Глава 83 — Глава 83

Луна была почти полной. Луна подбросила сливу в воздух. Джинни прицелилась, растопырив пальцы. Их кончики светились белым. Жалящее заклинание выстрелило в сторону падающей сливы. Оно попало. Слива взорвалась. — Снова. Луна бросила еще одну сливу. Джинни снова прицелилась, и слива взорвалась. Она закрыла глаза. — Снова. Она резко открыла глаза. Две сливы достигли вершины своей дуги. Она вскинула обе руки вверх. Одна слива взорвалась. Вторые луч и слива не смогли соединиться, пройдя хоть и на крошечной, но дистанции, плод грустно упал на землю. Они оба уставились на него. Джинни поморщилась. — Не так уж и хорошо, я полагаю. Луна улыбнулась. — Пожалуй, нет. * * * Луна убывала. Джинни тяжело дышала, стоя лицом к лицу со своим безмятежно улыбающимся противником. Она была уверена, что становится сильнее. Ее оглушалки выстреливались и летели быстрее, жалящие заклинания становились болезненнее. Она чувствовала, как магия течет вверх и вниз по кровеносным сосудам, нервам и мышцам, как прилив. Туда и обратно. Туда и обратно. Она полностью управляла своей магией. Магия была под ее контролем. Она выбросила руку вперед и выпустила оглушалку. Луна уклонилась. Она быстро прицелилась и выпустила жалящее. Луна заслонилась щитом. Джинни прищурилась. Она подняла обе руки прямо перед собой. Луна наклонила голову. Оглушалка, жалящее, оглушалка, жалящее, оглушалка, жалящее, оглушалка, жалящее, ее руки вспыхивали красным, белым, красным, белым, быстрее и быстрее, лучи врезались в щит Луны, как кулаки боксера. Луна стояла на месте и держала щит. Слишком быстро Джинни почувствовала, как резервы её магии оказались опустошены, теперь она использовала лишь естественное поступление, мощь и скорость каста снизились, а щит Луны всё ещё держался. Джинни сказала нехорошее слово. Луна подняла другую руку. Ее пальцы засветились красным. Джинни даже не попыталась увернуться. * * * — Я просто хочу побить ее! — заорала Джинни, размахивая руками и понимая, что выглядит как капризный ребенок. Ей было все равно. Гарри ухмыльнулся. — Я почти побеждаю, а потом она просто поднимает этот проклятый щит, и я не могу пробиться сквозь него! Гарри продолжал ухмыляться. — Пожалуйста, Гарри! — она подскочила туда, где Гарри сидел на сломанной массивной каменной колонне, и жалобно захлопала глазами. — Ты ведь поможешь мне, правда? Ухмылка Гарри не исчезла. Она сморщила лицо. — Гарр-ри-и-и-и, позязя-я-я. Покажи мне что-нибудь. Какой-то потрясающий трюк. Научи меня новому заклинанию. Что-нибудь, хоть что-нибудь! Я хочу победить её-ёо-о-о! Гарри спрыгнул со своей колонны. — Ладно, ладно. Дай мне сначала взглянуть. Она усмехнулась. Гарри шагнул вперед и положил руки ей на плечи. — Посмотри мне в глаза и подумай о своих последних дуэлях. Она погрузилась в свою окклюменцию, посмотрела в глаза Гарри и вызвала на передний план воспоминания о тех последних неприятных схватках. Она почувствовала легилименцию Гарри и поддалась ей. Образы ее схваток замелькали в сознании, как записи омникуляра при ускоренной перемотке вперёд. Гарри опустил руки и задумался. — Луна действительно становится сильнее, не так ли? — Да, — прорычала она. — Да! И это меня просто бесит! — Луна приняла на щит твою полную цепочку заклинаний и выдержала её. Это показывает большую разницу в мощности. Её плечи опустились. — Значит, я просто слишком слаба? Гарри нахмурился. — Нет, вовсе нет. Скорее уж Луна необычайно сильна. И если она такая уже сейчас, то разница между ней и большинством других волшебников будет только расти по мере ее взросления. — Ты пытаешься вогнать меня в полный депрессняк? Гарри рассмеялся. — Нет-нет. Я просто прихожу в восхищение от потенциала нашей подруги, — он улыбнулся. — Как ты отнесешься к тому, что Луна будет прикрывать в бою твою спину? Она