Глава 9 — глава 9

На следующее утро Лима дала Максу личное время, чтобы самостоятельно позавтракать и побриться. Только потом ведьма вошла в его спальню. Вчера вечером они долго провели у моря. Оба молчали. Макс был серьёзен и было видно, что он усиленно о чём-то думает, размышляет, делает выводы… Потом Лима отвезла его домой, и при помощи Геннадия переложила в кровать, и ушла, так и не сказав ни слова, дав ему возможность прочувствовать эмоции в одиночестве, что обрушились на него после общения с морем. А то, что общение получилось, Лима не сомневалась. Она повлияла на это. Обычному человеку такая щедрость была бы недоступна от такой мощной стихии, но к ведающим оно бывает порой благосклонно. Вчера как раз у моря было хорошее настроение и всё получилось. И вот теперь она остановилась на пороге его спальни, не зная, что её ожидает на этот раз. Но, увидев Лиму, Максимилиан не запустил в неё чайной чашкой, а аккуратно поставил посуду на столик возле кровати и вежливо поздоровался: - Доброе утро, Лима. - Доброе утро, — ответила она. — Ты хорошо спал? - Часа в четыре были судороги в ногах. - Тебе следовало меня позвать. – Она указала на специальную кнопку вызова, что находилась рядом с его рукой. Он небрежно пожал плечами: - Я воспользовался трапецией, чтобы переменить положение тела. Всё обошлось. - Было сильно больно? – она подошла к мужчине и смахнула ладошкой крошки от печенья с его груди. Вербицкий проследил за её рукой. - Очень напоминало разрыв мышц, - ответил он тихо. - Судороги случились в икрах? – поинтересовалась она деловито, укатывая в сторону столик с посудой и доставая с полочек свои целебные мази. - Они были в задней части бедра. Лима кивнула. - Ты теперь видишь прогресс, Макс. Еще буквально неделя и ты начнёшь делать первые шаги. После короткого молчания Вербицкий поднял на неё глаза и сказал: - Почему ты раньше не дала мне хорошего пинка? - Это когда у тебя весь зад в пролежнях? Ты точно считаешь меня монстром. Лима откинула простыню и принялась втирать свою мазь, добавляя к ней магическую силу. Сильные руки ведьмы разминали мышцы и суставы. Макс следил за её уверенными движениями. Вдруг, уголки его чувственного рта изогнулись в подобие улыбки, но глаза оставались серьёзными. - Я вёл себя как настоящая свинья. Прости… Лима взглянула на него строго и ответила: - Так и есть. И ты не дождешься от меня возражений. - Откуда ты узнала о том месте? Море… вчера что-то случилось, Лима. Я думал, долго думал и размышлял, что возможно я схожу с ума? Но нет. Я в трезвом уме… Лима молчала, давая ему возможность собраться с силами и выговориться. - Я слышал его голос… голос моря. Также хорошо услышал, как тебя или кого-то ещё… Объясни мне, как такое возможно? Лима перешла на другую сторону кровати, занялась второй ногой. Она посмотрела на мужчину и сказала: - А разве это имеет значение, как это произошло? Главное, что тебе сказали, Макс. - Оно сказало… Чёрт! Я чувствую себя идиотом. – Он посмотрел на неё, ожидая увидеть усмешку, насмешку или признание его действительно идиотом, но нет, Лима была абсолютно серьёзной и внимательно смотрела на Макса. Он сглотнул и нервно сжав простынь, продолжил: - Море сказало, что я потерял себя, забыл, кто я… - Оно сказало, что помнит каждого, кто хоть раз заходил в его воды и неважно, в каком месте это случилось. Я всю ночь слышал и слушал морской шёпот волн. Я слушал и вдруг ощутил мягкое покачивание, словно на волнах, и ещё почувствовал солёный запах… - И ещё сказало, чтобы я смело доверял тебе во всём, потому что ты – ведающая. Что это значит? Лима щёлкнула его легонько по носу. - То и значит, Макс. Стихия привела твои мысли в нормальное состояние и уничтожила все сомнения, что тебя одолевали, так ведь? - Да, - ответил он. - А это значит, что ты полон сил, энергии и твоё выздоровление произойдёт