Глава 78 — Глава 78

–Такова твоя судьба. Отныне ты должен следовать за Сиси и помогать ей. Почему? Почему я должен кому-то помогать, тем более тому, кто хуже меня? –Твоя удача и правда хороша. Если сможешь попасть в главный дом, будешь жить иначе, чем мы. Какая разница? Разве мы не все рабы тех, кто живёт в главном доме? –Таким, как мы, суждено родиться рабами. У нас даже нет возможности насладиться жизнью! Почему? Почему? Почему я должен был родиться рабом? Эти слова преследовали Хэ Чжао, как ночной кошмар. С тех пор, как он себя помнил, окружающие твердили ему одно и то же: его жизнь предопределена – быть рабом и служить хозяину. Хэ Чжао не хотел мириться с этим. Он не хотел вечно находиться под чьим-то началом и вымаливать милость. Он хотел стать хозяином! С тех пор, как Хэ Чжао восстал против семьи Юй, никто больше не говорил ему таких вещей. Всего за несколько месяцев он будто переродился. Он совсем забыл те дни, когда старшие его попрекали: «Не переступай черту». Он думал, что со своим талантом и способностями обязательно сможет выделиться в семье Хэ. Он не хотел в будущем быть всего лишь старейшиной или кем-то повыше. Он хотел стать главой семьи Хэ, хозяином, который по-настоящему управляет чужими жизнями! Однако вскоре он понял, что семья Хэ – это другая семья Юй. Он по-прежнему не мог избавиться от своей прежней судьбы, и он очень, очень, очень не хотел с этим мириться! Хэ Чжао низко опустил голову и заплакал. Возможно, ему суждено умереть в этом тёмном месте. На горе Бога Небес стоял ещё один прекрасный весенний день. Пели птицы, благоухали цветы. Цзян Юнь сидел, скрестив ноги, у края барьера. Он подпёр рукой подбородок и смотрел на восход солнца. Красное солнце медленно поднималось в небо, окрашивая всё вокруг в алый цвет. Такой яркий, такой насыщенный, просто слепящий. Цзян Юнь смотрел на солнце какое-то время, пока глаза не устали. Он опустил голову, потер их и перевел взгляд на снежные горы за барьером. Вокруг все оживало под лучами солнца, но пейзаж гор оставался неизменным, будто застывшим с древних времен. «Высота слишком большая», – промелькнула мысль у Цзян Юня. Он слышал о маленьком городке у подножия горы, где было много всего интересного и вкусного. Ему очень хотелось спуститься туда и посмотреть. Глядя на своих учеников, Цзян Юнь чувствовал легкую зависть. Трудно было не стремиться увидеть мир за пределами прибежища, особенно когда тебе постоянно досаждает болтливый маленький павлин, который вечно несет всякую чушь. Цзян Юнь машинально прикинул, какое расстояние от горы Бога Небес до городка у подножия, сколько еще учеников ему нужно набрать и скольких противников победить, прежде чем он сможет позволить себе посетить это место. – Ты сегодня так рано проснулся? – раздался за спиной голос Кун Ли. Поскольку его расчеты прервали, Цзян Юнь просто перестал считать и снова принял свою обычную расслабленную позу. – Смотрю рассвет. – Смотришь рассвет? Что в нем хорошего? Солнце каждый день одно и то же. Я его сотни лет наблюдаю, надоело уже. А ты разве не десятки тысяч лет прожил? Десятки тысяч лет рассветы смотрел. Тебе еще не надоело? Болтливый маленький павлин снова открыл свой рот и обрушил поток странных вопросов. В то же время он пробормотал себе под нос: *«Неужели Цзян Юнь слишком долго прожил и немного не в себе?»* – Все в порядке. Если хочется посмотреть, я смотрю. – Услышав, что Кун Ли в душе считает его умалишенным, Цзян Юнь лишь спокойно улыбнулся в ответ. Эта птица каждый день тайком критиковала его, к этому он уже давно привык. - Зачем ты так сидишь на земле? Тебе вовсе неважно, что… — Кун Ли увидел, что Цзян Юнь сидит на земле, и края одежды испачкались травой. Это его очень раздражало. - Займись своими делами, - Цзян Юнь не хотел обращать на него внимания. Сердце его сжималось от тоски. Сегодня настроение было не лучшим, а этот павлиненок еще и хотел его дразнить. - Как ты можешь быть таким? Я… – Не успел Кун Ли закончить фразу, как Цзян Юнь внезапно