помолчала. — Должна признаться, мне бы это очень понравилось. — Именно, — Гарри запрыгнул обратно на колонну и стал болтать ногами взад-вперед. — Итак, ты готова услышать, как её победить? Ее глаза вспыхнули. — Да! — Отлично. Мы будем улучшать две твоих характеристики, от которых зависит боевой потенциал. Первый — это скорость. Когда ты сталкиваешься с кем-то, кто превосходит тебя по силе, ты можешь компенсировать это тем, что будешь быстрее его, будешь в состоянии быстро сократить расстояние между вами, когда ты используешь полную мощность, и в состоянии убежать и позволить твоей магии восстановиться, когда ты истощен. Другими словами, держать под контролем дистанцию боевого соприкосновения. Джинни кивнула. — Это означает много бега, прыжков, изменения направления и прочего. — Окей. — Второй атрибут — это эффективность, — Гарри постучал по камню. — Скажи мне, какой самый эффективный способ защитить себя от заклинания? — Уйти с пути прохождения луча заклинания. Это была одна из первых вещей, которым ты научил меня в дуэлировании. — Да, молодец. Что самое неэффективное? — Трансфигурировать физическое препятствие? — Опять же, молодец. И что у нас посередине? — Магический щит. — Правильно. Еще что-то? Джинни ничего не ответила. Гарри усмехнулся. — Парирование заклинания. Это всё равно что парирование мечом. Ты используешь свою палочку, или в твоем случае руку, чтобы отбросить заклинание от себя. Это более эффективно, чем щит, но не так эффективно, как уклонение. Она нахмурилась. — Звучит потрясающе. Почему я до сих пор этому не научилась? — Потому что это очень трудно сделать. Для обычного человека здесь требуется просто неприличный уровень контроля за своей магией, — улыбка Гарри стала шире. — Контроля, которым, я уверен, ты уже обладаешь, — его улыбка исчезла, а голос стал тверже. — Джинни, вызови оглушалку на кончики пальцев, как будто ты готова его запустить, и держи там. Джинни закрыла глаза и позволила магии течь через себя, она почувствовала намерение, позволила намерению сформироваться в заклинание, позволила заклинанию собраться в ее руках и кончиках пальцев; она держала заклинание так близко к краям пальцев, как только могла, не теряя его. — Открой глаза. Она открыла глаза и увидела, что кончики её пальцев светятся ярко-красным. — Я собираюсь выстрелить в тебя оглушалкой, а ты будешь отбивать её кончиками пальцев, как будто отбиваешь бладжер битой защитника, поняла? Джинни медленно кивнула, боясь разрушить хрупкое равновесие, с которым она держала заклинание. — На счет три. Раз, два, три! Оглушалка полетела в её сторону. Она попыталась отбить её. Заклинание коснулось её пальцев, и мир погрузился во тьму. * * * Джинни поставила на землю наполовину полную корзину яблок, которые она собирала с яблонь в саду для маминого яблочного пирога, и лениво отмахнулась от осы, жужжавшей у нее над головой. Она посмотрела в конец сада и закусила губу. Расстояние около ста метров. Ее челюсть напряглась. Она опустила голову, встала в стойку для спринта, слегка коснулась пальцами земли и рванулась к дальнему дереву. Каждый мускул напрягся, когда она побежала так быстро, как только позволяло её тело, и через несколько мгновений она миновала дерево. Она замедлила шаг, делая огромные глотки воздуха; ее легкие настаивали, чтобы она немедленно обналичила банковские чеки, выписанные её мышцами. Прошло несколько минут. Джинни обернулась и посмотрела туда, где оставила свою корзину с яблоками, прищурилась, наклонилась и снова пробежала стометровку. Снова и снова она металась вверх и вниз по участку сада. Пять раз, десять раз, пятнадцать. — Джинни! Ты уже закончила? — Дерьмо. А-а... — она попыталась подобрать несколько яблок, которые лежали вокруг тропинки, которую она вытоптала, и посмотрела на деревья в поисках другой