Вылечив травмы Кампе, Эмрой почувствовали как его сила стала расти.
Он достиг Божественного класса.
Самого низа, но даже это значительно увеличило его силу.
И тут мысли Эмроя стали блуждать. - "Значит, при условии, что я нахожусь на границе двух классов, при получении слуги сильнее меня, я сам перехожу в новый класс? Это хорошо. При правильных картах я могу стать намного сильнее с помощью Циклопов и Гекатонхейров. Не думаю, что они откажутся присягнуть мне на верность. В мифах они очень быстро стали слугами Зевса. "
Открыв гигантские двери высотой более 15 метров, Эмрой понял причину того, почему Тартар считали самым страшным местом в мире. Эмрой думал, что он уже находится в Тартаре, однако он ошибся, он всё ещё был в обычном подземном мире, а не Тартаре.
Тартар - это не просто темница, а самая глубинная, первозданная бездна под самим Аидом. Это место, куда не проникает ни луч света, ни дуновение ветра, ни даже эхо времени. Его стены - это не камень, а спрессованная тьма и холод, застывшее в абсолютной неподвижности.
Здесь, в полной, осязаемой тишине, томятся Циклопы и Гекатонхейры. Для них не нужны решётки или цепи — сама сущность Тартара является вечным узилищем. Пространство здесь искажено: оно бесконечно сжимается, не давая гигантам выпрямиться во весь рост, и одновременно бесконечно растягивается, превращая любую попытку движения в бесплодное, изматывающее усилие. В попытку преодолеть бесконечно огромное расстояние, имея бесконечно малую силу.
Воздух густой, как расплавленный свинец, и давит на грудь, затрудняя дыхание и приглушая любой рёв.
Пол - гладкая, чёрная, ледяная поверхность, отполированная веками неподвижности, на которой не остаётся следов. Иногда из трещин в этой бездне сочится струйками первобытный мрак, который обволакивает запястья и лодыжки пленников холодной, живой хваткой, напоминая об их вечном приговоре.
Единственный "свет" - это тусклое, багровое мерцание, исходящее от самих стен, будто Тартар помнит жар космического огня, который ковал в его недрах этих титанов. Это мерцание не освещает, а лишь подчёркивает контуры несметных рук Гекатонхейров, беспомощно простёртых в темноте, и отсвечивает в единственных, неподвижных очах Циклопов, навеки устремлённых в никуда. Создавая поистине ужасающе гротескную картину прямиком из боди хоррора.
Это место не для наказания, а для забвения - вечная, немая могила для тех, чья сила была столь велика, что её можно было лишь похоронить в самых основах мироздания.
Когда Эмрой открыл дверь, тусклый свет от Аида, слегка светящийся от жары камень стал светить в Тартар, однако его узники этого не заметили.
Эмрой протянул руку в Тартар, однако он почувствовал почти такое же ощущения сопротивления и давления, которое создаёт Расширение Территории.
Сам Тартар был таким же Доменом с барьером, который может создать Эмрой.
Сложив печать, Эмрой решил сломать эту клетку. Он зашёл слишком далеко, чтобы уйти ни с чем.
Расширение Территории: Гробница Зла.
Эмрой быстро почувствовал ранее незнакомое ему чувство столкновения доменов.
Но его домен был совершеннее.
Эмрой быстро использовал 3/7 и расщепление, чтобы создать берёшь в Тартаре.
И только после этого десяти метровые Циклопы и 15 метровые Гекатонхейры отреагировали на новый свет.
"Меня зовут Эмрой! И я пришёл спасти вас из этого заточения! Вы знали лишь холод и немоту. Ваша мощь томилась в пустоте. Я разорвал эти оковы! Я вернул вам небо под ногами и воздух в груди! И я предлагаю объединиться! Вместе мы перевернём этот мир, мы одолеем тирана Кроноса! Пусть ваши руки, что знали лишь тяжесть цепей, теперь творят новую судьбу. Клянётесь ли вы идти со мной?! Ваша ярость - мой меч. Ваша верность - мой щит. И перед нами падёт всё, что посмеет встать на пути!"
Эмрой не собирался говорить пылкие речи, он не готовится к ним, но видя жалкое состояние заключённых, он понял что они нуждаются в лидере.
И услышав эти слова, в сердцах бывших узников загорелась страсть. Они стали жаждать свободы и мести!
"Да! Свергнем Кроноса! Да здравствует Эмрой!" - Эти крики стали наполнять окружающей пространство. Это был не ровный строй голосов. Басистые и низкие голоса Циклопов сливались в какофонию звуков с Гекатонхейрами, чьи голоса звучали словно слитая агония армий.
Эмрой почувствовал как его Демон Контроля получил огромное количество новых связей. Почти ри у кого не было личных способностей, которые мог бы получить Эмрой, однако их общая суммарная сила была настолько велика, что сам Эмрой стал почти в 2 раза сильнее себя минутой ранее.
