Примерно через полчаса в Больничное крыло заявился Дамблдор.
— Поппи, мне надо поговорить с мистером Адамсом, — донёсся из-за ширмы голос директора. — Как он?
— Мальчика опоили каким-то зельем, влияющим на сознание, небольшие вывихи. Завтра он уже будет в полном порядке, — отчиталась целительница. — Альбус, только не долго, детям нужен покой.
— Конечно, — согласился директор и зашёл за ширму. — Здравствуй, мой мальчик, — произнёс он, глядя на меня добрыми глазами.
В голове слегка зазвенела окклюментная сигналка, сообщая об использовании легилименции. В таком состоянии легилимент может понять, говорит человек правду или врёт, а если повезёт, то считать поверхностные образы.
— Спасибо, директор. Если честно, то не очень… Обидно, что так вышло.
— Ты не знаешь, кто мог так с тобой поступить? — добрым голосом спросил Дамблдор.
— К сожалению, нет.
— Может быть, у тебя имеются какие-то подозрения? — продолжил спрашивать он.
— Даже не представляю, кто бы это мог быть. Я со всеми старался поддерживать хорошие отношения. Что теперь будет? Меня накажут?
— Ну что ты, — директор ободряюще улыбнулся. — Мы же выяснили, что ты стал жертвой чей-то шутки, поэтому снятые баллы и взыскания будут отменены. Выздоравливай, мой мальчик.
На этом разговор закончился и Дамблдор покинул Больничное крыло.
Всем пациентам мадам Помфри выдала снотворное зелье. Хорошо, что мантия осталась при мне, поэтому достать пустой флакон и перелить в него зелье не составило труда, как и притвориться человеком, который сильно хочет спать.
Вскоре целительница вернулась, чтобы забрать пустой флакон и с подозрением осмотрела всё вокруг, видимо ища признаки вылитого зелья. Не найдя таких, она удовлетворилась и ушла в свою комнату, которая расположена прямо за дверью больничной палаты.
После того, как Помфри скрылась за дверью, я выждал немного времени и достал Хроноворот, надел его на шею, встал с кровати, нашёл свою обувь и повернул артефакт на два оборота.
Сразу всё изменилось, больше не доносилось сопения Крэбба с Гойлом.
— Неви-отнюх-незвук-леви.
Активирую заклинание скрыта и стремительно покидаю пределы Больничного крыла.
Найдя пустующий заброшенный класс, я зашёл внутрь. В это время все студенты должны торчать на улице в ожидании иностранных делегаций и у меня не так много времени, чтобы придумать план действий.
Достаю из кармана Оборотное зелье и набор волос. Разглядывая волосы, я стал размышлять, в кого превратиться, как в голове, словно набатом стукнула мысль… Чёрт подери, я вспомнил, где видел мальчика-пажа из французской делегации! Это был один из пацанов, случайно встреченный на кастинге в киностудии. Я тогда увидел у него на футболке выпавший волос и подумал, что неплохо разнообразить коллекцию для Оборотного зелья, после чего на всякий случай снял этот волос.
Значит, мальчик-паж вовсе не был таковым, ведь не мог обычный человек попасть в Хогвартс. Это был я под Оборотным зельем! Надо отыграть всё, как по нотам, чтобы не произошёл хроноапокалипсис.
Дальше не было времени думать, я разделся, кинул волос в зелье и опустошил флакон. После этого достал свою обычную одежду и принялся её трансфигурировать в костюм пажа, который видел на парне.
Хроноворот отправился в расширенный карман мантии, а чтобы убрать саму мантию, пришлось в быстром темпе зачаровать на расширение один из карманов. Поскольку делал всё в спешке, то забыл, что одежда трансфигурированная, а это значит, что пространственный карман продержится до того момента, как закончится вложенная в трансфигурацию магия.
Очень хотелось вмешаться и предотвратить весь этот балаган, но я припомнил все страшилки фантастов про нарушенный ход времени и решил действовать максимально осторожно.
Одевшись в костюм мальчика-пажа и на всякий случай, надев амулет отвода глаз, я поспешил на улицу. А отвод глаз… Так ведь хороший слуга должен быть незаметным.
Перед входом в Большой зал вновь наложил на себя заклинание скрыта и быстро выскользнул на улицу. Я как раз успел к моменту, когда карета стала заходить на посадку, поэтому поспешил миновать толпу студентов с преподавателями и занял предположительное место с обратной стороны кареты.
Как только карета приземлилась, я отменил невидимость, обошёл её сзади и стал действовать с таким видом, чтобы француженки подумали, будто я приставленный Хогвартсом служка, а в Хогвартсе подумали, что я из делегации Шармбатона, но вышел с другой стороны кареты.
Открываю дверцу, с подобострастным видом подаю ручку каждой девице… Я жутко переживал, что ничего не получится, но нет, француженки восприняли подобное как должное, лишь дрожали от холода и с удивлением рассматривали студентов Хогвартса, с ужасом поглядывали на замок. Кажется, до них дошло, что такое огромное каменное строение не может быть тёплым.