легкой добычи. — Да, мам! Сейчас буду! * * * Джинни бросилась к Луне, держа обе руки перед собой, обе кисти вспыхивали красным и белым, оба глаза были устремлены на соперницу, обе ноги несли ее ближе; она поравнялась с Луной, а потом пробежала мимо нее. Луна развернулась к ней лицом, но Джинни уже была далеко, бросая заклинания себе за спину, делая зигзаги и защищаясь, пока она не оказалась вне досягаемости гарантированного поражения. Джинни нырнула за дерево, тяжело дыша. — Привет! — из-за дерева показалось лицо Луны. — Ах! — Джинни развернулась, чтобы сбежать, и они начали лихорадочную игру в погоню вокруг большого ствола дерева. Она сформировала свою следующую оглушалку и подтянула её к кончикам пальцев. Внезапно её нога зацепилась за корень дерева. Она отшатнулась назад, появилась Луна, и вспышка красного света выстрелила в её сторону. Она попыталась парировать его, но оглушалка проскользнула прямо сквозь пальцы. Последнее, что она увидела перед тем, как темнота поглотила её, была Луна, смотрящая на её горящие красным пальцы с выражением смеси удивления и любопытства на лице. * * * — Приготовь оглушалку на самых кончиках пальцев. Джинни кивнула, закрыв глаза, Гарри обнял её, прижавшись грудью к её спине. — А теперь вновь обратись к своей магии, сформируй жалящее заклятие и вложи его в свои руки. Она неуверенно кивнула, погрузилась глубоко в окклюменцию, разделила свое сознание между намерением оглушить и намерением ужалить, и попыталась сформировать два разных заклинания одновременно. Жалящее с трудом, но начало формироваться, уверенности в себе ей не хватало, но всё же оно потекло через её тело, продвигаясь толчками сознания, пока медленно не собралось в руке. — Молодец, Джинни. Теперь, так тщательно, как только можешь, подтягиваешь жалящее на пальцы. Она пыталась. Её губы задрожали. Кончики её пальцев светились все краснее и краснее. — Г-Гарри, я потеряю оглушалку. — Ш-ш, ш-ш, — прошептал Гарри ей на ухо. — Нет, этого не будет, постарайся еще чуть-чуть. Все тело Джинни задрожало. Она чувствовала оглушалку на самых кончиках пальцев, нет, она была уже за пределами кончиков. Это было так, как будто магия была одновременно и в её теле, и вне его. Это было необработанное намерение, обретшее форму в мире. Держать его так было самой трудной вещью, которую она когда-либо пыталась сделать. Каждая часть ее мозга кричала ей, чтобы она произнесла проклятое заклинание, чтобы воплотила в жизнь то, что она задумала. — Держи его там — вот так, — Гарри отодвинулся от нее, и она осталась одна. Он встал перед ней и направил на нее свою палочку. — Готова? Она медленно кивнула. Она не доверяла себе, чтобы двигаться хоть сколь-нибудь интенсивно. — Ступефай. Луч вылетел в её сторону. Она отмахнулась. Луч попал в кончики её пальцев... и отскочил. Она глубоко вздохнула. Она сделала это. * * * — Джинни! Что ты делаешь? Джинни остановилась, посмотрела на маму непонимающим взглядом и опустила глаза на ветку длиной с палочку, которую сжимала в руке. Затем снова посмотрела вверх. — Бегаю вокруг фруктовых деревьев? — И зачем? Она невинно улыбнулась. — Это весело? Молли Уизли уперла руки в бока. — Так, хватит страдать ерундой. Возвращайся в дом. У нас сегодня гости, и нам нужно начинать готовить ужин. Джинни кивнула и покинула свою импровизированную полосу препятствий с яблоками вместо точек, где надо было прыгать, и сосновыми шишками вместо точек, где следовало ползти. * * * Она была так близка. Так близка. Луна больше не валяла её по площадке как хотела. Разница в их силах все более сокращалась. Глаза Джинни вспыхнули и заплясали. Магия пролетела между двумя девушками. Она держала себя в руках! Каждый раз, когда темп заклинаний Джинни замедлялся, она отступала и уклонялась от своего сероглазого заклятого врага с