Когда Шэнь Линсюэ ушла, Чжао Хао поник, выглядя крайне разочарованным.
— Толстяк, ну я же от чистого сердца, почему она не верит? — вздохнул он.
Узнав, насколько жалок Лю Шуай в деле, Чжао Хао перестал звать его «красавчиком» и перешёл на «толстяка».
— Хе-хе, в следующий раз, прежде чем открывать рот, вытри слюни. И не зови меня толстяком. Я вступил в Бюро расследований раньше тебя, так что зови меня «красавчик» или «старший».
— Слышь, жиртрест, за базаром следи! Кто тут слюни пускал? — вспылил Чжао Хао. — Думаешь, все такие же озабоченные, как ты?
— Ой, да ладно. Ты когда с ней говорил, глаз не мог оторвать от её ключиц. Думаешь, мы слепые? Ты реально кадр: она закутана по самое горло, только воротник чуть расстегнут, едва край ключицы виден, а ты уже готов зрачки в трубочку свернуть, лишь бы заглянуть поглубже.
— Если бы мы спали в одной комнате, ты бы, небось, под покровом ночи полез её ключицы облизывать?
— Пиздёж! Если бы сам не пялился, не знал бы, куда я смотрю!
Фан Сю с каменным лицом наблюдал за их перепалкой. В этот момент он в полной мере осознал значение термина «тимейты-овощи».
Не обращая на них внимания, он развернулся и ушёл к себе спать.
— Эй, эй, брат Сю, ты куда? Не будешь с нами? А как же дежурство?
Фан Сю не ответил. Ему было всё равно.
Вместо дежурства его больше беспокоило то, что Аномалия может не появиться, если они будут кучковаться.
К тому же сегодня он подметил одну странность: волосы.
У Старосты Вана и его родни волосы были подозрительно хороши. Ладно Гуйфан и Фугуй, они ещё молоды, но старосте на вид под восемьдесят, а у него ни сединки.
Фан Сю допускал, что старик мог красить волосы, но это было маловероятно.
В такой захолустной деревне в этом нет смысла — все свои, все друг друга знают, да и староста уже в преклонных летах. К тому же краску тут не купишь, надо несколько часов тащиться в город.
Но главное, что насторожило Фан Сю: с тех пор как он прибыл в Хэйшуйцунь, он не видел ни одной аномалии!
Он не мог утверждать, что их в деревне нет вовсе — он ещё не обошёл её всю, да и тьма мешала обзору.
Но сам факт был крайне подозрительным.
В городе аномалии на каждом шагу. Даже по дороге сюда, хоть их и было мало, они встречались.
А здесь — ни одной.
Такое Фан Сю встречал лишь однажды!
В Зоне сверхъестественного Психиатрической лечебницы Циншань!
Внутри Зоны ты словно выпадаешь из реальности: зрение перестаёт видеть призрачные очертания аномалий, остаются только реальные сущности.
Неужели вся деревня — это Зона сверхъестественного?
Но почему тогда ловит телефон?
В лечебнице связи не было.
Именно поэтому он зацепился за волосы. Только он понимал, что в деревне что-то не так, и при такой осторожности любая мелочь раздувалась до масштабов катастрофы.
С этими мыслями Фан Сю быстро провалился в глубокий сон.
Он укрылся двумя одеялами — ночи в горах были холодными, и хотя он был Мастером управления духами, по сути он оставался человеком, а не суперменом.
Глубокая ночь. Три часа утра...
*Плеск... плеск...*
До ушей Фан Сю донёсся звук текущей воды. Сквозь сон он почувствовал сырость, а холод вокруг стал невыносимым.
*Вжих!*
Фан Сю мгновенно распахнул глаза.
— Началось? — прошептал он.
Он резко сел и огляделся. Вокруг царила непроглядная тьма.
Но самым странным было ощущение, что кровать... движется!
Мгновенно осознав неладное, он выхватил телефон и включил фонарик.
Яркий луч прорезал мрак, освещая то, что было под кроватью.
Там был не твёрдый пол, а вода!
Речная вода!
Кровать дрейфовала прямо по Реке Хэйшуйхэ!
Тот плеск, что он слышал, был шумом течения.
Вокруг Фан Сю виднелись другие тёмные силуэты. Он направил свет туда и обнаружил спящих Шэнь Линсюэ, Чжао Хао и остальных.
Их кровати точно так же плыли по реке.
#
Обновлено: 14.02.2026