Глава 47 — Глава 47

Раньше Ци Шидие непременно разыграл бы перед Шан Мо комедию вежливости, но теперь между ними не осталось и следа прежней учтивости. В прошлый раз эта демоница спаслась лишь по счастливой случайности — какой-то неведомый мастер вовремя пришёл ей на помощь. Иначе она давно погибла бы от его руки. Эта обида прочно легла между ними, и та девчонка наверняка питала к нему такую же ненависть, как и он к ней: оба жаждали смерти друг друга. Ци Шидие холодно фыркнул — ему уже осточертело лицемерить, как это делала Шан Мо. Теперь Шан Мо стала для них серьёзной угрозой. Лучше покончить с ней здесь и сейчас, чем дать ей возможность устроить переполох на Собрании Дуцзуня! План был безупречен, но за спиной этой демоницы, видимо, стоял кто-то могущественный: две группы людей подряд расстроили все засады, расставленные его элитными убийцами. Плохие вести одна за другой приходили в Ипиньсюань в Ханьду, вынудив его лично отправиться в путь и до прибытия в Долину Дуцзунь самолично свести с ней счёты. Кто бы мог подумать, что едва он прибыл, как увидел, будто сама судьба подарила ему удачу: эта девчонка сама избавилась от своей охраны и явилась сюда! Разве это не самоубийство? Небеса сами осудили её на гибель, и сегодня он, Ци Шидие, исполнит волю Небес! — Похоже, старик сегодня получил небесное повеление отправить тебя в мир иной, — холодно рассмеялся Ци Шидие, и его длинные одежды надулись от бурлящей по телу ци. Ведь он, Ци Шидие, ещё ни разу по-настоящему не применял против неё всей своей силы. Но теперь ей не миновать гибели! — Я думала, максимум несколько мелких головорезов пришлют, чтобы я немного размялась, — удивлённо прикрыла рот Шан Мо, и на лице её появилось такое живое выражение, будто она и вправду была тронута до слёз. Глаза её даже покраснели, и слёзы вот-вот готовы были хлынуть потоком. — Ха! У тебя остался только этот язык! Отправляйся в ад и болтай там сколько влезет! — рявкнул он. — Нет-нет-нет! Дядюшка Ци, погодите! — закричала Шан Мо с преувеличенным ужасом. Ци Шидие с отвращением плюнул на землю. При виде Шан Мо он сразу вспыхнул гневом, глаза вылезли из орбит, а усы задрожали: — Говори своё последнее слово! Не скажу, будто я, старший, лишил тебя, младшую, возможности попрощаться! Шан Мо смущённо потерла переносицу, глядя совершенно обиженно: — Дядюшка Ци, вы можете оставить мне целое тело? Хотя выражение её лица казалось трогательным и беззащитным, на самом деле она была до крайности дерзкой и высокомерной. Таких людей следовало уничтожать без жалости — наверняка она замышляет какую-то коварную ловушку! — Хватит болтать! Сегодня я убью тебя так, что и праха не останется! — лицо Ци Шидие потемнело, и ци вокруг него взметнулась вихрем. Мгновенно он превратился в порыв ветра, его ладонь выстрелила, как молния, пальцы сжались в когти и стремительно устремились к Шан Мо, стоявшей прямо у края обрыва. Его когти, острые, как у ястреба, мгновенно впились ей в горло. Шан Мо даже не попыталась увернуться! Её шея была белой и нежной, словно молодой побег бамбука — казалось, стоит лишь слегка сжать, и она переломится! Выражение лица Шан Мо резко изменилось: ещё мгновение назад она была полна самодовольства, а теперь скривилась от боли. Она громко завопила, болтаясь в воздухе, и принялась бить ногами и руками, цепляясь за руку Ци Шидие. Её лицо исказилось обидой: — Дядюшка Ци, если уж душите меня за шею, давите сильнее! Вы же знаете, смерть — не страшна, страшно умирать медленно! Вы что, издеваетесь надо мной? Хотите убить — так убейте, а не мучайте! Шан Мо не умолкала ни на секунду, а лицо Ци Шидие становилось всё мрачнее — от чёрного к зелёному, потом к фиолетовому, словно театральная маска! Со стороны казалось, что Шан Мо на волоске от гибели: стоит Ци Шидие чуть сильнее сжать пальцы — и она либо задохнётся, либо рухнет в бездну, где её тело разобьётся вдребезги. Однако именно та, кто, казалось, вот-вот умрёт, выглядела совершенно спокойной, тогда как Ци Шидие покрывался холодным потом и с изумлением уставился на неё: — Ты… ты уже достигла такого уровня?! Я недооценил тебя, слишком рано решил, что ты слаба! Он знал, что в прошлый раз Шан Мо легко одолела Шань Чжантяня, не дав тому и шанса ответить, и