Глава 8 — Глава 8. Бесстыдство — второе счастье

Как оказалось, то, что девочка только что передала желтоволосому, действительно оказалось флешкой. На ней хранились логины и пароли от двух игровых аккаунтов в популярных онлайн-играх. «А-а… так это кража аккаунтов!» Чжао Юй втайне радовался, что не поспешил устроить задержание с поличным. Подумать только, бравый следователь отдела по расследованию тяжких преступлений ловит двух подростков, ворующих аккаунты. Да его же на смех поднимут! Впрочем, Чжао Юй был весьма удивлен. Неужели два игровых аккаунта стоят таких денег? По словам девочки, в конверте лежало ровно десять тысяч юаней — это же несколько его зарплат. — Дяденька, я правда в первый раз, мне не нужны эти грязные деньги! — всхлипывала девочка, размазывая по лицу сопли и слезы. — Отпустите меня, пожалуйста! Я больше никогда не буду! — Да ладно тебе… — раздраженно бросил Чжао Юй. — Вы при сделке ни словом не обмолвились, все сделали четко и слаженно. И ты смеешь говорить, что это в первый раз? — Я… — девочка не нашлась что ответить. — Скажи-ка мне, если вы воруете аккаунты, зачем рассчитываться наличными? Почему просто не перевести деньги онлайн? — с любопытством поинтересовался Чжао Юй. — Дяденька… — честно ответила девочка, — у меня еще нет удостоверения личности, я не могу открыть счет. К тому же, при онлайн-переводах остаются следы! — Ого! — удивился Чжао Юй. — А ты, оказывается, не промах! На что тратишь деньги с украденных аккаунтов? Наверное, на игровое снаряжение? — Нет! Нет! — Возможно, девочка увидела какой-то шанс. Она перестала плакать и начала серьезно объяснять: — Деньги нужны мне на лечение мамы. У нее уремия! — Хм! — фыркнул Чжао Юй, разумеется, не поверив в такую детскую ложь. — Правда! — на полном серьезе заверила девочка. — Один сеанс диализа стоит несколько тысяч. Папиных денег от продажи фруктов совсем не хватает! Он так переживает, что уже подумывает сдать в аренду комнату наверху! — Погоди! — Чжао Юй внезапно замер. Он внимательно всмотрелся в лицо девочки, и оно показалось ему знакомым. — Скажи честно, как тебя зовут? И как зовут твоего отца? Соврешь еще раз — и я тебя прямиком в полицию отведу! — Я не вру, меня зовут Цзян Сяоцин, — ответила девочка. — А папу — Цзян Дафэн. Фруктовая лавка братца Дафэна на улице Шуньфэн — это наша… Вот же ж… Твою ж… Черт возьми… Голова Чжао Юя мгновенно заполнилась этими восклицаниями. Второе невероятное совпадение за день! Только что он разругался с хозяином фруктовой лавки, а теперь поймал за руку его дочь-преступницу. Такое стечение обстоятельств было поистине уникальным! На этот раз Чжао Юй больше не сомневался в могуществе системы «Фортуна». Это определенно было ее рук дело. — Дяденька полицейский, дяденька? — увидев, что Чжао Юй застыл, девочка не осмелилась убежать. Она просто смирно стояла перед ним и робко спросила: — Ну как, вы можете меня отпустить? Те деньги… то есть… грязные деньги… мне не нужны! — А! — Чжао Юй наконец очнулся. Он взглянул на конверт в руке, и в голове у него тут же созрел план. Он быстро протянул конверт Цзян Сяоцин. — Как это «не нужны»? Вот… держи! Ну, раз уж мы свои люди, то все становится проще! — А… вы… — теперь настала очередь удивляться девочке. — Вы знаете моего папу? — М-м… дело такое! — Чжао Юй закатил глаза и соврал: — Я, видишь ли, только что снял комнату в вашем доме! И я теперь в курсе вашей ситуации. Раз уж это ради спасения мамы, то замнем это дело! Можешь… продолжать в том же духе! — Правда или шутите? — девочка застыла на месте, чувствуя, как ее мир рушится. — Вы… вы же не шутите? — Разве я похож на шутника? — Чжао Юй расплылся в улыбке, превратившись в эталонного «плохого