Эмрой практически опьянел от силы, но у него оставалась голова на плечах. - "Я услышал ваше желание! Но для свержения Кроноса нам нужно больше сил и союзников! Так что давайте уйдём от сюда и устроим пир, чтобы узнать друг друга получше и восстановить наши силы!"
"Да!" - Этот хор голосов стал более синхронным и ровным. Бывшие узники Тартара стали оживать.
"Тогда выдвигаемся!" - С этими словами Эмрой максимально расширил свои свою территорию и вытянул её в одно направление.
Радиус его владений достигла целых 600 километров, но это была крайне слабая Территория, однако сейчас Эмрою и не нужна была боевая версия.
Эмрой мог абсолютно свободно телепортироваться внутри своего домена, а благодаря связи Демона Контроля, Эмрой мог телепортировать к себе всех своих подчинённых.
И таким образом Эмрой телепортировал свою далеко не маленькую армию целых 5 раз, буквально перенёс её на другой конец Греческой мифологии.
Остановился Эмрой только тогда, когда достиг своей базы.
Под необъятным синим небом раскинулось огромное поле, усыпанное сочной зеленью и дикими цветами, колышущимися под лёгким ветром. По его краю примыкает густой плодородный лес, полный могучих дубов, древних олив и шепчущих папоротников, где сливаются ароматы мха и спелых плодов. Поле спускается к подножию величественного вулкана Этна, чьи чёрные склоны дымятся и дышат жаром из недр земли. Между ними течёт широкая река, серебристая лента с хрустальной водой, принадлежавшая Нимфе. Её спокойные воды искрятся бликами солнца, окаймлённые ивами и камышами, и она грациозно разделяет поле от вулканических предгорий, словно страж, хранящий равновесие между плодородием и первозданной яростью. Воздух наполнен свежим дыханием трав и далёким рокотом Этны, обещающим силу и тайну.
Эмрой обернулся к своим подданным. На их лицах читалось очевидное удивление и благоговейный трепет. - "Это место является моей территорией! Располагайтесь здесь как дома! Для вас я подготовил достаточно еды и вина!"
Тень Эмроя расширилась до невообразимых масштабов. Циклопы и Гекатонхейры ещё не успели испугаться, как увидели, что их тени стали появляться разные предметы.
Столы забиты до отказа едой. Огромные гору спелых фруктов, целые стада приготовленный кабанов и антилоп и тысячи бочек вина.
Эмрой готовился к этому дню долго. Целых 50 лет. Его любили Нимфы, он любил их в ответ, давая им как плотскую любовь, так и божественную защиту.
И будучи любимцем всех Нимф в округе, у него не было недостатка в еде.
И в этот самый момент начался пир, который все присутствующих запомнят навсегда.
Наступила ночь.
Всё Циклопы и Гекатонхейры уже уютно спали в поле, а Эмрой прикидывали у себя в голове примерный список своих подчинённых. И этот список был поистине внушительным.
127 Нимф (Высокий класс)
724 Циклопов (Высокий класс)
342 Гекатонхейров (Высший класс)
1 Кампе (Бог класс)
3 Гекатонхейра (Бог Класса)
Под началом Эмроя было уже больше 1000 солдат, настоящий легион, который может снести не одного бога.
Однако этого было мало против Главного Божественного класса.
Один только Эмрой смог бы убить всю эту армию с помощью РТ, конечно, он был исключением, не не большим исключением, чем будущие носители Лонгинов.
Эмрой не забыл себе об этом напоминать при каждом удобном случае.
По сравнению со скоростью роста Лавинии, не такой впечатляющей на общем фоне пользователей Лонгинов, Эмрой полз как черепаха.
А если сравнивать его самого с Иссеем, который за год превратился из обычного человека в существо не просто Главного Божественного класса, а полноценного места в топ 10 мира, то Эмрой просто жалок.
И вот, пока Эмрой с задумчивым видом смотрел на звёзды, он почувствовал как кто-то появился рядом.
Это была Нимфа Наира и любовница Эмроя.
Наира была женщиной в расцвете своей красоты, излучающей спокойную власть над водами. Ее густые волосы цвета темного янтаря украшены речными лилиями, а в глазах оттенка глубокой бирюзы кроется мудрость веков. Облаченная в одеяния цвета речной пены, она движется с величественной грацией, сочетая в себе прохладу чистых истоков и тепло солнечных бликов. От нее веет ароматом речной мяты, а каждый ее жест наполнен достоинством и мистической силой.
"Что же тебя беспоит на этот раз, любовь моя?" - Её голос был тихим, но нежным. Спокойным, но притягательным, словно маленький ручеёк около деревни. Наира улеглась на своего любовника, пока её нежные руки ласкали его грудь.
