Том 2 Глава 30 — Глава двадцать девятая, в которой мы допрашиваем шпиона

Возвращение в реальность было болезненным. В глазах рябило, голова шла кругом. Я с трудом поднялся, в одной руке сжимая Симгвелл, в другой – осколок Солнца. Дух сидел на своем месте, но при нем уже не было его меча. - Я, конечно, все понимаю, но я ничего не понимаю, - подняв бровь сказала Елена. – Какого… тут происходит? Я приблизил осколок Солнца к рукояти Симгвелла. Оба артефакта загорелись странным огнем. А после осколок выскочил у меня из пальцев и воткнулся в основание меча. Симгвелл запылал белым светом и резко потух. Сила клинка увеличилась. Я чувствовал это где-то внутри себя. Он наполнился белым пламенем, сродни тому, что я использовал против Короля Слизи и ифрита. Я поднял меч над головой. И почувствовал, что все призрачные воины, словно зачарованные, подняли руки вверх. Когда я опустил клинок, большинство из них опустились на колени. Кроме тех, что сторожили многочисленные проходы – они просто склонили головы. Было странно ощущать власть над таким количеством существ. Но на главного духа – Бао – новая магия Симгвелла, похоже, не распространялась. Я приблизился к нему. Всмотрелся в его лицо. Казалось, он погрузился в какой-то транс. Я положил лезвие меча ему на плечо. Дух открыл глаза. И я увидел в этих глазах смирение. Бао поднялся на ноги, а после опустился на одно колено. Я поднял Симгвелл и спрятал его в ножны. Тогда призрак снова встал и вернулся в прежнюю позу. - Ну что ж, - победно сказал я. – Духи горы больше нам не страшны. По крайней мере до тех пор, пока я с вами, а со мной – этот меч. - Красава, дракон! – хмыкнул Жало. Елена улыбалась с видом, говорящим «Я и не сомневалась». На лице Наки эмоции сменялись в доли секунды. Он радовался, тревожился, удивлялся и боялся одновременно. - То есть… мы можем… учение… Было видно, что мысли Наки путались и он не знал за какую ухватиться. И, кажется, не понимал, что делать дальше. - Давай так, - предложил я ему, – Сначала разберемся с Хоакином, а потом я помогу вам освободить гору, если это возможно, и вернуть свитки Гамиру. Каруото рухнул на колени. - Ты… вы… не представляете, что это значит для моего народа! - Так может сначала запасемся свиточками, дадим их Куцу, а они, вооруженные своим учением наваляют Хоакину, мочить его глотку? - Нет, Жало, - ответил я вместо задыхающегося от прилива эмоций Наки. – На восстановление учения уйдут десятилетия. У нас нет столько времени. - Значит, нам пора, - заключила Елена. – Выдвигаемся. Мы пошли обратно – вниз и вниз по бесконечным ступеням, мимо храмов и безликих воинов. Они по-прежнему не реагировали на нас, но я чувствовал, что стоит мне пошевелить Симгвеллом, и они придут в движение. Когда Наки пришел в себя, он начал аккуратно расспрашивать меня, что же произошло на вершине. - Ты знаешь кто такой Кир? – спросил я. - Легендарный мастер, один из высших монахов. Он, как и Бао, был на горе, когда случилось… то, о чем мы не знаем. - Бао каким-то образом раздобыл осколки Солнца. - Норату́ки? - Ага. Пытался убедить других высших монахов использовать их, чтобы дать народу Куцу силу… Но монахи были против. Тогда он убил их и провел ритуал, с помощью которого принял новую форму и превратил всех, кто был на горе в призраков. Однако Кир успел закрыть гору заклинанием, и Бао вместе со своей маленькой армией оказался заперт здесь. Навечно. - А там… - продолжал расспросы Наки. – На вершине. Бао и вы… начали светиться, потом – вспышка и вы упали… - Он попытался сделать со мной то же, что и с остальными гостями этой горы. Но драконы – не люди, мы устроены по-другому не только внешне. Я проник внутрь света, что излучали осколки, увидел начало и забрал у Бао один из осколков. Видимо, он был ключевым, поскольку являл собой оружие Бао. И он позволил мне управлять безликими. - То есть… Бао – предатель? - Он хотел мира и свободы для своего народа. Он не знал, с чем столкнется, но поддался искушению силой. Безрассудство бывает опасным. Кто