтому созданные им конечности были разрушительней ударов оригинала.
В последний момент сжимающие меня кулаки исчезли, и из стены сформировалась гигантская нога, которая, словно торпеда, выбросила меня через весь зал. Я с силой врезался в массивную колонну — та с грохотом раскололась, куски камня посыпались, проламывая пол. Зал сотрясся, и облако пыли поднялось до самого потолка, заполняя пространство дымкой.
— Готов! — чернокожий помощник решил помочь своему хозяину. Его фрукт, который, по ощущениям, управлял не просто шипами, а создал в теле некую, похожую на кость структуру, покрыл руки слоями брони, превратив их в огромные панцири. Как только подлетел, он мгновенно создал острые иглы, завернувшись в бронированный шар.
С грохотом врезался в его шипы, и из горла вырвался болезненный хрип. От силы столкновения вокруг разлетелись крупные обломки пола, и их острые осколки, как стрелы, вонзились в окружающие стены, оставляя в них глубокие трещины. Даже тэккай не смог полностью защитить — иглы были острее скальпелей, оставив несколько глубоких порезов, и пронзив мышцы.
Только я успел сгруппироваться, как второй враг, нависнув надо мной, резко обрушил гигантское лезвие. Едва выставил кулак, чтобы защититься, и созданная мною волна гравитации хлынула, как поток — воздух задрожал от ударной силы, оставляя в стенах зала глубокие выбоины. Потолок начал обваливаться. Отброшенные противники вцепились в пол всеми силами, словно держась за жизнь.
Но их кровожадные попытки лишь раззадорили меня. Если мне, в отличие от Маргарин, не хватает скорости для защиты тела при помощи воли, то я защищусь полностью.
Костная структура начала резко и очень быстро пролезать из тела, в то время как оставленные противниками раны тут же срослись вместе. Сделав шаг вперёд, я сотряс округу в новой и совершенно непробиваемой броне, на которую эти пираты глянули с исключительной опаской.
— Я могу всё то же самое, что и вы — только лучше, — они решили проверить это заявление.
— Мы убили сотни людей, которые говорили точно так же, — чернокожий наёмник мгновенно сжал свои панцирные щиты до сверхплотных и массивных шипастых кулаков, и с грохотом постарался сломать костную броню. Но мои кости тут же ответили — разрослись копьями, которые пронзили его тело. И в этот момент сжал критическую массу, находящейся в теле убийцы.
Глаза фруктовика сжались. Не успел я превратить его в плотно сжатый комок плоти, как чернокожий, действуя будто лишь из желания стать недосягаемым для любых ударов, изверг из каждой клеточки тела остроконечные копья, сформировавшись в ежовый шар.
Притяжение сработало, всё ещё пробитый противник, начал сдавливаться внутрь себя, но из-за странного и очень прочного вещества, из которого состояло тело, всего-лишь брызнул во все стороны фонтаном крови. Прочность оказалась спасительной.
Мечник среагировал мгновенно: трансформировал всего одну клинковидную руку в большие и острые когти, на порядок превосходящие ноготки Гэрри. Сам воздух загудел от стремительных взмахов, пытающихся спасти напарника, ответить на которые оказалось проще простого — я создал на кистях уже привычные лезвия, но из костей, и благодаря воле отбил удары — пол под нами раскрошился, образовав мощную воронку. Занёс ногу и, застав широко раскрывшиеся глаза, отправил противника в сторону только что вылезшего из большой дыры Гэрри.
— Ой, — прищурился я, заметив, что взбешённая улитка мгновенно зарядила мощным ударом по своему обидчику.
В этот момент шипастая сфера сцепилась с места и надавив массой не менее десятка тон, проехала по моему телу, вбив в землю, и проехав десяток метров. Зашёл в занос и пошёл на новый круг. Весь пол, уже лишённый настила, оказался изрыт глубочайшими дырами.
— “Он преобразует в твёрдые шипы даже волосы, и как будто имеет даже больше арсенала в способностях, чем мой фрукт. Но массу понижать неспособен”, — в эту секунду я облегчил себя, и свою броню. Приготовился совершить рывок, но…
По телу фруктовика пронеслась Маргарин, она обрушила на его быстро катящееся тело клинок и словно теннисный мячик отправила за пределы здания.