оказался прямо перед ним, нетерпеливо схватил его за птичий клюв и хорошенько избил. После этого Цзян Юнь поправил свои длинные волосы и ушел в прекрасном настроении. И верно, нет проблем, которые нельзя решить хорошей взбучкой. А если есть, то нужно просто повторить. Кун Ли, ни за что избитый, лежал на земле, весь в обрывках травы, в шоке и недоумении. Почему его ни с того ни с сего избили? После того как Цзян Юнь отколотил Кун Ли, он почувствовал себя намного лучше. Достав миску с рыбным кормом, он направился к пруду с лотосами, чтобы покормить карпов кои. Заодно и загадал желание: «Карпы кои, пожалуйста, благословите моих учеников, чтобы они гладко повышали уровни и могли фармить монстров, принося мне очки опыта». Карпы кои тут же набросились на корм. Корм Цзян Юня был их любимым лакомством, и они устроили ему радушный прием. Цзян Юнь с нежностью смотрел, как они поглощают корм. В то же время он подумал: а почему бы не разводить что-то другое? Этих карпов кои ведь и не съешь. [Карпы кои: «Разве мы не твои маленькие детки?»] Немного покормив их, Цзян Юнь полетел к могиле своего наставника и полил растущие там цветы, чтобы они цвели еще прекраснее. После того как полив был закончен, Цзян Юнь не знал, чем заняться. Юй Сысы и Сюн Цзи, напуганные клевками Кун Ли, выползали только к полудню. А пока они закончат, уже вечер. Вечерами Юй Сысы медитировала за защитным барьером, а Сюн Цзи отправлялся навещать жителей деревни у подножия горы. С тех пор как Цзян Юнь рассказал о своем замысле расширить секту, Сюн Цзи стал очень деятельным. Он считал, что городок у подножия горы тоже их территория, поэтому навещать его нужно регулярно. Так он и делал, каждый день. Он был настолько усерден, что Цзян Юнь даже задавался вопросом, получает ли он дань с горожан или у него там возлюбленная. Из-за этого он даже специально поговорил с Сюн Цзи. В конце концов Сюн Цзи смущенно ответил: – Нет, учитель. Я спускаюсь с горы каждый день только для того, чтобы посмотреть, нет ли чего-то, с чем нужна помощь. Боюсь, семья Хэ не отступится и снова придет их беспокоить. – Правда? – Цзян Юнь выразил сомнение. – Правда, учитель. Как я могу брать деньги с жителей деревни?! И уж точно никаких хороших отношений у меня с ними не будет. Я всем сердцем совершенствуюсь с вами, учитель. Меня не так просто соблазнить. – Тогда ты слишком много внимания уделяешь жителям этого городка, – ответил Цзян Юнь. – Учитель, сначала меня не заботила жизнь людей у подножия горы. Но в прошлый раз, когда мы с соученицей спускались с горы ждать людей семьи Хэ, мы по пути убили нескольких диких кабанов. А они были очень добры к нам. Я просто хочу отплатить добром. В этот момент Цзян Юнь вдруг понял, что его ученик из внешней секты, пусть и был изначально зверем, уже начал походить на человека. - Знаешь, почему у людей так много культиваторов? И почему, даже если магические звери от природы сильнее людей на том же уровне развития, именно человеческие культиваторы правят континентом Божественного Океана? Сюн Цзи опешил. Он никак не ожидал такого вопроса от Цзян Юня, опустил голову и долго размышлял, прежде чем поднять взгляд и признаться: - Не знаю. - Тогда подумай об этом хорошенько, - сказал Цзян Юнь. - Когда ты найдешь ответы, быть может, к тебе придет осознание и просветление. С этими словами Цзян Юнь махнул рукой и удалился. Сюн Цзи склонился в глубоком поклоне вслед уходящему. - Я запомню ваши наставления, учитель. Цзян Юнь, вспомнив о Сюн Цзи, снова вздохнул. Он очень надеялся, что тот поймет как можно скорее. Он не мог просто раскрыть ему ответ, Сюн Цзи нужно было дойти до этого самостоятельно, иначе это могло бы привести его к ошибкам. - Доброе утро, учитель, - почтительно поклонилась Цзян Юню Юй Сысы. Выйдя сегодня из дома, она увидела учителя, в одиночестве вздыхающего у пруда с лотосами, и не могла понять, что случилось. «Забудь об этом», - подумал Цзян Юнь. - У меня еще есть ученица. Уж она-то обязательно сможет дойти до просветления.