быстрее. Ведь самое главное, ты начал верить мне и в свои силы. - Я владею этим домом многие годы, но я даже не подозревал о существовании того места, куда ты меня привела вчера, — заметил Максимилиан. - Такие места не каждому взору открываются, - сказала Лима. – Знаешь, за то, что сегодня ведёшь себя так хорошо и примерно - я прощаю тебе то, что ты вёл себя как настоящая свинья. И потом, если бы ты сегодня вёл себя иначе, я решила бы, что с твоей головой не всё в порядке. - Лима, я боялся, что, даже встав на ноги, я никогда больше смогу переспать с женщиной. - Эх, вы… мужчины, — рассмеялась Лима. Макс фыркнул, но тут же посерьёзнел. - Но я ведь смогу? У меня всё будет работать? Лима облокотилась руками о кровать и наклонилась над лицом мужчины, внимательно смотря в его глаза. - Я тебе сказала, что после моего лечения, ты будешь полностью здоров. Говоря полностью, я имею в виду не только ноги, но и его самого. Она ткнула пальцев в нужном направлении и Макс широко ей улыбнулся. - Это очень радует. Теперь они засмеялись вместе, и оба с удивлением поняли, что за этим разговором совсем неплохо провели время. - Ладно. Пока тебе не об этом надо думать. Сейчас ты должен думать о том, как сам пересядешь с кровати в инвалидное кресло. - Это невозможно. — Максимилиан обречённо покачал головой. — Я никогда не смогу этого сделать. - Разумеется, сможешь. Лима постаралась придать себе серьёзный вид. - Так, Макс. Сейчас я превращусь в сурового и беспощадного надсмотрщика. — Макс заворчал. — Давай садись как только можешь прямо. - Даже в коляске я не смогу никуда поехать. - Сможешь. Гена сейчас находится внизу с плотниками и аквариумщиками. Тебе установят в комнате сегодня чудесный аквариум и не с псевдоморем, а настоящий морской. Понимаешь, о чём я? Она заговорщицки подвигала бровями, отчего Макс снова рассмеялся. - И ещё, плотники сделают настилы на все пороги в доме, во всех комнатах, и ты сможешь ездить по всему дому и во двор. - Ну, ты даёшь! И когда всё успела организовать? - присвистнул Вербицкий. - Организует всё твой друг, Геннадий, я лишь даю ему задания, - улыбнулась Лима. – Так ты этого хочешь или нет? Она стояла перед ним, уперев руки в бока, лиф сарафана натянулся на высокой груди. Макс незамедлительно оценил её внешний вид: - Мне нравится, когда ты вот так скандалишь. - Это еще что! Тебе следовало бы посмотреть на меня, когда я по-настоящему разогреюсь. Его глаза широко распахнулись от удивления, потом он прикрыл веки и мечтательно произнёс: - Я не против познать твой огонь. - Я в этом просто уверена, — пропела Лима, улыбаясь ему многообещающей улыбкой, которую она быстро погасила. — Но только не сегодня. - Тогда тебе следует быть поосторожнее. - Поосторожнее? - Я вижу очертания твоих сосков. У Лимы перехватило дыхание, но она постаралась не подать виду, что он её будоражит такими откровенными разговорами. - Это поможет тебе выбраться из постели? – спросила она томным голосом и провела рукой по груди. - Возможно. Давай попробуем. – Произнёс вмиг охрипшим голосом Макс. Он протянул руку к вырезу её платья, но Лима отвела его руку в сторону: - Сегодня, Максимилиан, это в программе не значится. Не время ещё, совсем не время. Мужчина наигранно печально вздохнул, но глаза выдали его – в них бушевала страсть и вожделение. Лима почувствовала, что сама начинает гореть. - Может, уже займёмся делом? — немного сердито поинтересовалась она. Он пожал плечами. - Давай, начнём. - Как твои руки и бицепсы? Он недоумённо приподнял бровь. - Всё прекрасно с ними… А что? Лима коварно улыбнулась. - Сейчас и проверим, сколько в них силы. Тебе придётся опираться на руки, чтобы приподнять всё своё тело и перенести его в кресло. Макс серьёзно кивнул: - Понял. Начинаем? - Подожди Макс. — Лима со смехом взяла его за плечи и силой опустила на подушки. — Есть специальная