— Шипастик, а про меня не забыл?
— “Ну, она справится сама”, — увидев, что девушка начала преследовать врага, я вернулся к Катафракту. Точнее — он ко мне. Из спины выросли крупные руки, попытавшиеся обхватить меня и дать Катафракту момент для атаки. Вырастил новые шипы и тут же разорвал конечности всплеском гравитации, наставил на Катафракта руку и подготовил костяное копье для броска. Но в этот момент в моей голове перещелкнул тумблер. — “А разве урон клонов не переносится оригиналу?”
Каноничный владелец способности не получал раны сам, но ощущал всю боль. Я заметил, что он даже не кривился. Вероятно, мог игнорировать ранения в силу очень высокой выносливости, но он даже не смутился и не дёрнул бровью. Ни один раз за время боя. Ему плевать на любую рану, которую я наношу.
— Мне кажется, ты что-то от меня скрываешь, — проговорил грубым тоном и бросил костяное копьё, которое из-за эффекта понижения гравитации начало резко отбрасывать объекты от себя. Эффект гравитационного поля длился короче секунды, но пролететь через расстояние, раздолбить вставшие на пути руки и ворвавшись внутрь тела, разорвать его грави-взрывом — проблем не составило. Он разлетелся по округе вполне реалистичными органами, заплевал обломки здания кровью и помер.
А потом встала тишина. Пару мгновений не было никого, пока рядом, опять из неоткуда, не появился чёртов Катафракт, начавший формировать колейдоскоп из огромных рук, которые из-за моей костяной брони не могли пробить даже базовую прочность.
— Вот как, — оказавшись перед клоном и пронзив его голову пальцем, дополнительно сжав пространство вокруг него, чтобы оригинал каждой клеточкой тела ощутил последствие смерти, я посмотрел наверх. Что всё это время находилось рядом и оставалось на фоне, где мог находиться оригинал, манипулирующий всем с расстояния?
Земля расшиблась под ногами от мощного толчка, и за один прыжок оказался выше уровня скалы. На вершине плато, в центре, находился вылепленный из камня замок. Перед его площадью текли реки, ниспадающие потом в водопад. Были созданы умиротворяющие искусственные озёра с небольшими декоративными рыбками. Но не было ни одной живой души. Приземлившись на площадь, я ощутил только давящую атмосферу, да почувствовал появляющиеся время от времени конечности, которые удавалось легко и без всякой проблемы отправлять в утиль.
— “Он повторяется и вообще не адаптируется, я впервые встречаю такого слабого противника”, — продолжал думать, идя по самому большому коридору ровно в центр замка. — “Чтобы добиться такой силы нужно спонтанное мышление, чувства, но Катафракт словно не анализирует ничего и рвётся в бой сломя голову”.
Вопросы лишь накапливались, пока я не дошёл до массивной каменной двери. Открыв её, я отбил ещё пару внушительных кулаков, словно это уже стало чем-то обыденным. Взору предстал большой зал, полный хаотично разбросанного мусора — повсюду валялись упаковки от еды, пустые банки из-под газировки, смятые салфетки и грязные тарелки.
В центре, устроившись на диване и не обращая никакого внимания на окружающий хаос, сидел незнакомец. Он спокойно смотрел какую-то передачу на видео ден-ден муши и жевал чипсы, поглощённый просмотром,
Это сто процентов был не Катафракт — лицо более вытянутое, брови тоньше, взгляд — совершенно уставший, а волосы длинней. Но как только я его увидел, новые конечности появляться перестали.
— Ты кто? — спросил я, но едва произнёс слова, как этот человек медленно повернул голову, бросив на меня холодный взгляд исподлобья. Он спокойно поднял руку, сложил пальцы в форме пистолета. В следующее мгновение на кончике его пальца начала формироваться ещё одна фаланга.
— Шин-Сиган, — абсолютно безэмоционально проговорил он.
Эта фаланга, будучи ничем не закреплена, вдруг покрылась плотным слоем воли и с невероятной скоростью выстрелила прямо в меня. Она вошла в тело с силой молота, пробив броню и вызывав болезненный хрип. Я отлетел назад, оставив на стене глубокий отпечаток своего тела, и, хотя мне удалось защититься волей, это было слишком опасно. Тело почти лопнуло от давления.
