Том 3 Глава 59 — Глава двенадцатая, в которой мы узнаем друг друга чуть лучше

Туман буквально обволок корабль. Мои попытки сбить его не увенчались успехом. Открытые мной пространства тут же снова заполнялись серебристым пологом, пульсирующим магией. - Ну здравствуй, старушка, - проскрипела Мара. В этот момент их тумана показался силуэт. Он приближался к нам, и уже через несколько секунд вышел на палубу. Перед нами действительно стояла старушка: добрые глаза, морщинистые руки… Она источала мудрость и силу. - Здравствуй, Марианна, - сказала бабушка. - Зачем ты тут? Хочешь забрать свое? Старушка снисходительно улыбнулась. - В этом мире нет ничего моего, Марианна. - Как и моего… - Ошибаешься. У тебя было многое. Но ты от этого отказалась, чтобы взять то, что тебе не принадлежит. Но еще не поздно… - Хватит! – Мара вышла из себя. Она дрожала и, стиснув зубы, смотрела на старушку. – Мне всю жизнь читают морали! И те, кто делают это усерднее всего, в итоге оказываются еще хуже меня! Говори, зачем пришла! - Чтобы поговорить… - Тогда уходи! Мне не нужны разговоры! Ты забрала у меня все!.. Оставив гнить в этой яме, называемой миром людей! И я заставила тебя платить за твою ошибку! А ты думала, что все, что делаешь, проходит даром? Ошибаешься! Я могу тебе противостоять! Теперь я сильна! А ты… Ты… Мара начала задыхаться от прилива эмоций. Мия подалась вперед, готовая прийти на помощь. Я остановил ее. - Мне жаль, Марианна, что ты скормила свою душу гневу. Жаль, что ты думаешь, будто нашла способ обмануть меня. Жаль, что переоцениваешь мою роль в том, что происходит… - Вот только не надо этого! «Я всего лишь проводник, законы мира мне не подвластны…» Мы обе знаем, что это не так! За все эти годы я изучила тебя! Ты можешь остановить это, изменить закон… Но пока ты вершишь свои дела, я буду тебе противостоять! Мне плевать на мироздание, если оно выстроено криво, это не моя вина! - Отпусти их, Марианна. Мара свалилась на колени и опустила голову. - Отпусти. Они страдают. Они не хотят быть здесь. Им тут не место. - Ошибаешься. Именно тут было их место, пока ты не вмешалась… - Отпусти. Со мной кто-то должен уйти. Либо ты, либо они. Мара медленно поднялась на ноги. - Что ж. Если захотят – пусть уходят. Старушка улыбнулась. Подняла руку, выставила вперед ладонь. В этот момент мертвецы задрожали, начали биться в конвульсиях. От них начали отделяться светящиеся сущности. Их плененные души покидали тела, устремляясь в туман за спиной бабушки, который начал светиться. - И все же… Подумай, Марианна, живешь ли ты на самом деле… - сказала она и пропала. Тут же исчез и туман. - Кто это был? - выдохнул ошарашенный Галу. - Моя заклятая подруга, - горько усмехнулась Мара. - Это была сама смерть, - сказал я, и Галу вытаращил на меня глаза. – Та, кого Мара долгие годы пытается обмануть. - И довольно успешно, - посмотрела на меня ведьма. А потом отвела взгляд куда-то за мою спину. Я обернулся. Там стоял Греган – здоровяк, видимо, отказался покидать свое тело, выбрав служение Маре. - Один-один, - в глазах ведьмы заплясали огоньки. – И кто теперь? Мия отпустила мою руку и сделала несколько шагов вперед. - Это ко мне, - сказала она, хотя мы никого не видели. Девочка стояла, глядя в темноту. Стояла довольно долго. Видимо, у нее происходил некий диалог с существами, которых нам не дано увидеть. - Чем дальше, тем страннее, - прищурилась Мара. – Тебе не кается, что эта девочка однажды заведет нас туда, откуда нам не выбраться? Я собрался было ответить, но в этот момент невиданная мной раньше сила схватила меня, словно бумажную куклу и начала тащить ввысь с невероятной скоростью. Вспышка света на мгновение ослепила меня. А когда зрение ко мне вернулось, я увидел гигантское лицо. В своем истинном, драконьем обличии, я был размером с зуб этого существа. - Порождение Солнца, осколок прежнего величия Ге́лоса. Ради него ты готова пренебречь своим народом? Своим наследием? Вокруг нас не было ничего – только белый свет. Мия висела в воздухе напротив существа, сжимавшего меня двумя пальцами. - Я поступаю так, как правильно, - отвечала девочка. – Так, как велит мне мое сердце. Его мнение для меня важнее, чем мнение даже целого народа. Мия говорила совсем как взрослая: серьезно, сдержано. - И ни ты, ни кто-либо другой не сможет меня убедить в том, что мое сердце ошибается. Ган для меня – самый важный человек в мире. И я готова воевать с этим миром, если он пойдет против Гана. Существо взглянуло на меня. - Цени то, что имеешь, сын Солнца. Немногим дарована любовь дочери Элла. Хоть ты и не понимаешь возложенной на тебя миссии, но я вижу, что ты принимаешь ее. Поэтому я отпущу вас. Я свалился на палубу, едва не пробив ее. Мия обернулась ко мне, в ее глазах читалась решимость. Мара удивленно взглянула на нас. - Вижу, вы там встретили кого-то серьезного, - сказала она, ожидая подробностей. Но их не последовало. Я знал – существо, которое с нами говорило, древнее, чем Элл и все острова