понимал, что, несмотря на юный возраст, она уже великий мастер. Но он и представить не мог, что её уровень стал равен его собственному! Если бы он с самого начала не пренебрёг ею и применил всю мощь своего ци, то сейчас не оказался бы в такой ловушке. А так она воспользовалась его оплошностью, и её долгая, насыщенная ци энергия уже опутала его руку. Снаружи казалось, будто он душит её за горло, но на самом деле их ци уже вступили в тайное сражение. Шан Мо получила преимущество, и он не успел защититься. Теперь она полностью контролировала ситуацию, и он не смел шевельнуться — любое движение ци привело бы к столкновению двух могучих потоков и закончилось бы для него гибелью. Эта демоница прекрасно знала, что он не посмеет применять ци, и теперь с лёгкой усмешкой смотрела на него. Его рука будто окаменела, не слушалась, а Шан Мо стоило лишь слегка двинуть пальцами — и она могла оторвать его когти от своей шеи! — Хм! Твой уровень культивации действительно поразил старика, — процедил Ци Шидие, лицо его почернело от злости. — Если бы ты приложила все силы и сразилась со мной в открытую, исход боя остался бы неясен. Но если ты думаешь, что сможешь подавить все кланы и занять место Верховного Владыки, как это сделал когда-то клан Чу, то ошибаешься! Даже если ты станешь сильнейшей из сильнейших, тебе всё равно не одолеть нас всех вместе — меня и остальных глав кланов. Ты достигла предела человеческих возможностей. Чтобы вознестись к бессмертию, тебе придётся умереть и родиться заново в следующей жизни! Ци Шидие говорил это, надеясь вывести её из равновесия и заставить допустить ошибку. Ведь в такой позиции затягивать поединок было бы для него губительно, да и эта демоница, вероятно, припасла какие-нибудь странные яды или ловушки. Но Шан Мо удивила его: на лице её не появилось и тени тревоги или сомнения. Наоборот, когда он закончил, её глаза вдруг засияли таким ярким светом, что стало жутко! Его слова словно разрушили наконец ту преграду, которая давно мучила её разум. В голове вспыхнула озаряющая мысль, и весь мир перед ней внезапно стал ясен и просторен! Да! Её «Цзюэ Сюаньцзи» на восьмом уровне достигла вершины — предела человеческих возможностей. Чтобы войти в новую сферу, нужно сначала оказаться на краю гибели, а затем возродиться из праха. После этого путь к вершине станет гладким, и она достигнет абсолютного совершенства! Шан Мо была вне себя от восторга. Она схватила руку Ци Шидие и расхохоталась: — Дядюшка Ци, ваши слова пробудили меня ото сна! Благодарю вас, благодарю бесконечно! Её бессвязная речь озадачила Ци Шидие, и он нахмурился, ещё больше насторожившись: что за коварный план замышляет эта демоница? То, что произошло дальше, он не смог бы предугадать даже в самых диких мечтах. Шан Мо внезапно резко отозвала своё ци, сдерживавшее его руку. Ци Шидие почувствовал, как в ладони вновь родилась сила, и инстинктивно превратил когти в ударную ладонь, что есть силы обрушив её на грудь Шан Мо. В такой ситуации она точно не успела бы среагировать — и действительно, удар отбросил её назад. А позади неё был обрыв… Бездна! Шан Мо рухнула вниз, изо рта хлынула кровь, словно дождь. Её белая фигура, словно облачённая в туман, стремительно исчезла в глубинах пропасти… Ци Шидие стоял как вкопанный, не в силах осознать происшедшего. Кровь Шан Мо брызнула ему в лицо. Он провёл ладонью по щеке, увидел алый след и наконец пришёл в себя, громко расхохотавшись: — Ха-ха-ха! Всё кончено! Всё кончено! Шан Мо — ничтожество! В конце концов, она пала от моей руки! Ха-ха-ха! — Почему дядюшка Ци так радуется? — раздался мягкий голос. Юнь Цин и его люди как раз поднялись на эту вершину и увидели Ци Шидие, залитого кровью и смеющегося во всё горло. Оглядевшись, они не обнаружили Шан Мо — на обрыве был только он один. Юнь Цин неторопливо подошёл и спокойно произнёс: — Похоже, быть избранным главой клана — ещё не значит дожить до Собрания Дуцзуня. Ци Шидие взмахнул рукавом и презрительно фыркнул. Раз Шан Мо устранена, его главным соперником теперь стал глава клана Юнь — Юнь Цин. — Значит, дядюшка Ци устранил госпожу Шан? — прищурил глаза Юнь Цин, и в его взгляде мелькнул леденящий душу холод. Затем он громко рассмеялся: — Это плохо. Теперь у дядюшки Ци будет немало тех, кто потребует от него ответа за смерть госпожи Шан. Вот, например, они уже пришли. 