— Кх. Рокусики? — раскрыл свои глаза и сразу отбил вторую фалангу. В ответ на это мужчина выдохнул и перестал повторять одну и ту же технику. — Дозорный? Агент Сайфер Пол? Зачем ты притворяешься пиратом…
— Не претворяюсь, — низким и гортанным голосом ответил он. — Я и есть — настоящий Катафракт.
***
Вспышка молнии прошлась по улице города, асфальтовая дорожка сразу же промялась, превратившись в маленький щебень от силы толчков, окна окружающих домов мгновенно выбило, и показавшаяся перед большим и шипастом шаром женщина пронзила тело врага выпадом клинка. Ярость, скорость, вся животная сила внедрилась в противника и окутала внутренности вспышкой электричества.
— Ой! — буркнула Маргарин и тут же вытащила клинок, отскочив на десяток с лишнем метров из-за огромного количества удлинившийся шипов, которые уже ничем не могли её удивить. — В этой форме шара ты для меня просто груша для битья.
— Но и причинить мне существенный вред ты не можешь, — мужчина перестал пародировать ежа и, вернув человеческую форму, выпрямил спину. Он вообще не выглядел так, словно его много раз самого протыкали и накачали таким количеством тока, что пора было бы помереть. — При преобразовании моё тело начинает состоять из более прочной версии кератина, даже органы могут измениться и стать плотнее и тяжелее, чтобы свести весть твой урон в ноль — стать прочнее стали и выдержать высокое давление для меня не составляет труда.
Он сделал руки толще и сделал на их кончиках маленькие шипы, ставшие напоминать две огромные булавы. Маргарин приготовилась, сблизилась к земле, чтобы переиграть тяжёлого противника в скорости, но, к своему удивлению, тело отреагировало раньше времени. Небольшой палец убийцы трансформировался в тонкий и очень быстрый шип, который пронзил пространство и коснулся её глаза. Одно мгновение. Мельчайший контакт с сетчаткой, и девушка тут же отрезала выросший шип, но схватилась за немного кровоточащий глаз.
— О как. Раньше не было ещё никого, кто легко сумел отбить эту атаку, — мужчина с прищуром посмотрел на приоткрывшийся глаз дамы, ставший красным, налившимся кровью.
На долю секунды она исчезла, а затем её клинок молниеносно опустился, целя прямо в глаз противника. Она вложила всю силу, стремясь завершить мстительный удар, но тут же её путь преградили пронзительные шипы — волосы мужчины и его руки удлинились, мгновенно разрастаясь в массивные и плотные барьеры. Они смягчили её атаку, скользнув вдоль клинка и оттолкнув его, оставляя голову мужчины невредимой.
— Ты не приблизишься, если я того не пожелаю, — прошипел он с леденящим спокойствием.
Но это было только началом. Маргарин бросила взгляд вниз и заметила, как гибкие шипы начали разрастаться вокруг неё, словно ожившие лианы. Они с невероятной скоростью обвивали её руку, превращаясь в гигантские пятиметровые шары. Лишь на миг она успела дёрнуться в сторону, когда взрывной рост этих шипастых «мин» стал крушить всё вокруг. И её саму, обжимая в шипастый кокон.
Шары, обрушившиеся на прибрежные здания, снесли стены и раскололи фундамент. Одно за другим строения оседали, вызывая обвалы, а обломки сыпались в море, оставляя после себя лишь дымящийся хаос. Шипастые шары резко взорвало изнутри, но это привело только к тому, что большие копья разбросало по округе, показав исключительную пробивную мощность. Некоторые места даже стали дымиться от скорости, которую показывали шипы.
— Ах, — Маргарин припала на колено, в её теле было множество кровоточащий дыр. Воли для защиты всего тела ей хватало только впритык. Но это же сыграло злую шутку. — Чёрт, как же больно.
