Коконоэ пришла к ним поздним утром, когда слегка ошалевший от новостей Досэцу уже ушел собирать вещи для очередной поездки, а Генпачи начищал сапоги, собираясь на службу.
— Асакено рассказал мне, в чем дело, — сказала она, наблюдая за Генпачи. — Я поспрашиваю духов. Негоже тебе еще больше влезать в долги перед ними.
Генпачи кивнул:
— Спасибо. Не думал, что вы станете мне помогать.
Действительно, принцесса аякаши предпочитала делать вид, что не замечает их с Кобунго «особенностей», впервые она заговорила об этом сама.
— Ты взвалил на себя большую ношу, мальчик, — улыбнулась Коконоэ. — Было бы некрасиво позволить тебе нести это бремя в одиночестве.
Генпачи снова кивнул. Он не особо любил философские беседы о долге и ответственности, но было бы невежливо прерывать ту, которая сама предложила помощь.
— В столице все чаще пропадают местные духи, — продолжила меж тем Коконоэ. — Я слышала, что даже каппа из летнего сада исчез вчера вечером.
Каппу Генпачи тоже знал. Ну как знал — видел пару раз. Старый, зеленый, похожий на древний, заросший мхом камень, он иногда грелся на солнце возле небольшого пруда в конце проулка с романтическим названием «Летний сад». Каппа был не просто безвредный, он вообще никого и ничего давно уже не замечал в своем старческом равнодушии.
— Как он хоть выглядит, экзорцист этот? — спросил Генпачи, отлично понимая, к чему Коконоэ завела этот разговор.
— Мужчина средних лет, — охотно ответила принцесса духов, — священник из церкви единого бога. И с мечом.
Генпачи хмыкнул. Вообще-то он думал, что речь пойдет об очередном буддисте, потому что церковникам хватало дел и в Новом городе.
— Я ничего не сделаю против единой церкви, — озвучил он очевидное.
Коконоэ улыбнулась:
— Мне кажется, этот священник скрывается от своих столичных друзей. Наверное, все дело в зачарованном мече, который он носит.
— И что с ним не так? — поинтересовался Генпачи, надевая фуражку и натягивая перчатки.
— Это старая реликвия, посвященная одному из горных богов. Я слышала про этот меч, но никак не думала, что церковники найдут его.
— Что-то вроде Мурасаме?
— Не настолько страшно, — покачала головой Коконоэ. — Просто зачарованный меч, посвященный мертвому богу. Он может убивать духов, но сила его напрямую зависит от духовной силы владельца.
— И как этот священник-отступник, силен?
— Не очень, — улыбнулась Коконоэ. — Ты с ним справишься.
— А вы много знаете об этом пришлом экзорцисте, — заметил Генпачи, уже открывая дверь на улицу.
— О, считай это женскими сплетнями, — рассмеялись за его спиной.
Генпачи кивнул и вышел наконец из гостиницы.
Обновлено: 08.04.2026