пепельно-белыми волосами, пока к ней вновь не возвращалась сила. Всякий раз, когда Луна замедлялась, она преследовала её. Туда и обратно. Туда и обратно. Луна устала, но и она тоже. Они смотрели друг на друга через лесную поляну поместья Лавгудов, луна светила вниз через прореху в облаках, бросая серебряный свет на все, к чему прикасалась. Обычно мечтательные глаза Луны посуровели. Джинни нахмурилась. Луна выпрямилась. Подняла обе руки и чуть расслабилась. Если до этого Джинни думала, что Луна не сможет выдать столь же мощную атаку, как и её защита, то тут же обнаружила, что жестоко ошиблась. Заклинание за заклинанием летело к ней. Она развернулась и снова побежала к деревьям, стараясь увернуться от всех, от которых могла, закрываясь щитом от остальных, и нырнула за ближайший ствол. Сейчас. Магия собралась в её руке. На кончиках её пальцев появилась оглушалка. Джинни вытолкнула её так далеко, как только смогла. Она вибрировала, отчаянно желая стать настоящей, исполнить свое предназначение, но Джинни держала её, не давая вырваться, не желая подчиняться её воле. Да. Да! Она вышла из-за дерева и мгновенно отмахнулась от первой оглушалки Луны. И второй. И третьей. Глаза Луны расширились. Джинни усмехнулась. — Так, Луна! Как тебе это нравится? Луна задумчиво нахмурилась и подняла другую руку. Джинни присела на корточки, её глаза блестели. Луна метала в нее оглушалку за оглушалкой, и она отмахивалась от каждой из них. Да-да-да. Вот как все должно было пройти! Затем, внезапно, что-то невидимое врезалось в неё, она согнулась пополам, потеряла свою оглушалку, красный свет заполнил её зрение, и темнота захватила её. * * * Гарри отвел свой легилиментный зонд. — Вот оно. Если ты посмотришь на руки Луны, то сможешь увидеть белый цвет жалящего заклинания, которое она вызвала сразу после одной из своих оглушалок. Джинни надула губы. — Я не думала, что это будет так сложно. — Если бы парирование заклинаний было так просто, все бы это делали. Плечи Джинни опустились. — Ясно. И что же дальше? — Садись. Джинни села. Гарри сидел напротив нее, скрестив ноги на каменном полу ацтекской пирамиды. Он протянул одну из своих рук. Она начала светиться красным. — Что это такое? — Это оглушающее заклинание. — Неужели? Откуда ты это знаешь? Джинни заколебалась: — Оно красное. — Есть много заклинаний красного цвета. — Ты формируешь его голой рукой. Единственное беспалочковое заклинание красного цвета, которое ты знаешь — это "Ступефай"! Гарри наклонил голову. — Джинни? — Да, Гарри? — Мы во сне. — Ой, — Джинни почувствовала, как ее щеки вспыхнули. — Я и забыла. — Вот именно, — Гарри указал своей красной светящейся рукой влево, освободил заклинание, и они оба смотрели, как оно соединилось с песком за камнем, на котором они сидели, и оставило полоску стекла там, куда ударилось. Джинни вытаращила глаза. — Это было?.. — Заклинание алхимического преобразования? Да. Джинни обернулась. — А теперь, — продолжил Гарри, — закрой глаза. Джинни закрыла глаза. — Протяни свою руку. Она так и сделала. — Открой себя для магии. Позволь себе почувствовать заклинание, как ты научилась чувствовать чары в Норе. Джинни кивнула. Она почувствовала легкое покалывание магии и резко вдохнула. — Я чувствую его. — Хорошо. Что это? Джинни нахмурилась. — Я не знаю. — Открой глаза. Она так и сделала. Рука Гарри полыхала красным. — Это была оглушалка. А теперь снова закрой глаза. Она так и сделала. Она снова ощутила легкое покалывание магии, но на этот раз оно было немного другим. Она открыла глаза. Рука Гарри светилась белым. — Это было жалящее заклятие. Ты почувствовала разницу? Джинни кивнула. — Хорошо. — Но, — нахмурилась Джинни. — Получается, я должна знать каждое заклинание, чтобы парировать его? Что, если я столкнусь с заклинанием, которое никогда раньше не видела? Гарри