Глава 3 — Глава 2. Принцип Парето и нефритовые безделушки.

Глава 2. Принцип Парето и нефритовые безделушки — С сегодняшнего дня в нашем клане вводится система эффективности, — объявил я, глядя на выстроившихся во дворе слуг. — Забудьте про то, что было раньше. Раньше мы жили традициями и воспоминаниями о былом величии. Это привело нас в жопу. Простите за выражение, няня Чэнь. Няня Чэнь всплеснула руками, но промолчала. — Теперь у нас будет так, — я вытащил кусок угля и расчертил на каменной плите таблицу. — Каждый из вас получает список задач. Кто делает больше — получает больше риса, больше камней, больше пилюль. Кто не делает ничего — идет вон. Нам нужны руки, а не обуза. — Но молодой господин, — подал голос один из стариков, тот самый, что когда-то был управляющим при деде. — Как же так? Мы же верные слуги, мы здесь всю жизнь... — Верность — это хорошо, — кивнул я. — Но верность без дела — это просто паразитизм. Дед бы вас кормил просто за то, что вы здесь родились? Нет. Дед воевал за каждую шахту. А вы просто ели его хлеб. С сегодняшнего дня каждый зарабатывает свой хлеб сам. Вопросы? Вопросов не было. Тридцать пар глаз смотрели на меня с ужасом и... с надеждой. Потому что впервые за много лет у них появился хоть какой-то план, а не просто тупое доживание. — А-Чжун, веди меня в библиотеку. ________________________________________ Библиотека клана «Нефритовый источник» оказалась настоящей сокровищницей. Тысячи свитков, многие из которых не открывали десятилетиями. Боевые техники, рецепты пилюль, карты земель, летописи. Пыль слоем в палец толщиной, мышиные гнезда в углах. — Здесь ничего ценного, молодой господин, — вздохнул А-Чжун. — Все давно перебрали. Техники сложные, для них нужна высокая культивация. А рецепты... ну, рецепты как рецепты. Я не слушал. Я перебирал свитки один за другим, читая названия. «Искусство Небесного Меча» — мимо, нужен высокий уровень. «Рецепт Пилюли Бессмертия» — мимо, там ингредиентов на миллион камней. «Техника Сокрушения Гор» — мимо. И вдруг я наткнулся на тонкий, почти прозрачный свиток, лежащий в самом дальнем углу, придавленный грудой хлама. «Плетение снов из Нефрита». Я развернул его. Техника оказалась... странной. Она не учила убивать. Она учила создавать. Из обычного нефрита, с помощью вливания малой толики ци, можно было создавать амулеты, излучающие мягкий свет. В описании говорилось, что эти амулеты успокаивают ум, помогают при бессоннице и тревожности, дарят приятные сны. — И это все? — пробормотал я. — Какая бесполезная ерунда для культиватора... И тут меня осенило. Культиваторам это было не нужно. Культиваторы спали по два часа в сутки и не знали, что такое тревога. Их умы были закалены сталью. Но в этом мире были не только культиваторы. Были богатые купцы, которые не умели спать из-за забот о торговле. Были жены культиваторов, которые боялись за мужей, ушедших на войну. Были старики в богатых кланах, чьи меридианы уже не работали, но которые хотели спокойной старости. Были дети, которым нужны были красивые игрушки. — А-Чжун! — крикнул я. — Тащи сюда весь нефритовый лом, который найдешь во дворе. Осколки, обрезки, все, что валяется без дела. Через час передо мной лежала груда мусора. Осколки нефрита, которые раньше считались бесполезными — слишком мелкие для артефактов, слишком грязные для пилюль. Я сосредоточился. Влил в осколок ци — совсем чуть-чуть, по технике из свитка. Камень засветился мягким, теплым светом. Внутри него закружились легкие тени, похожие на сны. — Работает, — выдохнул я. — Молодой господин, это же... это же просто безделушка, — удивился А-Чжун. — Кому это нужно? — Всем, А-Чжун. Всем, у кого есть деньги и нет покоя. ________________________________________ Через три дня у меня было двадцать таких «безделушек». Я