— Чем меньше концентрация воли, тем легче её пробить. Но ты молодец, оставила защищёнными лишь самые уязвимые места, — парень посмотрел на клинок амазонки. Тот не выдержал его силы и превратился в прошитый дырками кусок металла, который уже ни на что не годен. Маргарин сейчас была его полной копией. — Кстати, сидеть на земле — вредно.
Землю резко пронзили выросшие из ног убийцы шипы. Они коснулись длинных ножек Амазонки, но ей хватило немного сил, чтобы быстро их обломить. Два существа посмотрели друг на друга и прищурились.
— Какого хрена ты так много пиздишь? — гневно выразилась Маргарин. — Ты как ребёнок, которому надо высказаться, неужели капитан не уделяет тебе должного внимания, деточка?
— Замолкни, простушка — мужчина тут же приспустил веки. — Капитан — исключительно деловой человек, ему не до общения по пустякам. Разрабатывать способы управления, новые техники — человеку, не владеющему фрукту, не понять.
— Фрукты бесполезны, — пожала в ответ плечами.
— Ха… Да ты ж поехавшая!
В этот же момент мышцы мужчины вспучились, всё тело начало стремительно разрастаться шипами и разрушать даже каменные стены подобно просто бумаге. Разрушительные наросты распространялись на весь пирс, стремительно занимая площадь в сто метров и пронзая каждый дом на пути.
Но их рост не остановился: от первых шипов стали ответвляться новые, словно живые лианы, и устремлялись в разных направлениях, создавая почти непроходимые тернистые ловушки. Каждый новый шип был острее предыдущего, словно сам воздух вскрикивал от их колючих прикосновений. Вся набережная превратилась в поле смертоносных шипов, где любой шаг грозил мгновенной гибелью.
Оказавшаяся в центре этой западни Маргарин стремительно уворачивалась, пока не оказалась снова окружена со всех сторон. Она резко застыла со сжавшимися зрачками, осматриваться было бесполезно, как и бежать куда-то ещё. Ведь она уже оказалась в нужном месте.
С силой ударив по земле, Маргарин пробила доски старого пирса и провалилась в ледяную воду. В следующий момент шипы захлопнулись над ней, и чернокожий убийца усмехнулся
— И что теперь, насколько фрукты бесполезны? — шипы единым потоком направились в сторону моря и тут же начали отделяться от тела, совершая пулемётную очередь. Но добраться до воды ни один из них не успел, мощная водная волна резко выскочила на берег и подобно реке омыла тело фруктовика, тут же заставив его вернуться в нормальное положение. Мужчина на мгновение ослаб и застыл с целиком промокшим лицом. — Что за...
— Когда-то давно, ещё до встречи с минками, я общалась с рыбо-людьми, — Маргарин выбралась на берег, держа в руках две сверкающие водные сферы, которые, несмотря на все законы природы, оставались под контролем и мерцали электрическими разрядами. — Оказалось, они владеют сильнейшим боевым искусством, оружием против любого фруктовика. Многие забавы ради обсуждают идею существования логии воды, не беря в учёт, что ей и так можно управлять. Главное — не быть сраным фруктовиком.
Стремительно бросив водные сферы словно мячи, они наткнулись на шипастые барьер, который спокойно принял атаку, но оказался пронзён чрезмерно усилившимися разрядами тока.
Маргарин не медлила: она сжала воду, создав длинное водяное копьё, наэлектризовала его разрядом и вложила в него свою волю. Метнула, снаряд пронёсся с такой скоростью, что сотряс воздух, породив ударную волну. Волна прокатилась по округе, сокрушая ближайшие здания. Барьер противника разлетелся на куски, а сам мужчина оказался пронзён насквозь — вода проникла в его тело, окутывая внутренние органы разрядами тока, которые заставили его мышцы сжаться от невыносимой боли.
Шипы пропали окончательно, фруктовик оказался достаточно ослаблен, чтобы вообще потерять весь контроль над собственными силами.
— И кстати, — девушка остановила кровотечение своего тела и нависла над противником. — Я оговорилась. Фрукты бесполезны именно против меня..
***
— Ну и достался же мне противник, — Гэрри оглянулся на руины вокруг. Осколки разлетевшихся стен, изуродованные балки и раздавленные детали интерьера теперь превратили зал в помойку. Те, кто мог помочь, давно покинули особняк, оставив его одного перед загадочным врагом с удлинёнными когтями, чьи глаза и движения выдавали в нём закалённого наёмника.
