Юй Юаньчжэнь смотрел на Лун Цяньмина, который хохотал как безумный, забыв о всяком приличии, а затем перевел взгляд на Юй Сяогана – тот вел себя крайне рассудительно и пекся о благе клана. Сравнение было не в пользу первого, и главу охватил еще больший гнев. Почему оба его родных сына пробудили схожие бесполезные боевые духи, но их характеры оказались столь разными, словно два противоположных полюса?
Немного успокоившись, Юй Юаньчжэнь вернулся в кресло:
— Раз уж Сяоган так просит, проверим духовную силу этого Юй Цяньмина.
Стоявший внизу Лун Цяньмин наблюдал за этим представлением отца и сына. Особенно его забавлял Юй Сяоган. Хотя они редко общались, лицемерие брата было очевидным. Врожденную духовную силу вовсе не обязательно проверять шаром – любой, кто пробудил боевой дух, и так чувствует наличие энергии в теле. Юй Сяоган лишь создавал видимость благодетели, давая ему шанс на проверку. Что ж, за это Лун Цяньмин даже чувствовал к нему каплю благодарности. Но не более того.
Под пристальными взглядами присутствующих Лун Цяньмин положил правую руку на кристальный шар для тестирования духовной силы. Кристалл окутало слабое синее сияние – тусклое, но все же ярче, чем у некоторых.
— Врожденная духовная сила второго уровня!
— Второй уровень? Как это возможно?
Юй Сяоган, стоявший в толпе, округлил глаза, глядя на шар. Его внутренний мир в это мгновение рухнул. Почему? Почему этот никчемный старший брат, которого никогда не признавали, у которого не было ресурсов для развития и который вечно игнорировал его в библиотеке, обладает врожденной духовной силой выше, чем у него самого?
«Это наверняка ошибка! Кристальный шар неисправен, это ложный результат!» – билось в его голове.
«Не может быть! Категорически невозможно!»
Но в пучине отчаяния Сяогана вдруг осенило, и он едва не подпрыгнул от радости. У них обоих – отделяемые бесполезные боевые духи, но у брата потенциал выше. А значит, его можно заманить выгодой и превратить в подопытного для экспериментов. Кто знает, возможно, именно на нем удастся найти новый путь развития мастеров духа и стать первым в мире мастером теории.
Тем временем Лун Цяньмин, глядя на сияние кристалла, рассмеялся еще громче. В его голосе, полном ярости, прозвучал вызов:
— Врожденная духовная сила второго уровня… Этого достаточно!
Дети, собиравшиеся было поиздеваться над его низким уровнем, мигом притихли под этим властным криком и ледяным, пронзительным взглядом. Многих из них пробрал холод.
— Замолкни! — Вскипел Юй Юаньчжэнь. — Жалкий калека со вторым уровнем смеет заявлять, что этого достаточно? Клану Синего Молниеносного Тирана-Дракона не нужны такие заносчивые и безнадежные ничтожества!
Разъяренный глава швырнул к ногам Лун Цяньмина мешочек, в котором звякнули пятьдесят золотых духовных монет.
— Забирай эти деньги и проваливай из клана, — прорычал он. — Глаза бы мои тебя больше не видели, бесполезный мусор.
— Ты не достоин давать мне деньги, и твои грязные подачки мне не нужны!
Лун Цяньмин стремительно подхватил мешочек и со всей силы швырнул его обратно в Юй Юаньчжэня. Деньги не попали в цель, но подобного унижения глава клана еще никогда не испытывал, тем более от собственного непутевого сына. Он вскочил с места и крикнул вслед уходящему Лун Цяньмину:
— Стой, щенок! Я разве разрешал тебе уйти?
Атмосфера в зале на пике Главы накалилась до предела, казалось, вот-вот вспыхнет схватка. Старейшины клана молча наблюдали за этой семейной драмой – для них это было личным делом главы, в которое посторонним вмешиваться не пристало. Дети же замерли в ужасе: этот изгой посмел перечить самому главе секты! То, что его просто выставили за дверь, уже было актом величайшего милосердия.
Лун Цяньмин остановился. Не оборачиваясь полностью, он повернул голову назад так сильно, словно его шея провернулась на сто восемьдесят градусов. В его налитых кровью глазах вспыхнул мрачный, хищный огонь, в котором смешались ярость, свирепость и глубокая ненависть. Дети в испуге отпрянули, а старейшины, впервые видевшие подобный взгляд, замерли на местах.
