Глава 33 — Глава 33

Некоторое время спустя Гарри, до сих пор в облике Джинни, аппарировал в своё скрытое фиделиусом подземелье. Висящие на каменных стенах вечные факелы освещали деревянную мебель и дарили тепло всем обитателям. Никакими сигналами бедствия более не тревожило душу его кольцо, но события последнего часа, безусловно, были тревожным звоночком уровня набатного колокола. В тот же момент, когда бежал из Норы, он немедленно отправился в доступные ему схроны якорей души Волан-де-морта, чтобы захватить то, что мог. Сейчас, как никогда, он знал, что не может позволить себе просто сидеть на месте и безучастно наблюдать, как повторяется история. Теперь в его руках были холодные, твёрдые доказательства. Его левая рука сжимала кольцо, уже очищенное от проклятия чёрной руки. Обойти системы безопасности и освободить древнюю реликвию оказалось делом пары минут. Спасибо воспоминаниям Волан-де-морта об их установке. Но другая его рука... другая его рука сжала медальон. И это была подделка. Вышедший из его рта пронзительный девичий визг предельного разочарования шокировал даже его самого. Эхо от каменных стен оглушило его. Ему нужно найти какой-то способ отследить куда делся этот крестраж, а лучше найти его, но сейчас на это уже не было времени. Вдоль стены выстроились сундуки: один содержал запасы наркотиков, в другом был резервный запас галеонов, в третьем - маггловских денег, в следующем запас зелий, и в предпоследнем ассортимент одежды. Последний сундук в углу был пуст и выложен шёлком из паутины акромантулов. Гарри открыл первый отсек последнего сундука и бросил внутрь кольцо. К этому времени в следующем году у него будет второй хоркрукс. Он выпрямился и ощутил, как истекло действие оборотки, и его тело обрело прежний вид. Он открыл сундук с одеждой и порылся внутри, выбирая подходящую. Его пальцы сомкнулись на длинном пальто, и он ухмыльнулся, поглаживая подушечками кожу фестрала, купленную им у монгольского мастера несколько лет назад. Ещё, по крайней мере, два года оно будет ему слишком длинным, и сомнительно, что оно выдержит два изменения размеров. Но когда он достаточно вырастет... он ухмыльнулся. Гарри стянул платье Дафны, в котором ему стало тесновато. Его мускулы выпятились, волосы превратились в обычную грязную швабру, а глаза загорелись зелёным цветом оттенка "Авада кедавра". Он быстро натянул джинсы и футболку, накинув сверху неформальную открытую мантию. Гарри отступил назад и оглядел крошечное убежище. У него было меньше месяца до начала Хогвартса. Раз уж он здесь, то можно и упаковать всё, что ему может понадобиться. *** Очаг гостиной Гринграсс-манора весело полыхал, распространяя тепло по комнате и согревая заледеневшее тело Гарри. - То есть ты был в начале срочной спасательной операции, превратился в девушку, и твоя первая мысль "мне немедленно нужно переодеться"? - Дафна хихикнула. Фрики сидел на плече Дафны, грызя орех макадамия. Гарри улыбнулся, вытянув губы тонкой линией: - Ну да, я ведь не мог оставлять никаких подсказок для идентификации моей личности, правда? Кроме того, - продолжил он, делая вид, будто в чём-то раскаивается, - это выглядело правильно. Дафна откинулась на спинку удобного кресла и посмотрела на него. - Ну, по крайней мере, мелкая Уизли сообразила быстрее тебя, - если бы она не спрятала твой плащ и палочку, то они могли бы связать тебя с Лордом Слизерином через исследование памяти всех свидетелей. - Да, уж, - Гарри прошёлся пятернёй по волосам на затылке, - просвистело слишком близко, едва ухо не срезало. - Хотя она назвала тебя по имени… Он пожал плечами. - Они уже знали, что кто-то по имени Гарри вовлечен во всё это, так что ничего страшного. - А блокирующие чары? Гарри вздрогнул. - Это было чудовищно. Обычно