знает, каков был бы сейчас мир людей, если бы Кир не запер гору. - Все эти годы… Все, кто пытался освободить гору остались здесь навсегда? Безликими призраками? - Именно так, Наки. - И не будь с нами Гана, мы бы пополнили их ряды, - добавила Елена. – Ведь то, что было с нами… Когда мы все погрузились в это состояние… - Будто в растаявший маргарин, - хмуро сказал Жало. - Да. Это должно было закончиться плохо, не так ли? – Елена вопросительно посмотрела на меня. Я кивнул. Выходом с территории горы служила арка с десяток метров высотой и столько же – шириной. Когда мы подошли к ней почти вплотную, я остановился. Кир наложил заклятие, не выпускающее призраков с горы. Но могут ли гору покинуть осколки Солнца? Я вспомнил, как Бао колотил мечом по невидимой стене. Хотя сейчас я мог ее разглядеть. Легкое свечение, исходившее от границы горы, было едва заметным. - Чего тормозишь, купать твое брюхо? – оглянувшись, бросил мне Жало. – Понравилось в гостях у привидений? Я не ответил. Достал из ножен Симгвелл, направил его вперед. И начал медленно двигаться, приближаясь к невидимой стене. Когда до нее оставалось несколько сантиметров, кончик меча начал пылать. Но не белым пламенем, а красным огнем. Стена расступилась. Я прошел сквозь нее и облегченно выдохнул. Не хотелось бы оставаться здесь навсегда. И уж тем более, оставлять здесь Симгвелл на радость Бао. Дыра, образованная клинком, почти сразу же затянулась обратно. Я задумался. Можно ли таким образом вывести с горы призраков? Впрочем, сейчас у нас были другие заботы. Я спрятал меч и двинулся следом за своими спутниками. Вокруг горы росли густые, дикие джунгли. Они были населены куда более плотно, чем леса, в которых мы уже побывали с начала путешествия. Множество птиц, грызунов, насекомых, хищников средних размеров шуршали, жужжали, стрекотали, рычали вокруг нас не утихая ни на секунду. - Куда идем, Наки? - спросила обливающаяся потом Елена. - На юг. Нам нужно озеро Ди́нку. Там есть убежище. Там должны быть друзья. - И далеко это озеро? - Несколько дней пути. - Твою ж мачеху… - выругался Жало. – Если я за это время от Жары здесь не сдохну, то меня точно насекомые сожрут… Здоровенные-то какие, твари! Жало прихлопнул очередного гигантского комара, который пристроился у него на предплечье. - А может птичий вариант? Как насчет покататься на орле? – осторожно предложил он. Я взглянул на Елену. Она отрицательно покачала головой. - В этих краях полно шпионов Хоакина. Нельзя привлекать внимание, - ответила она. Жало вздохнул. - Значит судьба мне быть сожранным жуками и мухами. - Не был бы ты куском говна, так и мухи бы не ели, - усмехнулась Елена. - Что-то, красотуля, вокруг тебя-то живности не меньше летает! - Я просто сладкая… Стемнело резко. Я остался дежурить – в округе было полно опасных ночных хищников. Остальные устроились на ночлег. Я любил эти края. Здесь особенное небо. Оно как будто висело прямо над головой, отчего становилось уютнее. А музыка ночи здесь была особенно насыщенной. В темноте звуков было едва ли не больше, чем днем. По сравнению с еле живыми, полузамерзшими северными лесами, тут был настоящий бал. Вакханалия жизни завораживала. Прямо под ногами разворачивались жуткие, иногда – странные или забавные истории. Обрывались жизни, начинались новые, постоянная борьба, движение, суета. Отчего-то меня это успокаивало. Но кое-что выбивалось из этого размеренного хаоса. Звуки, чуждые дикой природе, я распознал на расстоянии примерно в километр от нас. Мои спутники крепко спали, и я решил, что с ними не случится ничего страшного, если я отлучусь. Я подкрался к источнику звука. И увидел сидящих в кругу людей. Они облокотились на плотно стоящие деревья, а один из них тихо играл на музыкальном инструменте, похожим на флейту. Было ясно – это не Куцу. А значит, прямо рядом с нами обосновались кияньцы – их заклятые враги, верные Хоакину. Присмотревшись, я увидел лежащее рядом оружие – короткие, загнутые клинки в форме полумесяца. Кинжалы, спрятанные за сапоги. Странные