— Разве не я мозолил тебе глаза? Что ж, я ухожу. С меня хватит этого клана Синего Молниеносного Тирана-Дракона!
— Придет мой день, взовьюсь я в облака – и посмеюсь над мощью тигра свысока!
— Ты!
Юй Юаньчжэнь не понял смысла стихов, но почувствовал в них небывалое высокомерие и бунтарский дух. Этот сын явно был безумен и неуправляем, толку от него в будущем не будет, тем более с таким чахлым боевым духом. Чем позволять ему и дальше проедать ресурсы клана и портить себе нервы при каждой встрече, лучше выгнать его на произвол судьбы.
Кровь ударила главе в голову, он на секунду лишился дара речи от гнева. Справившись с собой, он торжественно объявил:
— С сегодняшнего дня Юй Цяньмин лишается фамилии и изгоняется из клана. Отныне ты не смеешь называть себя учеником Синего Молниеносного Тирана-Дракона. Нарушишь запрет – пеняй на себя. Собирай шмотки и убирайся прочь!
— Ха-ха-ха!
Лун Цяньмин запрокинул голову в долгом смехе, а затем резко оборвал его и холодно бросил:
— Это именно то, чего я хотел.
После чего он размашистой, дерзкой походкой вышел из главного зала.
К вечеру весть о том, что Юй Цяньмин оскорбил главу секты и был с позором изгнан, облетела весь клан Синего Молниеносного Тирана-Дракона.
…
Наступила ночь. У подножия небольшой горы, соседствующей с пиком Главы, Лун Цяньмин вернулся в свою уединенную и изрядно обветшалую лачугу. Закрыв дырявую дверь, он вновь призвал свой боевой дух – Ло Саньпао. Сейчас существо выглядело совсем не так, как днем во время церемонии: оно стало необычайно активным, без малейших признаков болезни. Ло Саньпао терся о ноги хозяина, выказывая преданность и ласку.
Лун Цяньмин присел и нежно погладил духа, который с удовольствием принимал ласку.
— Ло Саньпао… Нет, точнее будет называть тебя Тянь. Или Святой Дракон.
Лун Цяньмин помнил, что внутри Ло Саньпао Юй Сяогана текла кровь Золотого Святого Дракона. Хотя она была крайне слаба, при должном развитии дух мог эволюционировать в полноценного Золотого Святого Дракона, причем отделяемого типа. Его же черный Ло Саньпао, учитывая «темный» атрибут боевого духа матери-летучей мыши, дневную вялость и нынешнюю ночную активность, скорее всего, нес в себе кровь Темного Святого Дракона. По сути, это был детеныш Темного Святого Дракона.
Чтобы довести его до полной эволюции, необходимо было поглощать духовные кольца драконьих видов с атрибутом тьмы или поддраконов. Но если темных зверей найти не так уж сложно, то драконы с таким атрибутом – величайшая редкость. К тому же драконьи духовные звери куда сильнее прочих существ того же уровня. Изгнаннику без поддержки клана охота на них казалась почти невыполнимой задачей.
Конечно, оставался и второй путь – отправиться к Ледяному и Пламенному Источникам, чтобы добыть бессмертную траву и восполнить изначальную силу боевого духа. В конце концов, в это время Дугу Бо еще бог знает где пропадает.
Ледяной и Пламенный Источники сейчас – ничейная земля. Если набраться сил, можно попытать счастья.
Оставив эти мысли на потом – ведь до таких свершений было еще слишком далеко, – Лун Цяньмин решил двигаться вперед шаг за шагом. Он сел, скрестив ноги. Вспоминая все, что ему удалось подсмотреть и подслушать у учеников клана, практиковавших высшие техники медитации Синего Молниеносного Тирана-Дракона, он объединил эти знания со своими познаниями в акупунктуре. Создав собственную методику развития, он начал медитировать.
Вскоре потоки воздуха зациркулировали в его теле, а внешняя духовная сила начала понемногу впитываться, превращаясь в его собственную энергию. Спустя некоторое время Лун Цяньмин почувствовал нечто странное. Он резко открыл глаза: Ло Саньпао на глазах начал распадаться, превращаясь в струйки черного тумана, которые стали собираться у него в руке.
— Что это?
Обновлено: 10.07.2026