невозможно так быстро активировать настолько мощные стационарные чары. Единственное объяснение, которое я могу придумать, заключается в том, что разрушитель проклятий привязал свои чары непосредственно к защитному периметру Норы, - он фыркнул. - Если это так, я мог бы просто аппарировать прямо в тот момент, когда разрушил блокировку. Но я потратил на это столько сил, что был на грани полного магического истощения. Я был слабым, уязвимым и плохо соображал. Добавь к этому отсутствие палочки и необходимость держать в секрете специфические навыки и, как результат, нелепое бегство и чуть не проигранная дуэль, - его лицо перекосило от отвращения к себе. – Просто идеальный рецепт для того, чтобы тебя практически втоптали в грязь двое недавних выпускников. Брови Дафни сошлись воедино. Она выглядела озадаченной. - Но что вызвало это? - Что? - Твою реакцию. Я имею в виду, ты никогда настолько не терял контроля, ведь так? Он вспомнил, что случилось в тот момент, когда понял, что не может бежать из блокирующих чар. - Я... я... я не знаю. Ты права. Я не знаю, что случилось. Мне казалось, что я в ловушке. Такое чувство, будто стены смыкаются и пытаются меня раздавить. Я чувствовал себя бессильным. Я никогда так не реагировал. Даже в Азкабане или в доме Дурслей, - он задрожал, - я даже дышать нормально не мог. Мне было очень, крайне плохо, - он посмотрел на носки своих туфель, и продолжил шепотом: - Что-то похожее я чувствовал, когда они схватили меня в Хогвартсе и собирались послать в Азкабан. Дафни помолчала минуту. Она встала, плюхнулась рядом с ним и взяла его руку в свою. - Гарри, посмотри на меня. Он поднял взгляд, чтобы встретиться с ледяной синевой её глаз. - Гарри, ты спас меня от целой жизни в заточении. И я сделаю все возможное, чтобы тебе больше не пришлось проходить через это. Он слабо улыбнулся ей. - Спасибо, Даф. - Я говорю серьёзно, Гарри. На этот раз с тобой буду я и Грейнджер, - она нахмурилась, прежде чем на её лице вновь отразилось лишь беспокойство, - а в следующем году и все остальные. На этот раз ты не один. Он снова улыбнулся, на сей раз широко и радостно. Резкий стук в соседнее окно отвлёк его от созерцания лица Дафны. - О, - сказала Дафна, - помяни чёрта, - она встала и впустила нового питомца Гермионы. Красивая полярная сова с официальным именем Снежная, но компанией посвящённых называемая Хедвиг, приземлилась на низкий стол и приподняла лапку. Гарри отцепил письмо и прочитал его. Гермиона так хотела попасть в Хогвартс, так стремилась получить возможность проявить себя. Они все знали, что будет тяжело. Они знали, что идут на многолетнюю битву за контроль над волшебным миром, но это не раздавило её дух. Во всяком случае, она казалась ещё более сосредоточенной на достижении цели, чем в прошлой жизни - более проницательной, более осведомлённой, и хотя он знал, что многое из этого связано с его собственным вмешательством, он не мог не уважать эту ведьмочку. Дафна стояла рядом с ним и читала через плечо. - Похоже, что у неё все хорошо. - Да, - он оглянулся и посмотрел на Дафну, - она готова, как никогда, - он снова посмотрел на письмо и на стол, за которым Хедвиг и Фрики щипали и царапали друг друга. Он потёр письмо между большим и указательным пальцами и тихо заговорил: - Я думаю, что мы все готовы. *** Лето 1991 года, чуть ранее описанных событий Она не могла их найти! Время пришло. Наступил тот день, когда она, Гермиона Грейнджер, безвозвратно свяжет свою судьбу с жизнью и великой миссией Гарри Поттера. Она вспоминала то, чему научилась у него, все откровения и потрясения, на которые были столь богаты прошедшие годы. Она думала о грандиозной цели, с которой Гарри вернулся в прошлое - победить Тёмного Лорда и воссоздать волшебный мир. Но, самое