Эмрой не стал заморачиваться и обнял Наиру на талию и схватил рукой её за задницу из-за её поддразниваний.
Наира радостно охнула и заулыбалась. Она знала Эмроя долгие годы, а потому понимала какие женские уловки нужно использовать, чтобы добиться своего.
И теперь он перестал выглядеть таким грустным, пускай ценой тому и была её мягкая попа.
"Да так, понимаю, что я не являюсь здесь сильнейшим. Трудно оставаться спокойным, когда твой отец пытается бросить вызов правителю этого мира. Боюсь потерять тебя." - Эмрой говорил спокойно, но в душе у него всё также лежал груз ответственности.
Наира улыбнулась и нежно поцеловала Эмроя в губы, погружая свои пальцы в его пышную гриву волос.
Поцелуй вышел долгим и тёплым, словно Наира пыталась не столько утешить его, сколько убедить всем телом, что она здесь, рядом, и никуда не исчезнет. Её пальцы медленно перебирали пряди в его волосах, и с каждым движением Эмрой будто отпускал из груди тугой узел.
"Ты всегда думаешь, что обязан удержать весь мир в ладонях. Но ты не один." - Прошептала она ему в губы.
Эмрой выдохнул, притянул её ближе и на мгновение уткнулся лбом в её плечо. Его ладонь, всё ещё лежавшая у неё на талии, стала мягче - уже не цепкой, не напряжённой, а берегущей. Он провёл пальцами по её спине, словно проверяя, правда ли она рядом, настоящая.
"Если он сорвётся…" - Начал Эмрой, но не продолжил. Слова застряли, потому что сами по себе были признанием собственного бессилия. Признать это Богу было ужасно тяжело. - "Я не могу просчитать, чем это кончится. Я не могу защитить всех."
Наира отстранилась на чуть-чуть, ровно настолько, чтобы заглянуть ему в глаза. В её взгляде не было ни бравады, ни пустых обещаний, только спокойная уверенность.
"Мне не нужны" все" . Мне нужен ты. Живой. Здесь. Со мной. И чтобы ты перестал хоронить нас заранее."
Эмрой горько усмехнулся, но улыбка не удержалась - растворилась, как тень под солнцем. Он прижал её к себе крепче, и на мгновение в его жесте снова мелькнула та самая собственническая нотка, которую Наира так любила - не как клетку, а как признание: ты значишь слишком много.
"Мне страшно. Не за себя. За вас."
"Тогда слушай." - Наира опустила ладонь ему на щёку, большой палец медленно прошёлся по краю его губ. - "Страх - это не приговор. Это просто знак, что ты любишь. А любовь… - "Она снова наклонилась, касаясь его губ едва-едва. - "…это причина держаться, а не ломаться. К тому же, в момент боя просто вспомни о нас. О своих любовницах. Это придаст тебе сил в битве."
Эмрой прикрыл глаза, принимая поцелуй, и на этот раз ответил не рывком, не жадностью, а ровно и глубоко, будто учился у неё дышать заново. Он провёл ладонью ниже по её спине, останавливаясь на изгибе, и Наира тихо улыбнулась прямо ему в рот - довольная тем, что вернула его к себе, в настоящее.
"Скажи мне, чего ты хочешь сейчас. Не как воин. Не как тот, на кого смотрят другие. Как Эмрой." - Прошептала она, когда их губы разомкнулись.
Он открыл глаза. В них ещё оставалась тень, но уже не такая тяжёлая.
"Я хочу…" - Он задержал дыхание, словно это слово было и самым простым, и самым сложным. - "…чтобы ты не уходила от меня этой ночью. Чтобы, когда я проснусь, ты была рядом, и мир на одну минуту перестал требовать от меня действий."
Наира уселась на нём чуть удобнее, устроилась, как будто действительно собралась стать его единственным решением на ближайшие часы. Её волосы скользнули по его груди, щекоча кожу.
"Тогда я останусь, но при одном условии." - Наира очень хитро и соблазнительно улыбнулась.
Эмрой приподнял бровь, и в его взгляде наконец мелькнуло что-то живое, почти игривое. - "Каком?"
Наира наклонилась к его уху и так тихо, будто доверяла ему тайну, и сказала. - "Ты перестанешь быть сильнейшим хотя бы до рассвета. Позволь мне быть твоей силой."
Он замер на секунду, словно проверяя, можно ли позволить себе опору, не потеряв достоинства. Потом медленно кивнул, притягивая её к себе так, чтобы их сердца снова оказались в одном ритме.
"Хорошо. До рассвета… я твой."
И Наира улыбнулась, удовлетворённо и нежно, потому что знала: иногда самый смелый поступок не бросить вызов миру, а довериться тому, кого любишь.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 23.01.2026