дяденьку». — Хе-хе-хе… Сказать по правде, тут будет все схвачено. Если что случится, я тебя прикрою! — Только вот… — он указал на конверт в руках девочки. — Ты же понимаешь? — О! — Девочка оказалась на удивление сообразительной. — Я поняла, вам нужна плата за «крышу»! — Эй! — Чжао Юй поспешно зажал ей рот. — Какая еще «крыша»? Звучит некрасиво. Этот проект мы разрабатываем вместе. Ты — технический специалист, а я — партнер. Мы оба участвуем в работе, так что, естественно, должны и оба получать дивиденды. — Дяденька… кажется… — робко возразила девочка, — но клиентов то я нахожу… — Это… — лоб Чжао Юя покрылся испариной. — Ничего страшного, я все равно все понимаю! — невозмутимо произнесла Цзян Сяоцин. — То, что вы меня не арестовали, уже хорошо! Так… сколько… вы возьмете? — По понятиям — тридцать на семьдесят, — со знанием дела ответил Чжао Юй. — Но, учитывая, что я так хорошо знаком с твоим папашей, уступлю тебе десять процентов. Сорок на шестьдесят, как тебе? — А? Так не пойдет! — удрученно сказала девочка. — Моей маме правда нужны деньги, этого даже не хватит! «Кому ты лапшу на уши вешаешь!» — мысленно усмехнулся Чжао Юй. Старая песня про больную уремией мамку давно устарела. Просто хочешь побольше денег на игры, вот и все. Однако разоблачать ее в лицо он не стал. Сделав сочувственное лицо, он сказал: — Тогда пятьдесят на пятьдесят, и это мое последнее слово! В крайнем случае, поработаешь на один раз в месяц больше! Пора бы этим мажорам, погрязшим в играх, очнуться! Спускают родительские деньги на игры и шмотки, вот и пусть теряют аккаунты, может, призадумаются! Подстрекая девочку к дальнейшим преступлениям, Чжао Юй говорил с таким праведным негодованием и такой убежденностью, что его бесстыдство достигло божественного уровня. Цзян Сяоцин была всего лишь неопытным ребенком, куда ей было тягаться с Чжао Юем. В конце концов, ей пришлось уступить… *** Двадцать минут спустя Чжао Юй, держа в руках пять тысяч юаней «дивидендов» от Цзян Сяоцин, вернулся в фруктовую лавку братца Дафэна, чтобы на эти деньги снять жилье. Кто бы мог подумать, что после его ухода появятся другие желающие посмотреть комнату. Двое молодых людей тоже присмотрели это место, и к моменту прихода Чжао Юя они уже вносили залог. Пухлый Цзян Дафэн с улыбкой пересчитывал деньги. — А ну стоять! Чжао Юй с ревом подскочил к ним, напугав всех до смерти. — Что… что здесь происходит? — Цзян Дафэн поднял голову и увидел Чжао Юя. Не дав ему опомниться, Чжао Юй обрушился на него с бранью: — Ах ты, жирдяй бесчестный! Мы же договорились, что сниму я! Я, блин, деньги принес, а ты уже другим сдаешь! Жить надоело, да?! Свирепый вид Чжао Юя так напугал двух парней, что они и слова вставить не посмели. — Н-нет… — Цзян Дафэн тоже растерялся. — Ты же… у тебя же не было… — Не было у твоей бабушки… (здесь опустим сорок восемь нецензурных выражений)… — матерился, Чжао Юй схватил стебель сахарного тростника. — Веришь, нет… я тебе сейчас всю лавку разнесу? — Затем он ткнул тростником в сторону парней. — А вам говорю, кто захочет снять эту комнату, хорошенько подумайте! Я вам житья не дам, каждый день будут проблемы! Как бы вас однажды по голове не стукнули в темном переулке… — Ты… — Цзян Дафэн ошалел от гнева и закричал: — Еще слово, и я полицию вызову! — Полицию? — усмехнулся Чжао Юй. — Я и сам не против! Для начала проверим твою лавочку. Тут поступила жалоба, что вы торгуете просроченными фруктами… Чжао Юй не успел договорить, как двое парней, схватив деньги, в миг испарились. А Цзян Дафэн, сложив руки в умоляющем жесте, затараторил: — Ладно, ладно! Дружище… сдаюсь! Сдаюсь! Снимай ты, хорошо? — Он безнадежно вздохнул. — Эх, бесстыдство — и вправду второе счастье!