Хорднонга. Гелос… Это одно из имен Хозяина Солнца, который правил на земле во времена, когда ни людей, ни драконов еще не существовало, а землю населяли духи. Существо знало его и отзывалось о нем, как о равном… - Остался только один, - усмехнулась Мара и взглянула на побледневшего Галу. – Кто же выйдет против тебя? Хулиган из подворотни? Лесные белки? Воздух на палубе снова заискрился, подобное мы видели, когда к Маре приходила смерть. Только на этот раз появилось лишь небольшое облачко тумана, из которого вышла фигура крупного мужчины с запутанной бородой и нахмуренными густыми бровями. - Посмотрите на него! – презрительно сказал мужик. – Опять с книжкой в обнимку. Тюфяк! Разве я не учил тебя быть мужиком?! Разве не учил?! Отвечай, сопля! Галу молча смотрел на своего отца взглядом, полным ненависти и страха. Мара, стоящая между нами, коснулась своего медальона. - В чем дело? - прошептал я ей. - Это не просто дух. Это хо́ру, как говорят на островах. Неупокоенный, чья душа преисполнена гневом. Они опасны… - Не вмешивайся, Мара. Это испытание Галу. Дух тем временем подходил все ближе к парню. - Что вылупился на меня своими бараньими глазами, криворукое отродье? Ты же видел, что я пьян в стельку! Но что ты сделал, когда я сжег нашу халупу вместе с собой и твоей мамашей? Спрятался в сарае? Ссыкливый щенок! Отец подходил все ближе, но Галу не пятился. Я видел, как эмоции сменяются на его лице. Но, что парадоксально, с каждым шагом призрака в юноше было все меньше страха. - Ну? Вломить тебе, гаденыш, или сам уползешь в кусты, как ты умеешь? – сказал дух, когда подошел почти вплотную к сыну. В этот момент Галу размахнулся и со всей силы саданул отца кулаком по лицу. Призрак отпрянул, и встал, покачиваясь и потирая челюсть. - Наконец-то, - хохотнул он, и бросился на Галу. Но прежде, чем он достиг юноши, призрак испарился. А вместе с ним и остатки тумана. Парень стоял и молча смотрел на то место, где только что был его отец. Зубы стиснуты, в глазах – утихающий гнев. Он впервые выглядел решительно. - Молодец, парень, - улыбнулась Мара. – Иногда единственный выход- драка. Запомни, малявка. Ведьма повернулась к Мие, которая, не отрывая глаз, следила за встречей отца и сына. Девочка повернулась к ней. И ничего не ответила. - Что там дальше, Галу? – спросил я. – Ты вроде говорил про какого-то привратника и третье испытание? Галу не сразу пришел в себя. А когда пришел, повернулся ко мне и кивнул. - С рассветом… мы встретим его с рассветом. Я взглянул на небо. Оно начинало светлеть. - Ждать недолго, - проговорил я. С каждой минутой вокруг становилось все светлее. И я не сразу понял, что дело не в рассвете – он приходил куда медленнее. Я почувствовал чье-то присутствие. Мара и Мия тоже это ощутили – я понял это по их глазам. Девочка подняла голову и указала наверх. Над кораблем зависло лицо, подобное тому, с которым разговаривала Мия во время своего испытания, но не такое четкое. К тому же, прошлый гигант был преисполнен решимости и силы. Этот же не источал ничего, кроме равнодушия. - Мне должно взглянуть на вас, - загудел воздух вокруг нас. – Сын Солнца, выйти вперед. Я сделал шаг, и в этот момент мое тело начало меняться. Я непроизвольно принял свой истинный облик. Но не совсем: я выглядел так, словно мне всего лет триста, моя чешуя источала какой-то красноватый свет. В этом свете виднелись драконьи руны, многие из которых я не мог прочитать. Но существо могло – не знаю откуда, но я знал это. На моей груди пылала черная печать. Ее видят все драконы, ведь она свидетельствует, что носящий ее – убийца. - Так-так, - протянуло существо. – Сын Солнца, оказавшийся в тени. Тьма поглотила бы твою душу, если бы свет не жил внутри тебя. Ты проходишь. Оказавшись на палубе, я вернулся в облик человека. Следующей была Мара. Когда она ступила на свет, мы увидели вместо мерзкой ведьмы с серой кожей и острыми желтыми зубами прекрасную девушку, на щеках которой застыли вечные слезы. Она была в белом саване, неестественно бледная. - Ты думаешь, что бросила вызов миру, но в итоге борешься сама с собой. Ты пытаешься очернить свою душу, но свет внутри нее все не угасает. Ты проходишь. Мара вернулась в прежнее состояние и взглянула на меня. Впервые в ее глазах не было злобы, ехидства, черствости. Впервые она была искренней. Но длилось это не больше секунды. Галу, войдя в свет, ничуть не изменился. - Твое сердце еще не запятнано. Ты – чистый лист. Подумай, что ты хочешь на нем написать. Ты проходишь. Следующей шаг вперед сделала Мия. - Не мне тебе указывать, дитя Элла, куда ты можешь проходить, в куда – нет. Ни у кого в этом мире нет такого права. Лицо начало растворяться в лучах встающего солнца. Когда оно исчезло, вокруг было уже светло. - Ну вот и поболтали, - ехидно прохрипела Мара. – Веселая ночка, а Галу? Юноша взглянул на нее покрасневшими глазами, в несколько шагов подскочил к борту и начал блевать. - Привыкай, пацан, - хохотнула Мара. – Любая веселая ночь заканчивается рвотой.