Глава 1 — Пролог: Я — Нюйва?!

Пролог: Я — Нюйва?! До двадцати лет Фэн Сяосяо жила с полной уверенностью, что она — самый обычный человек. Но когда ей стукнуло двадцать, это представление было разнесено в пух и прах. И виноват в этом был человек, который удочерил её, но при этом настаивал, чтобы она звала его «Учителем», а не «Папой». Честно говоря, сама Сяосяо вовсе не горела желанием заводить себе отца на пустом месте. И дело тут не в каком-то особом уважении к биологическому родителю… Сяосяо была сиротой и не чувствовала никакой привязанности к самому понятию «родители». Она уж точно не собиралась вешать этот пустой ярлык на совершенно незнакомого человека, которого в глаза не видела. Хотя она росла на попечении множества разных семей, кочуя из одного района в другой, было бы ложью сказать, что она не тосковала по семейным узам. Но была причина, по которой она отказывалась признавать в ком-то отца. Думаю, вы уже догадались: она росла «на прокорме» у чужих людей… Спрашивается, зачем этому человеку нужно было удочерять Фэн Сяосяо, если он всё равно бросил девчушку на произвол судьбы, позволив ей скитаться по разным домам?! На то была причина, связанная с его профессией — он был исследователем. Можно ли считать «исследователя» полноценной профессией? Трудно сказать. Кто-то делает это ради интереса, кто-то работает на организации. Как бы то ни было, эти люди посвящают жизнь покорению самых опасных уголков планеты, и их можно назвать своего рода «альтернативными спортсменами». Сама Фэн Сяосяо понятия не имела, к какой категории относится её Учитель, но две вещи знала наверняка. Во-первых, исследователь не может долго сидеть на одном месте, именно поэтому он удочерил её, но не растил сам. И именно по этой же причине Сяосяо не стоило даже пытаться его разыскать. В одну минуту этот человек мог нежиться на пляжах Дубая, а в следующую — уже лететь в Антарктиду смотреть на пингвинов. Во-вторых, её Учитель был богат. Нет, он был сказочно богат! Огромные суммы, которые каждый месяц падали на счета её временных опекунов, и всякие высококлассные репетиторы, которые то внезапно появлялись, то так же внезапно исчезали — всё это доказывало, что её «хозяин» — настоящий транжира. Сколько она себя помнила, её мучил один вопрос: зачем такому человеку возиться с удочерением маленькой девочки вроде неё? В свой двадцатый день рождения Фэн Сяосяо наконец получила ответ на эту непостижимую загадку — он был психом. — Тебе исполнилось двадцать, и пришло время узнать правду, — спокойно произнёс Учитель. С виду ему нельзя было дать и тридцати, хотя поговаривали, что он глубокий старик. Фэн Сяосяо покосилась на свечи в праздничном торте: — Может, подождёшь, пока я загадаю желание и задую их?! Они же сейчас расплавятся. — Это не имеет значения, — серьезно ответил мужчина. — То, что я собираюсь сказать, касается судьбы всего мира. — … — Сяосяо посмотрела на него с каменным лицом. — А я считаю, что это ОЧЕНЬ важно. Если воск накапает на торт, он будет испорчен. Сейчас глубокая ночь, и я не хочу идти и стучаться в дом к той вдове-мегере с соседней улицы, чтобы купить новый. Мужчина кивнул: — Я понимаю твои чувства, ведь ты ещё не знаешь, с чем тебе предстоит столкнуться… Какая-то там вдова — ничто по сравнению с тем, что я тебе открою. Сяосяо замолчала. Ей не стоило и надеяться найти общий язык с этим сумасшедшим. — Ты когда-нибудь слышала о Нюйве?! — … — Нюйва, она же Вахуан или Императрица Ва — Земная Суверенша, одна из Трех Властителей в легендах. Она создала людей из глины и почитается как прародительница человечества. Позже она переплавила пятицветные камни, чтобы заделать дыру в небе и спасти мир от хаоса и разрушения… Можно сказать, что везде, где есть земля, Нюйва — высшее существо. Неужели ты совсем ничего не замечала?! Ты ведь с детства возилась с грязью лучше всех остальных детей. Это же неоспоримое доказательство! — … — Имя Нюйвы — Нюси, а фамилия — Фэн. Вот почему тебя зовут Фэн Сяосяо… Фэн Сяосяо, ты и есть легендарная Нюйва! А я — твой проводник, который пришел пробудить тебя: Тай-бай Цзинь-син! — Мужчина торжественно выговорил последнее слово и уставился на неё взглядом, полным надежды и предвкушения. — … — … Тишина между ними повисла тяжелым грузом. Спустя вечность Фэн Сяосяо понимающе кивнула и спросила: — Ты что, головой ударился?! — … Мужчина долго молчал, а затем вздохнул: — С тех пор как 3000 лет назад мир изменился и наступили сумерки богов, божества и монстры покинули этот мир. Даже небесные боги прорвали ткань реальности и ушли в другие миры… Здесь остались лишь их спящие телесные оболочки и остатки душ. Если их не трогать, они со временем просто развеются в небытие. Только Три Суверена или Великие Мудрецы Древности способны пробудить эти остатки былого величия… и ты — единственная древняя богиня, которую мне удалось найти за все эти годы. Мужчина взял длинный нож, предназначенный для торта, и с состраданием в голосе произнёс: — Я знаю, ты мне не веришь, но через мгновение всё изменится. — С этими словами он двинулся на Сяосяо с ножом в руках. — Ты что творишь?! — настороженно спросила девушка. Неужели в наше время просто спокойно отпраздновать день рождения в полночь — это слишком многого хотеть?! — Не бойся, ты же Нюйва! Пока ты касаешься земли, ты не умрёшь, — мужчина другой рукой достал банку с землей. — К счастью, я подготовился и прихватил «латочную» глину. Сейчас ты сама увидишь свою божественную силу. «Да чтоб тебя приподняло и прихлопнуло!» (В оригинале: Бананы, арбуз ты эдакий! — Сяосяо сама не понимала, что это значит, просто ругалась на свой лад). Фэн Сяосяо побледнела, глядя, как на неё заносится нож… Она хотела увернуться, клянусь, правда хотела! Но опыт — лучший учитель. Пусть этот человек и казался полным психом, это не отменяло того факта, что он был её Учителем. Ей стоило догадаться. Разве мог человек, присылавший ей мастеров боевых искусств в качестве учителей, сам ни черта не уметь? Как и следовало ожидать, длинный нож мгновенно полоснул её по плечу, и оттуда брызнула кровь. Осознав, что она серьезно ранена, Сяосяо рухнула на пол в панике. А её так называемый «мастер» присел перед ней с восторженным лицом. Он отбросил нож, которым только что приложил её вместо торта, и протянул банку с глиной, сияя от радости: — Быстрее! Приложи это к ране, направь свою божественную энергию, и ты мгновенно исцелишься! Вид у него был такой, будто он ждал от неё циркового фокуса, разве что не добавил: «А теперь приготовьтесь увидеть чудо…» Сяосяо стиснула зубы, выхватила банку у него из рук и со всей силы запустила её прямо в лицо этому сумасшедшему, наконец выкрикнув то, что хотела сказать с самой минуты его прихода: — Да пошёл ты на Х…!