076 Буйный лекарь Юнь Ян Падение в бездну — странное чувство. В тот миг не было страха перед смертью, лишь ощущение полного освобождения от всего мирского. «Великая река катит свои воды на восток, Волны уносят героев прошлого. Успех и поражение — лишь мираж, А горы остаются вечно, И снова и снова заходит солнце в багряном зареве!» Истинное просветление — это выход за пределы мирских забот и понимание их тщетности. Лишь осознав это, можно достичь полного прозрения! Шан Мо наконец поняла: пока она падала с небес в пропасть, все её сомнения разрешились сами собой. Именно поэтому такие мастера, как Ци Шидие, хоть и считались великими в этом мире, в её глазах были ничем. А вот её учитель, Сюаньцзи Лаожэнь, каждый раз, когда она его видела, казался ей существом, уже преодолевшим границы мира сего — от него веяло истинной божественностью. В этом и заключалась разница между учителем и такими, как Ци Шидие. Те были всего лишь великими мастерами своего времени — пределом человеческих возможностей. А учитель давно превзошёл все мирские рамки и вошёл в новую сферу бытия! Лишь обладая таким состоянием духа, можно довести «Цзюэ Сюаньцзи» до совершенства. Внезапно, вместе с озарением в голове, ци внутри Шан Мо прорвало все преграды. Её тело окуталось мягким белым сиянием, и она словно превратилась в небесное существо, сошедшее с небес, — свободное от мирских оков, озарённое мощным потоком ци. Мгновенно сила, способная потрясти весь материк Цзючжоу, пронзила небеса! Ци Шидие, Юнь Цин и все остальные почувствовали эту мощь и вздрогнули от нахлынувшего чувства опасности. — Это… — лицо Ци Шидие изменилось, и он стал серьёзным. — Чудо, которого не было шестьдесят лет! Эта сила… Шестьдесят лет назад подобное ощущение возникло, когда Сюаньцзи Лаожэнь прорвался в новую сферу и ушёл в отшельничество. Неужели… Появился второй мастер такого же уровня, как Сюаньцзи Лаожэнь! … А в это время… На роскошном ложе, среди аромата сандала, полулежал мужчина в алых одеждах, чья красота была столь ослепительна и зловеще-притягательна, что меркли даже самые прекрасные женщины мира. Его присутствие давило на окружающих. Служанка у его ног вдруг вздрогнула, и струна под её пальцами лопнула — музыка оборвалась. — Великий Злой Владыка, в мире появился новый мастер. Мин Цихань, до этого державший глаза закрытыми, резко открыл их. Его узкие глаза вспыхнули, и в глубине зрачков невозможно было скрыть волнение и изумление: — Эта духовная энергия… Он помолчал, потом его чувственные губы, изогнутые, как лепестки цветка, медленно растянулись в улыбке. Улыбка становилась всё шире, и в его низком, хрипловатом голосе прозвучала искренняя радость: — Дела становятся всё интереснее. Вся секта Демонических врат почувствует эту угрозу. Интересно, какое сейчас выражение лица у Владыки Ядов и Короля Демонов… Мо, это твоя заслуга, верно? … Пияошаочжуан. В тот самый миг, когда Шан Мо озарила вспышка света, за маской Мэн Линкуана наконец открылись глубокие глаза. В них вспыхнула несравненная мощь и величие. Его ци полностью восстановилось. Пять лет, проведённых в ледяном гробу, завершились — и в этот самый миг Мэн Линкуан тоже преодолел предел человеческих возможностей, вступив в новую сферу. Поднялся буйный ветер, его белые одежды развевались, а клинок «Шанъе» у пояса тихо завыл. Он стоял, величественный и неприступный, словно божество! Почти сразу вслед за первым потоком духовной энергии — с разницей менее чем в пять секунд — второй, не менее мощный, пронзил девять небес. Весь материк Цзючжоу содрогнулся, и сердца людей наполнились тревогой! … Вода в озере спала, и прозрачная гладь отражала вечерние краски; дымка окутывала горы, окрашивая их в лиловый оттенок. Волны колыхались, а вершины гор терялись в облаках. Шан Мо медленно пришла в себя. Она помнила, как, падая в пропасть, почувствовала, будто все каналы ци в теле внезапно раскрылись, и её окружило мощное духовное сияние. Затем вспышка света — и она потеряла сознание. Очнувшись, она обнаружила, что повисла на ветвях дерева. Её одежда была изорвана в нескольких местах, а щёка горела — видимо, при падении её сильно поцарапали ветки.