отобрал десять самых красивых и отправился в город Ланьчжоу — крупный торговый центр провинции. Город поражал воображение. Летающие платформы сновали между башнями, культиваторы в дорогих одеждах проносились по небу на мечах, а внизу, на земле, кипела обычная торговая жизнь — лавки, харчевни, меняльные конторы. Мне нужна была Госпожа Хэ. Госпожа Хэ держала самую большую торговую гильдию в городе. Говорили, она могла продать снег зимой, а лед — летом. Говорили, у нее нет совести, но есть нюх на прибыль. Говорили, с ней лучше не связываться. Мне позарез нужна была такая партнерша. Я зашел в ее лавку — трехэтажное здание, битком набитое артефактами, пилюлями и магическими безделушками. За прилавком скучал молодой приказчик. — Мне нужна госпожа Хэ, — сказал я. — Госпожа не принимает всяких... — начал он, окинув меня взглядом моей поношенной одежды. Я положил на прилавок один из амулетов. Тот засветился мягким светом, переливаясь нежными тонами. Приказчик открыл рот и закрыл. — Я подожду, — улыбнулся я. Через пять минут я сидел в роскошной гостиной перед женщиной лет сорока с острым, как лезвие, взглядом и тонкими пальцами, унизанными перстнями с пространственными кольцами. — Интересная безделушка, — сказала она, вертя амулет в руках. — Слабенькая ци, никакой боевой ценности. Что это? — Это, госпожа Хэ, — ответил я, — ваши будущие деньги. Она подняла бровь. — Смелый мальчик. Или глупый. Я еще не решила. — Позвольте мне решить за вас, — я выложил на стол все десять амулетов. — Смотрите. У каждого культиватора есть все: сила, долголетие, артефакты. Но чего у них нет? — Чего? — Сна. Покоя. Возможности отключить мозг хотя бы на ночь. У ваших главных клиентов — жен культиваторов, богатых купцов, стареющих мастеров — бессонница. Они травят себя снотворными пилюлями, которые сажают печень. А это — безвредно. Это просто красивый свет и спокойствие. Повесил у кровати — и спишь как младенец. Госпожа Хэ молчала, рассматривая амулеты. — Кроме того, — добавил я, — это красиво. Женщины любят красивое. Мужчины дарят женщинам красивое. Дети просят у родителей красивое. Рынок — огромен. — Ты хочешь, чтобы я продавала это в моих лавках? — спросила она. — Я хочу, чтобы мы продавали это ВО ВСЕХ лавках. Ваших и не ваших. Я делаю товар. Вы организуете сбыт. Прибыль — пополам. Она рассмеялась. Сухо, без веселья. — Мальчик, ты хоть знаешь, сколько стоит место в моей лавке? Тридцать процентов — обычная ставка. А ты просишь пятьдесят? — Я прошу пятьдесят, потому что у этого товара нет конкурентов, — спокойно ответил я. — Пока нет. Через месяц появятся подделки. Через три — копии. Но первый удар всегда за тем, кто первый. Вы будете первой. Имя госпожи Хэ прогремит по всей провинции как имя женщины, которая принесла в мир покой. Это дороже любых процентов. Она замолчала. Смотрела на меня долго, изучающе. — Сколько тебе лет, мальчик? — Семнадцать. — Врешь. Такие глаза в семнадцать не бывают. Ладно. Твоя взяла. Пятьдесят процентов, но ты обязуешься поставлять мне по сто штук в месяц и никому больше. Идет? — Идет, — я протянул руку. Она пожала ее, и я почувствовал, как по руке пробежала слабая волна ци — магическая печать договора. — Еще одно, — сказала она, когда я уже встал уходить. — Клан «Пылающий Феникс» недавно интересовался, кто это вдруг активизировался в вашем захолустье. Они прислали человека на разведку. Будь осторожен. Я кивнул. Выходя из лавки, я уже знал, что война началась. — Господин! — А-Чжун догнал меня запыхавшийся. — Господин, вы забыли! Няня Чэнь велела купить соли и масла, а то ужин готовить не на чем! Я вздохнул. Война войной, а ужин — по расписанию. Сначала соль и масло, потом — завоевание мира. — Пошли на рынок, — сказал я. — И запомни, А-Чжун: великие империи на пустой желудок не строятся.