Я пристроился с края к делегации французов, с видом, будто так и надо, поскольку никто из персонала Хогвартса и глазом не повёл на подобное поведение, то и ученицы Шармбатона решили, что так положено, да они больше думали о другом — как поскорее попасть в тепло.
Всё происходило, как и в прошлый раз, только теперь я был по другую сторону и видел себя же, стоящего напротив в толпе Пуффендуйцев.
Француженок запустили в замок, я последовал за ними. Внутри девушки вначале замерли, не зная, куда идти дальше, но я сделал приглашающий жест, словно вышколенный дворецкий, и повёл их за собой к столу Райвенкло, после чего молча показал рукой скамьи. Сам же занял выгодное место рядом со студентками Шармбатона, но так, чтобы видеть отсюда место, на котором сидел во время ужина в прошлом-будущем.
— Мерси, гарсон, — сказала мне девушка с шарфом на голове.
— Силь ву пле, — ответил я одной из немногих фраз, что знаю из французского языка. Надеюсь, что сказал «пожалуйста», а не послал на три буквы. — Нихт франце.
Девушка слегка усмехнулась и мой окклюментный щит громко зазвенел.
Вот дури-то в девке… В смысле, ментальной силы. А ведь она не легилименцией приложила, а как-то на меня воздействовала или точнее, попыталась. Покопавшись в себе, понял, что после этого у меня появилась сильная симпатия к девушке, она стала казаться привлекательной и желанной, поэтому пришлось напрячься и убедить себя, что это не мои чувства, что они наведённые.
Пока приводил сознание в порядок, в зал повалила толпа голодных студентов. Я тут же сконцентрировал всё внимание на себе из прошлого и на своём окружении.
Вот, я сажусь за стол на то же самое место, что и в прошлый раз. В этот момент к своим столам идут Гриффиндорцы. Один из близнецов Уизли якобы случайно остановился у моего стола и с его пальцев что-то капнуло в мою тарелку, а так как все были увлечены приезжими студентами и всё ещё шли к своим столам, то этого никто не заметил. В это же время второй близнец встал чуть раньше и, стараясь быть незаметным, делал пассы волшебной палочкой, завершив которые, направил свою долбанную деревяшку на мою руку, что-то произнеся, но в нынешнем шуме ничего не было слышно.
Ах вы, рыжие твари! Я же знал, что если случилась беда, ищи рыжего и найдёшь виновника! Это они что, за самогонку на мне решили отыграться? Сами сварганили палёнушку, траванули народ, получили за это соответствующую реакцию от обиженных клиентов, а отыграться решили на мне? Ну, я устрою вам Кузькину мать, отравители хреновы…
А подставили меня рыжие капитально, теперь от Малфоев можно ожидать серьёзных наездов. Белобрысые могут и прибить. Теперь, познакомившись с миром магии ближе, я сомневаюсь, что старший Малфой был под Империо, наверняка добровольно стал Пожирателем смерти и отмазался, а как известно, бандитов бывших не бывает, они просто переодеваются в овечьи шкуры, но продолжают оставаться волками. Я не чистокровный, так что всякое может случиться.
Дождавшись окончания первой речи директора, я решил уйти по-английски, то есть не прощаясь. Увлечённые едой подростки и делами взрослые, не обратили внимания на пажа «из французской делегации», который покинул Большой зал, а амулет отвода глаз поспособствовал усилению маскировки.
Я успел заскочить в один из пустующих классов до того, как кончилось действие Оборотного зелья. Дезактивировал заклятье Незримого расширения, вернул одежду в нормальное состояние, переоделся в мантию и стал выжидать положенное время.
Пробраться в больничное крыло под невидимостью и быстро занять прежнюю кровать, которая даже не особо остыла за время моего отсутствия, оказалось простейшей задачей. Только видимо, у Помфри установлены на входе какие-то чары, реагирующие на входящих, поскольку она почти сразу вышла из своей комнаты и стала проверять пациентов. Мне пришлось притвориться спящим и это сработало…
Из-за перенапряжения я не мог уснуть и думал, что делать. Но вскоре усталость взяла свое, и сон сморил меня.
Проснулся я резко от сильной потребности организма справить нужду, а нужду в больничной палате приходится справлять как в средневековье, то есть в ночную вазу, стоящую под кушеткой.
Сделав свои дела, я решил узнать, сколько времени. Оказалось четыре часа утра, волчий час, то самое время, когда у человека период самого крепкого сна. Именно в это время воры предпочитают залезать на базы с товарами, поскольку в основном тогда же сторожа не выдерживают и засыпают.
Тут зародилась глупая идея, но другой попросту не было. А вдруг сработает? Пусть вся школа видела и знает, но… Что мне та школа? Прочие студенты, кроме близнецов Уизли, на меня зуб не точат, а Малфой, Крэбб и Гойл, вот они, злые и под боком.
Обновлено: 14.01.2026