главное, она думала о своём лучшем друге, наперснике, единственном человеке, на которого она могла целиком и полностью положиться в наступающем грозном будущем. И после сегодняшнего дня он займёт ещё более важное место в её жизни: станет её магическим опекуном, её защитником, её Лордом. Но прямо сейчас она не могла их найти. Гермиона открыла дверь в сад, сделанную из дымчатого стекла, и оглядела широкую лужайку. Здесь их тоже не было. Их не было на кухне. Их не было в гостиной. Их не было в спальне, их не было в ванной, и в кабинете, и в гараже. Оставалось только одно место. Она вздохнула, протопала вверх по лестнице, рывком открыла дверь в свою спальню, подошла к сундуку, распахнула крышку и засунула голову в сжатое пространство. Там, на полу, сидели её родители. Они выглядели виноватыми, словно дети, тайком съевшие все сладости из буфета. У каждого в руках было по открытой книге, а рядом с ними лежала толстая стопка ещё непрочитанных фолиантов разного клибра. - Мам! Папа! Мы опаздываем! И теперь вы оба знаете, что гоблины не любят, когда их заставляют ждать. - Ах, - воскликнул Дэниел Грейнджер, - уже так много времени? - Пап, мы должны были выехать ещё десять минут назад! - строго ответила его взрослая не по годам дочь. - Да, правильно, - Эмма Грейнджер встала и захлопнула книгу, - хватит чтения! Довольно теории! - она театральным жестом подняла руку в воздух. – Настало время отправляться в этот мистический мир! В Зазеркалье, в шкаф, мимо второй звезды направо и прямо в рассвет! - Эррр, - поправил жену ухмыляющийся Дэн, - всего лишь до Чаринг-Кросс-Роуд от Тоттенхэм-Корт-Роуд. - Ага, ну или так, - согласилась Эмма. Гермиона скривила губы, пытаясь скрыть усмешку. - Ваша одежда в спальне в сумках. Пожааааалуйста, можем мы уже поехать? - чуть не подпрыгивая от нетерпения умоляла девочка. - Конечно, дорогая, мы просто приводили себя в подходящее настроение, - улыбнулась её мать. Гермиона покачала головой. А она-то ещё переживала об этом! Родители отреагировали на новость о существовании магии так, как отреагирует любой уважающий себя человек с развитым интеллектом и неуёмным любопытством – с трепетом и энтузиазмом истинных фанатиков фэнтэзи, которыми они и являлись. Конечно, помог и Гарри (как и Лорд Слизерин). Однажды, стоя с куском ещё тёплого сливового пирога в руке, она увидела их обоих на пороге родительского дома. Это событие привело её в такое замешательство, что Гермиона зависла на несколько секунд, примерно столько, сколько потребовалось, чтобы сказать: "Не хочешь попробовать такую оборотку?". Довольно странно было наблюдать, как они общаются друг с другом, зная, что один из них не Гарри. С трудом, но она всё же сумела понять, какой из них настоящий. Последовали несколько часов напряжённой дискуссии о политических и социальных реалиях волшебного мира, в ходе которой её родители испытали всю гамму чувств и эмоций: от лёгкого ужаса до гнева, от депрессии до смирения, и наконец, до надежды и благодарности, после чего вернулись в своё обычное слегка восторженное состояние. В какой-то момент в гостиную вернулся отходивший "вымыть руки" Гарри. Он сел на диван - ноги плотно сжаты вместе и слегка согнуты в сторону, руки лежат на коленях, одна поверх другой, идеально прямая спина, голова немного наклонена вниз - идеальная осанка чистокровной принцессы. Гермиона подняла бровь, и девушка, носящая тело Гарри, сразу поняла свою ошибку, слегка покраснела и переместилась в более характерное для Гарри положение: "занять как можно больше места". Позже она узнала, что да, это была наследница рода Гринграсс. С этих самых пор её родители проводили большую часть своего свободного времени, забираясь в её сундук и жадно глотая все попадающие под руку книги. Её