Старые когти Гэрри теперь валялись на земле, отрезанные и бесполезные. Пальцы, изрезанные и окровавленные, дрожали от напряжения, а дыхание сбивалось.
— Ты хоть понимаешь, как я хотел послушать этих людей и расспросить о новых исследованиях, от которой я мог отстать? — рычащий голос исходил из изрезанного на части шлема, плечи были опущены, не в силах подняться, но Гэрри продолжал стоять с исключительным намерением уничтожить противника.
— Вы первыми решили объявить войну, откуда столько высокомерия теперь нас обвинять? — спокойно ответил мужчина, вновь изменив руку — та стала напоминать разделённый на множество сегментов меч, кончик которого стал длиннее и заострённым. — Хотя это не высокомерие. Исключительная глупость — в конце концов, вини в этом сам себя.
Мужчина ударил вперёд своей рукой, и та начала удлиняться в металлический и сегментированный хлыст — взмах. Земля вокруг Гэрри взвилась из-за бешено вращающегося хлыста, неожиданно испустившиеся слеши стали изрезать тело улитки и оставлять глубочайшие раны, каждый обломок на руинах особняка оказался порезан на части, в настоящую пыль. И вот, кончик хлыста в один момент нацелился улитке в затылок, и почти его пронзил.
— О, я обвиняю вас вовсе не как равных, — из ранца на спине Гэрри ударили струи воздуха, и даже не оборачиваясь, он схватил лезвие голыми руками. Лезвие завибрировало и попыталось отрезать пальцы, но энергия от движения как-будто гасилась непонятной силой. — Я отношусь к вам, как к маленьким питомцам, которых нужно отчитать.
Гэрри Взмахнул своим наконечником хлыста и резко высвободил накопившуюся в ударной ракуше энергию — сумев оторвать хлыстовой меч из тела убийцы. Сам мгновенно совершил невиданный в мощности скачок и врезался в тело мечника, откинув накопленной энергией.
— Что? — мужчина забуксовал выросшими из земли клинками и посмотрел на смявшиеся клинковидные руки. — Как?!
— Ударная Ракуша. Сколько по мне не бей, я тут же верну эту энергию тебе.
— Ха, дебил! Кто ж раскрывает свои секреты.
Гэрри сделал пару шагов назад, и его портфель снова пустил потоки ветра. На этот раз просто намного более мощные, позволившие ему сверхбыстро сократить дистанцию и вдарить ногой в живот. Убийца раскрыл глаза — боли не почувствовал. Панцирь за спиной Гэрри загудел активнее, и в следующий момент нога распрямилась, выбросив противника в полёт силой своего удара.
— Да меня не обязательно даже бить — бриз ракуша и ударная ракуша взаимодополняют друг друга. Говорю же, я не воспринимаю тебя, как существо, которое может мне противостоять, — Гэрри сумел оторваться от земли благодаря сильным порывам ветра, исходящим из панциря на спине. Его противник попытался снова выпустить целых два мече-видных хлыста, которые на этот раз вцепились уже в дома, и с толчком начали вырывать огромные куски стен, разгонять их все до предельных скоростей и вбивать улитку подобно молоту.
Пока панцирь Гэрри не высвободил всем своим телом ослепляющую вспышку. Противник попросту закрыл глаза и продолжил беспорядочно наносить удары своими лезвиями, каждый сегмент которого стал выпускать маленькие, но разрушительные и очень быстрые слеши. Лишь в последний момент ощутил припекание в своих руках, а когда нашёл силы раскрыть глазки, перед лицом оказался огромный огненный столб пламени.
— Дважды твоя атака не сработает, — голос улитки ударил, как гром.
Бежать уже было некуда, его тут же накрыло с головой и вместе с окружающими вещами сильнейшим образом опалило.
— Ты… владеешь несколькими фруктами? — мужчина зашатался на ногах, смотря вперёд с обгоревшим лицом.