улыбнулся. — Не волнуйся. Дело не в том, чтобы собрать энциклопедию из того, как чувствуются все заклинания, а скорее в том, чтобы распознать намерение, которое содержат заклинание. Именно намерение делает заклинание тем, чем оно является. Во всяком случае, такова теория. Как и все волшебное, всё это может оказаться чепухой. В конце концов, магия есть магия. Джинни медленно кивнула. — Сейчас ты увидишь, что я имею в виду. Закрой глаза. Джинни снова закрыла глаза. Она немного подождала. Потом она ахнула. Мир, любовь и чувство, что она именно там, где и должна быть, поглотили её. Они окружали и обволакивали её, и она чувствовала, что может противостоять величайшему злу со смехом на устах. — Какова цель этого заклинания? — спросил Гарри. Джинни даже не нужно было думать. — Защита. Защита от зла. — Открой глаза. Джинни открыла глаза и увидела, что рука Гарри светится белым, но это не было похоже на белизну жалящего колдовства. Эта белизна была туманной, жемчужной, серебристой. — Это намерение вызвать Патронуса. Это защита от темных существ, таких, как летифолды и дементоры. — Это потрясающе, — прошептала Джинни. — Да, но заметь, что ты инстинктивно знала, для чего это заклинание. Намерение, стоящее за этим заклинанием, настолько чисто, настолько определённо, что понять его было легко. Снова закрой глаза. Джинни закрыла глаза. Она ждала. Затем какое-то чувство прокралось в её тело и заморозило сердце. Её охватил страх. Все её тело начало дрожать. Что-то было прямо перед ней. Что-то, что хотело её уничтожить, сделать ничем, вырвать её душу из тела без малейшего шанса на возвращение. — Га… Гарри? — Какова цель этого заклинания? — С-с-с…Смерть. — Открой глаза. Она так и сделала и ахнула. Руки Гарри купались в зелени — изумрудной зелени. Маленькие эфирные черепа зеленого тумана вращались вокруг кончиков его пальцев, гоняясь друг за другом и щелкая челюстями. Лицо Гарри было мрачным. — Смертельное проклятие. Джинни вздрогнула. Гарри смахнул заклинание. — Это были контрастные примеры. Теперь ты знаешь, что мы ищем. Мы будем работать над двумя вещами — обнаружением намерения и увеличением твоего сенсорного диапазона. Готова? Челюсть Джинни напряглась. Она ведь уже зашла довольно далеко, правда? Она кивнула. — Тогда закрой глаза. * * * Джинни оценила дистанцию до пруда их Норы. Она прикусила губу. Её глаза сузились. Она повернулась, прошла немного назад, повернулась, встала в стартовую стойку, рванулась к пруду, оттолкнулась от берега, подпрыгнула, вытянула обе ноги под собой, ударилась о берег с другой стороны, дико замахала руками, попыталась восстановить равновесие, потерпела неудачу и упала навзничь, ударившись о воду с мощным всплеском, который внёс резкий диссонанс в остальном тихое октябрьское утро. Она выбралась обратно на берег, мокрая и дрожащая. — Джинни! О чем ты только думаешь?! Джинни зарычала. * * * — Что это такое? — Оглушалка. — Что это такое? — Жалящее. — Хорошо, — Гарри казался довольным. — Сделай ещё несколько шагов назад. Джинни отступила на несколько шагов, всё ещё не открывая глаз. — Так, а что это такое? Джинни напряглась, пытаясь ощутить легкую ласку магических колебаний на своей коже, зарылась как можно глубже в окклюменцию и заблокировала все отвлекающие факторы. — Это... жалящее? — она открыла глаза. Гарри ухмылялся, кончики пальцев горели ярким белым заклинанием. * * * Джинни сделала шаг назад, наклонилась вперед и побежала во весь опор к длинной куче листьев, которую она сложила в саду. Она прыгнула на ряд веток на земле и приземлилась в кучу листьев, разбросав их в большом количестве и сделав огромное углубление в куче. Она встала, осмотрела расстояние, издала недовольный хрюкающий звук, вернулась к веткам и отодвинула их ещё на несколько дюймов. * * * Продолжение следует...