мама особенно заинтересовалась магической теорией, чему способствовало увлечение теоретической физикой в университете, в то время как отец вчитывался в книги по древним рунам, попутно думая, как они могли бы использоваться в процессе конструирования машин и механизмов. Поскольку обе области знания были довольно специализированными, то к этому времени они уже прочитали все книги в сундуке на интересную им тему. Книжные магазины Косой аллеи обещали значительно расширить секретную библиотеку их семьи, и поэтому, с колоссальным предвкушением предстоящего информационного пира, Грейнджеры упаковалась в семейный Рейндж Ровер и помчались по дороге к волшебному миру. *** Дэниел Грейнджер пускал слюни, словно озабоченный подросток, никогда ранее не прикасавшийся к женскому телу. Эмма стояла перед ним одетая в то, что Гермиона назвала "мантией", а он считал платьем, прилегающим к телу словно вторая кожа, намекающим на его наполнение и подчеркивающим все выпуклости и впадинки прекрасной фигуры его жены. Вокруг предплечий, ног и ступней материал висел свободно, но плотно облегал её плечи, грудь, талию и задницу. - Это потрясающе, - сказала Эмма, крутясь вокруг себя и пытаясь заглянуть себе через плечо, - прежде чем я его надела, оно было просто балахоном, но как только оно оказалось на мне, то мгновенно само подогналось по фигуре. Он кивнул, продолжая смотреть. - Материал очень мягкий, но в то же время довольно толстый. По ощущениям он не растягивается, однако у меня нет вообще никаких проблем с движениями в нём... как это работает? Он продолжал смотреть, прежде чем понял, что должен что-то сказать: - Магия? Она хихикнула как девчонка. Реально хихикнула. Он же почти десять лет не слышал, чтобы она хихикала. Он сглотнул. - Дэн, ты тоже хорошо выглядишь, - игриво сказала Эмма. Он фыркнул. - Я выгляжу как монах. - Монашеские рясы не украшают тончайшей вышивкой. Чёрной на чёрной ткани, - она шагнула к нему, покачивая бёдрами. Его зрачки расширились. Она наклонилась к нему и прошептала на ухо: - Я думаю, что они делают тебя похожим на одного настоящего самца, который однажды оттрахал меня в туалете ночного клуба. У него перехватило дыхание. Он обхватил руками её талию и почувствовал изгибы тела под гладким как шёлк материалом. - Это было довольно давно, - выдохнул он. - Слишком давно, - прошептала она. Осмелев, он провел рукой по изгибу чуть ниже её спины, дотянулся до волос, сжал их в руке и потянул назад и вниз, крепко, но одновременно и нежно. Она ахнула и поддалась его невысказанному приказу, отклонившись назад, обнажив шею и посмотрев ему в глаза. Он вгляделся в сияющие путеводные звезды цвета спелого ореха и увидел то, чего не видел почти десять лет: похоть, возбуждение, нервозность, нетерпение. Её дыхание участилось. Он понял, что даже сквозь плотную одежду она почувствовала возбуждение своего мужа. Его губы приблизились к её губам. Тук. Тук. Тук - Мама! Папа! Вы что, ещё не готовы? Они оба замерли. Реальность снова вернулась в их мир и полные страсти глаза сфокусировались на тусклом, тёмном интерьере ванной комнаты Дырявого Котла. Эмма прокашлялась. - Да, дорогая, мы выйдем через минуту. Из-за двери послышалось что-то смутно похожее на возмущенное пыхтение, и раздались затихающие шаги. Он вернул всё внимание к прекрасной женщине в своих объятиях. Его руки поднялись на её талию: - Мы это ещё продолжим, - заявил он голосом, твёрдым как горный хребет. Эмма продолжала чувственно смотреть в его глаза. Когда она, наконец, ответила, голос оказался низким и хриплым. - Всё, что вы только прикажете, мой сексуальный глава рода. По спине Дэниела Грейнджера пробежала дрожь. Да, действительно, порой нормы магического мира могли принести неожиданные и приятные бонусы. ***