Первое впечатление — штука странная. Говорят, оно рождается за доли секунды, ещё до того, как сознание успеет подать голос. В повседневной жизни это утверждение редко выдерживает проверку реальностью. Но в бою? В бою инстинкты редко врут.
Сирена. Пронзительная, гудящая тревога глубоко внутри, будто кто-то лупит по ней кувалдой. Она ударила меня сразу, как только начался бой. И тут же последовало подтверждение.
Мой противник сорвался с места быстрее, чем моя сестра, когда я случайно рассказал ей, что съел её последний шоколадный батончик. А уж она, между прочим, мастер подловить меня врасплох.
"Чертовы сверхъестественные расы!"
Если бы не моё “Ускоренное мышление”, я бы даже не понял, что произошло. Акихико двигался так стремительно, что казалось, сам воздух сдаётся перед его натиском. Один миг — и его кулак уже летит мне в солнечное сплетение. Всё вокруг замедлилось, как в кино, когда на экране идёт сцена в стиле "Сейчас кто-то огребёт".
Я видел, как напряжённые мышцы тянут связки, как суставы вращаются под углом, идеально рассчитанным для максимального урона. И мой организм ответил автоматическим откликом: шаг в сторону. Его удар скользнул мимо, почти касаясь футболки. Близко, но недостаточно.
Первый раунд за мной. Но долго ли это продлится?
Мой план был прост, как и всё гениальное: увеличить дистанцию, выиграть пару секунд на передышку и нанести контрудар. Вот только Акихико, как оказалось, не фанат давать мне передышку. Он ринулся вперёд, срывая мои планы в клочья. Его атаки не прекращались. Каждая следующая на мгновение быстрее и точнее предыдущей.
Чёрт, этот парень тренировался. И тренировался чёртовски хорошо. Это читалось во всём: в том, как он двигался, как мгновенно принимал решения, как адаптировался к моим попыткам переломить бой в свою пользу. Он был словно живая шахматная доска, которая сама играет за обе стороны.
И знаете, я бы мог это оценить, если бы не тот факт, что именно я был его оппонентом.
Не все ёкаи такие. На самом деле, большинство из них полагаются на врождённые способности, а не на упорный труд. Но учитывая, где рос Акихико и кем был его старший брат, я мог бы догадаться, что он — исключение из правил.
Мои мысли прервал его очередной удар. В ответ последовало уклонение.
Шаг назад.
Контратака.
Мой кулак едва не задел его голову, но он перекатился, пригнувшись так низко, что выглядело это почти издевательски. Ещё одно движение — и он снова в стойке, не теряя ни доли скорости.
Его глаза пылали огнём, а на лице играла ухмылка. И знаете, она была слишком наглой, чтобы быть случайной.
"Засранец наслаждается," — подумал я, стиснув зубы. Ладно, раз уж он хочет шоу, я устрою ему целый спектакль. Правда, по моим правилам.
Что мне удалось понять за нашу короткую схватку?
Во-первых, парень явно был тренированным бойцом — это бросалось в глаза с первого взгляда. Его стойка была крепкой, удары точными, а движения — словно по учебнику. Если бы я не знал лучше, то подумал бы, что он рекламирует какой-то новый стиль боевых искусств. Он мог бы стать звездой любого показательного выступления. Или кошмаром для студентов на экзаменах по технике боя.
Во-вторых, в его технике было что-то знакомое. Настораживающе знакомое. Каждый его шаг, разворот или удар напоминали мне стиль, за которым я наблюдал последние дни. Ёкаи называли его Кэйкацу-рю. Искусство убийственного танца, где всё имеет значение. Отклонение корпуса при ударе, изгиб локтя во время захвата, точный угол разворота ступни — всё это складывалось в сложную, где каждая деталь оказывалась важной.
Я изучал эту систему. Впитывал её, как губка, наблюдая за тренировками ёкаев. Тот самый Кэйкацу-рю. Искусство, которое было больше похоже на смертельный танец, чем на боевую технику. Я видел его логику, разбирал её шаг за шагом, пока мои мозги не начинали напоминать макароны, сваренные в первые.