зазубренные металлические кругляшки, прикрепленные к поясу. От всего этого оружия шел запах свежей человеческой крови. Выбора у меня не оставалось. Отпускать их слишком рискованно. А значит, надо действовать. Я поднял руку и создал силовое поле вокруг головы каждого из воинов. И начал его сжимать – резко, быстро. Не хотелось бы, чтобы они мучались. Спустя несколько секунд все было кончено. По крайней мере для большинства из них. Одного я оставил в живых. Он валялся без сознания рядом с мертвыми товарищами. Я подхватил его и понес к нашему лагерю. Когда добрался, бросил его на землю, от чего проснулся Наки. - Буди остальных, - сказал я. Спустя минуту мы все стояли вокруг кияньца. Я слегка ударил его энергией, отчего тот подскочил и начал озираться по сторонам, не понимая, где он находится, и кто мы такие. - Не переживай, малыш, - ласково сказала Елена. – Мы друзей не обижаем. Ты ведь нам друг? Киянец оскалился и попытался вскочить на ноги. Я ударил снова – на этот раз сильнее. - Ну ты чего, мы же еще не поболтали, - так же ласково, но уже с нотками угрозы в голосе сказала Елена. – Не обижай девушку. Лучше расскажи нам, кто ты такой, что тут делаешь и много ли вас тут шастает? Болтать с нами киянец явно не собирался. Он сжал зубы и оглядел нас злобным взглядом. - Значит так, - подключился к допросу Жало. – Рассусоливать с тобой у нас нет ни времени, ни желания. Так что никаких сломанных пальчиков, отрезанных ушек и прочей развлекухи не будет. Я просто сейчас отсеку тебе руку, чтобы подтвердить серьезность наших намерений. А если не дойдет – отсеку вторую. Помрешь – так помрешь, мне без разницы. Но на быструю смерть не надейся. Жало достал свой меч. Наки подскочил к кияньцу, скрутил его так, что его рука отказалась отведена в сторону. Жало медленно подошел, оставаясь в поле зрения жертвы. Неспеша поднял меч. И резко замахнулся, намереваясь претворить свою угрозу в жизнь. - Нет! – завопил киянец. Жало остановился. – Я скажу… скажу! Наки отпустил его. Жало опустил меч, но прятать его в ножны не собирался. - Я… у нас – патруль, - тяжело дыша говорил киянец. – Приказ… искать подозрительных… и докладывать обстановку. Я только… я лишь подчиняюсь! - Сколько здесь таких патрулей? – злобно спросил Жало. - Много… Отсюда до деревни Рогу – десять или двенадцать… Они двигаются днем, ночью останавливаются. - Кто главный? И где он? - В деревне Рогу… Там штаб… Йонг Чин, командир. - Кто приказал патрулировать? - Приказ с самого верху… С печатью короля Чжой Пу – владыки Киянхо́лла. - Куциане! Ты видел их? – подключился Наки. - Нет… Давно не было стычек… Командир говорит, они либо ушли, либо готовятся к чему-то… За много лет мы так их и не нашли… - Слушай, малыш, - Елена наклонилась над перепуганным кияньцем. – Я вижу, что ты что-то недоговариваешь. Мои друзья – крайне невежливые, злые люди. Они не любят, когда их обманывают. Но если ты расскажешь все, что знаешь, я попробую уговорить их отпустить тебя. Киянец горько усмехнулся, понимая, что никто его отпускать не собирается. - Мы передадим через тебя послание твоему командиру. Нам нужно с ним встретиться. В глазах пленника зажглась настороженная надежда. - Просто расскажи то, что знаешь. И, возможно, выживешь. Пленник колебался. Но по его взгляду было видно, что на самом деле он уже принял решение и лишь тянул время, пытаясь отсрочить момент. - Ладно, - выдохнул он. – Сюда едет Лима́н. Елена и Наки многозначительно переглянулись. Жало присвистнул. - Лиман Грог? Из Большой Шестерки Хоакина? – Елена, казалось, не могла в это поверить. – Что он здесь забыл? - Кажется… кажется мы нашли убежище Куцу. Но я не знаю где оно, клянусь! Говорят, оно защищено магией, но больше я ничего не знаю! Я все вам рассказал! Отпустите меня! Вы обещали… - Я обещала попробовать уговорить моих друзей не убивать тебя, - злобно усмехнулась Елена и повернулась к нам лицом. – Ребята, может не будем его убивать? - Будем, - отрезал Жало и отрубил кияньцу голову. - Ну, я попробовала. Прости, малыш.