— Конечно, нет. Я просто генетически лучше каждого из вас, — поразительно довольным голосом, ублажающим своё эго, произнёс Гэрри и тут же зарядил силу огненную ракушу мощным бризом. — Мои предки всегда существовали параллельно с вами, развивая уникальные свойства своих тел, адаптируясь — в мире нет существ, обладающих наиболее разнообразной силой, чем ден-ден муши. Но многие из них помирают, не прожив нормальной жизни. Я хочу наполнить жизнь смыслом, воплотить в себе все гены предков.
Тело Гэрри извергло огонь, которое спалило противника и сделало его плоть лишь жалки огарком. Мужчина почувствовал, как уходит вся его жизнь — протянул руку вперёд, в сторону монстра, демона, который перед ним предстал.
— Тебя… не должно существовать.
***
— Скрываешь лицо, максимально таинственен, не показывал всей своей силы в конце концов… Так вот почему ты настолько слаб, — я пристально всматривался в лицо Катафракта, попутно потирая место удара, куда пришёлся палец. Такое мастерство рокусики невозможно было получить путём небольших тренировок, тут нужно было иметь огромную информационную базу, знать принципы сверхчеловеческого боевого искусства и обучиться всему этому с детства. — Тебе нужно выдать себя за совершенно другого человека, чтобы Правительство не смогло тебя отыскать. Ты агент Сайфер Пола.
— В отставке.
Как ни в чем не бывало подтвердил мою догадку.
— После того, как такой же выскочка, как и ты — Золотой Роджер, напал на Судебный остров Эниес Лобби, тоже в попытке отбить важного человека. Хотя зачем это я шифруюсь, Золотым его стали называть после этой выходки с правительством. До этого все называли его Гол Д. Роджер, — совершенно спокойно дополнил парень. Он облокотился на свой диван и лениво продолжил. — И ты путаешь причину со следствием: я лишь не могу терпеть, когда меня лишают удовольствия затворничества, а не потому, что не хочу угодить в руки Правительству. Но меня лиши единственного удовольствия в жизни. Снова.
— Опять по пятам, Роджера, как же так, — выдохнул я. Уже не раз встречать недобитков, оставленных Роджером — было странно, но это лишь доказательство, что я развивался. Стремительно преследую пирата новичка и вот-вот его настигну. А с другой, было весело услышать, что фамилию пирата стали скрывать как-раз после рейда на один из важнейших островов Правительства. Уж больно не любят местные люди инициал "Д" в имени. — И что же, ты так на него обиделся, что заперся в замке?
— Опять всё путаешь. Если и смотреть на результат моего проигрыша этому человеку, я наоборот, воодушевился, — покачал головой. — Он сказал мне, что не заинтересован ни в какой власти. Даже флот Шики множество раз предлагал ему место в команде, но он вечно отвергал предложение и знаешь почему? Потому что он не смог бы делать то, что захочет. Так что я тоже начал делать вещи, которые пожелаю.
Перед ним появилось несколько идентично похожих клонов — но на глазах они стали стремительно видоизменяться. Лицо перестраивалось, мышцы набухали и сразу же сжимались, укрепляясь. Мгновение и выращенные им существа больше походили на огромных бугаев, чем на его самого. Он создал гигантов с сотней рук.
— И я всегда мечтал, чтобы вместо меня сражались другие люди, — и покрывшиеся волей исполины применили сору, и появившись передо мной, обрушили исполинское количество своих конечностей, каждая рука атаковала минимум по десяток раз за миг, превратив в настоящую пыль окружающие стены и пол подо мной.
Катафракт отлично понимал принцип работы сору и имел достаточно сил, чтобы создать гигантов, способных преследовать меня по замку по очереди, догоняя и давая друг другу возможность отдохнуть.
— Поразительно, — сказал я, перехватив палец одного гиганта и вонзив в него собственный. Медленно, его тело распёрло изнутри, но из-за использования Тэккая он не смог разорваться на части полностью. — Твой фрукт будто создан для рокусики. Гигантский потенциал.
Чёртов гигантохейр посмотрел на меня, как на мошку. Не разорвать изнутри, не пробить снаружи. Способные воспроизводится по одному желанию оригинала.
— Теперь мне чисто из принципа интересно тебя одолеть.
Обновлено: 01.02.2026