И теперь я видел её слабые места в исполнении этого парня. Конечно, речь шла только об Акихико. Те ёкаи, за которыми я наблюдал последние пару дней, были на голову выше него в этом искусстве. Намного сильнее, быстрее, опытнее. В сравнении с ними он выглядел как школьник, случайно попавший на ринг профессионалов.
Но и школьник с бейсбольной битой может стать проблемой, если не обращать внимания.
В-третьих, его физическая сила была просто чудовищной. Я даже не принял ни одного прямого удара, но чувствовал её за каждым его движением. Когда его кулак рассекал воздух, это был не просто свист, а настоящий хлопок, словно он пробивал пространство насквозь. А его скорость...
Она превосходила всё, что я видел. Даже скорость моей сестры, которой я всегда восхищался и поражался, он превосходил с лёгкостью. Он двигался так, будто мог заранее предсказать мои реакции. Это выглядело как-то даже нечестно.
И всё же я поспевал.
Но не потому, что был быстрее. А потому, что знал, как бороться с теми, кто быстрее меня. Да и моя верная подруга, Алхимия Атласа, делала своё дело, обостряя чувства и помогая видеть не только действия противника, но и его намерения. Стоило ему сдвинуть центр тяжести или едва заметно напрячь мышцы ног, я уже знал, куда он двинется.
Это была моя сила — анализировать, разбирать, предвидеть. Точно так же, как шеф-повар может разобрать твой ужин на составляющие, только по запаху.
И, наконец, четвёртое, самое важное: Акихико не обладал никаким реальным боевым опытом. Его техника была отточенной, это факт. Каждый удар, каждый шаг — словно по нотам, выученным до блеска оперного исполнителя.
Но в хаосе реального боя его выверенность могла стать слабостью. Если бы я не знал основных кат Кэйкацу-рю, всё это было бы бесполезно. Однако теперь я мог понять, что он задумал, просто взглянув на то, как двигаются его мышцы. Его идеальность была иллюзией, которую я мог использовать. Не просто реагировать на его атаки, а опережать их. Шаг за шагом разрушая его инициативу, выбивая его из этого выученного ритма.
"А ведь это даже весело."
Разрушать что-то идеально выстроенное — это всегда немножко искусство. А я собирался стать Пикассо в этом деле.
Правда, была одна загвоздка. Я и сам не обладал никаким реальным боевым опытом. Это немного портило картину, но, как говорится, чем богаты.
Итак, сложив дважды два и щедро приправив это пафосом, я пришёл к очевидному выводу: чтобы воплотить мой план в жизнь, нужно было лишь одно — разогнать «Ускоренное мышление» до предела.
Мир вокруг меня начал замедляться, словно кто-то незаметно повернул регулятор времени. Напряжение обострило мои чувства, магическая энергия заструилась по телу, словно поток, который вот-вот может выйти из берегов. И в этот момент я почувствовал, как энергия начинает “вытекать” с тревожной скоростью, заставляя меня слегка съёжиться.
"Довольно неприятное ощущение, скажу я…"
Да, усилить эффект “Ускоренного мышления” выше того, что является пределом моего организма, было чудовищно энергозатратно. Раньше, движимый любопытством и, возможно, глупостью, я попробовал пойти дальше. Просто нажав на газ, игнорируя все предупреждающие сигналы своего тела.
Результат? Через двенадцать минут мои запасы магической энергии были полностью истощены, а голова после этого болела так сильно, словно меня час подряд допрашивала фемка с волосатыми подмышками. Причём на громкости, способной заглушить реактивный двигатель истребителя.
Как решить эту проблему, я понятия не имел. Тогда я просто отложил её в долгий ящик, надеясь, что когда-нибудь накоплю достаточно знаний, чтобы вернуться к этому вопросу. К тому же, для тренировок мне и не нужно было столь сильное “ускорение”.
А для сражения?
Я и представить себе не мог, что так скоро придётся доказывать свою компетенцию. Но вот я здесь — перед врагом, который не оставляет мне другого выбора. Чудесное утро, правда?
Поток магической энергии закружился внутри меня, как буря, готовая разорвать всё на своём пути. Я разогнал “Ускоренное мышление” на новый уровень. Мир вокруг замедлился, превращая мгновения в растянутые секунды. Это чувство — словно ты вдруг осознал, что весь мир играет в медленный вальс, а ты, один такой умный, решил станцевать сальсу.
Небольшая, но ощутимая аура головной боли начала расползаться по черепу, напоминая, что это удовольствие не бесплатно.
"Двенадцать минут," — напомнил я себе. — "И ни секундой больше. Хотя… учитывая всё, что тут происходит, всё может закончиться гораздо раньше."
Мелкая деталь — едва заметный поворот стопы — словно сменила ключевую ноту в мелодии. Его намерение выдало себя раньше, чем он сам это осознал. Пятка приподнялась, носок зацепился за землю, готовясь к отталкиванию. Напряжение пробежало по его телу, начинаясь с икр, поднимаясь через поясницу вверх по позвоночнику. Это было похоже на то, как кто-то сжимает пружину, готовую к мощному выбросу.
Я знал этот манёвр. Видел его раньше. Резкий, агрессивный рывок вперёд, рассчитанный на ошеломление противника. Он хотел взять меня скоростью. Неудивительно. Скорость у него была выдающаяся. Но его движения, как ни странно, не могли меня ошеломить.
Едва уловимый сдвиг плеч вперёд, лёгкий наклон головы… Они читались, как заголовок плохой статьи в интернете.
Как только я уловил намёк на его намерение, тело отреагировало быстрее, чем сознание. “Ускоренное мышление” дало разуму ясность, граничащую с пророчеством. Его движения были прямолинейны, красивые, но именно поэтому — предсказуемые.
Он метнулся вперёд, словно снаряд, целясь в мою грудь с точностью, достойной человеческого инструктора по боевым искусствам. Я сдвинулся в сторону за долю секунды до того, как его атака достигла цели. Шаг влево — и его кулак пронёсся мимо меня, разорвав воздух с глухим хлопком.
Мой локоть уже был в пути. Я вложил в движение ровно столько силы, сколько нужно, чтобы выбить из него дыхание. Удар врезался в бок ёкая, и я услышал звук, который больше походил на глухой удар по мешку с песком.
Он пошатнулся, но восстановился быстрее, чем я ожидал. Его ступня глухо ударила по земле, создавая опору для следующей атаки. На этот раз он сменил тактику: вместо прямого удара его правая рука описала дугу, целясь мне в голову.
Ошибка. Большая ошибка.
Удар был широким, "медленным" и почти умоляюще очевидным. Это было как смотреть, как кто-то запускает огромный маятник и думает, что ты не увидишь, как он летит к твоему лицу.
Я шагнул вперёд и слегка пригнулся, сократив дистанцию до минимума. Его кулак пронёсся мимо моей головы, едва не задев воздух рядом с ухом. В следующий же миг я выпрямился и вместе с этим моя правая рука метнулась к его печени. Она же есть у ёкаев? Надеюсь есть...
Мы двигались, как два вихря, сталкивающихся в ограниченном пространстве. Его кулаки мелькали, как двадать пятый кадр в дешевом кино: короткие, резкие выпады, стремящиеся найти брешь в моей защите. Я отвечал ему своими движениями — выверенные блоки, уклоны, шаги в сторону и редкие, но меткие контратаки.
Он рванул вбок, скользя по дуге, явно намереваясь зайти мне за спину. Я успел предугадать этот манёвр. Резкий шаг назад — и его ритм был сбит. Но ненадолго. Он снова атаковал, как ураган, который решил, что пока ещё недостаточно разрушил мой день.
Мы снова столкнулись в ближнем бою — кулак против локтя, плечо против плеча. Удары сыпались, как молнии в грозу: быстро, хаотично, но каждая с явной целью. В этом столкновении я ощутил его физическую мощь. Это был не просто парень, который умел наносить удары, это был грузовик, который умел бить грузовиками.
На миг моё дыхание сбилось. Как следствие — ощущение лёгкой паники, которая быстро сменяется концентрацией. Ещё один удар, на этот раз нацеленный в мои рёбра. Уклонение. Едва успел.
"Засранец, словно мечтает сделать из меня Адама."
И вот в определённый момент игра снова переменилась. Только в этот раз не в мою пользу.
Обновлено: 16.01.2026