техника. Он фыркнул. - Так чего ты ждёшь? Показывай! — произнёс Вербицкий тем самым повелительным и властным тоном, от которого резвее начинал бегать любой персонал, выполняя работу, а слабонервные помощницы разражались водопадом горьких слёз. Лима фыркнула и показала ему язык, и принялась инструктировать. Потребовалось почти полчаса, чтобы пересадить Макса с кровати в кресло. Они оба устали, взмокли, а Макс ещё и тяжело дышал. - Я не уверен, что это стоит таких усилий, — он поднял на Лиму глаза. Прядь тёмных волос упала ему на взмокший лоб. Машинально Лима протянула руку и убрала её. - Будет толк, Макс, тем более это ненадолго. Скоро ты и на ноги встанешь. А сейчас был всего лишь первый раз. Вспомни, как ты впервые вставал на горные лыжи или на доску для сёрфинга. Уверена, что тогда ты тоже говорил: «Не уверен, что это стоит таких усилий». Макс согласно кивнул: - На второй день я уже легко спускался с гор. А в сёрфинге, после первой же тренировки поймал волну. Но скажу тебе Лима по правде, что жаркий секс оказался единственным видом спорта, где я сразу понял, что дело того стоит. - Ты весьма спортивный мужчина, я это сразу заметила. И неужели, секс всегда был для тебя только спортом? Он посмотрел на неё удивлённо: - Разумеется. Разве для тебя это не так? - Абсолютно не так. — Их взгляды встретились. И прошло немало времени, прежде чем Лима прервала молчание: - Ну-у… Раз ты уже в кресле, не отправиться ли нам на прогулку? - Я не против и даже «за». — Он вальяжно откинулся на спинку сиденья. И так как Лима не сделала ни единого движения, чтобы сдвинуть кресло с места, Вербицкий выжидательно поднял на неё глаза: - В чём дело, Лима? Она сузила гневно глаза. - Если ты решил, что я буду тебя возить, то ты, Макс серьёзно ошибся. - За три штуки зелёных в день ты должна бы тут летать, и всячески меня ублажать, если я того захочу! – вдруг вспылил он. - Ха! То есть, ты проверил сумму моего гонорара, что перечислил Геннадий? - Естественно, - раздражённо бросил он. Она нахмурилась и сурово посмотрела на него: - Я не простой человек, Макс и не одна из твоих служащих, которые спят и видят, как бы только ублажить требовательного и сурового босса. — Она упрямо сложила руки на груди. - Я возвращаю тебе здоровье, Макс. Здоровье, которое тебе не смогли вернуть никакие врачи и даже за большие деньги. И сейчас не ты, а я босс. Уяснил? Когда стало ясно, что Лима его не повезёт, Максимилиан натурально прорычал: - Тогда, мать твою, бери и показывай, как работает и двигается это чёртово кресло! Лима возвела горе очи. - Снова маму вспомнил… - и подойдя к нему, начала показывать принцип работы кресла. * * * Лима и Макс вышли из дома. Точнее, Лима вышла, а Макс выехал на своём кресле. Геннадий был рад видеть друга и наблюдать положительную динамику лечения. Не зря он обратился к этой Олимпиаде Миленькой. Как же он был сейчас рад, что есть такая на свете женщина, сумевшая повлиять на Макса и более того, начала возвращать ему здоровье! - Куда направляемся? – с энтузиазмом спросил Макс, после того, как перебросился парой слов с Геной. - В джунгли, - улыбнулась Лима, надевая рюкзак. Макс в неверии посмотрел на эту безумную женщину. Лима тем временем, мысленно обратилась к своему фамилияру: «Фома, ты где? Я уже готова! Ты же хотел насобирать редких лягушек!» «Иду-у-у! Бегу-у-у! Я никак не мо-уг найти свою кепку… Нашё-ул! Без меня не уходи!» - Ты же не серьёзно? Ты же пошутила? – спросил её Макс. - Я всегда говорю серьёзно. А в чём проблема? – спросила она недоумённо. - В чём проблема? – хохотнул он. – Да ты рехнулась! В джунгли даже местные аборигены стараются лишний раз не ходить! Там же любая растительность и живность либо ядовитая, либо смертельно ядовитая! Ты что решила меня убить? Лима расхохоталась и похлопала Макса по плечу и пояснила: - Макс, со мной тебе не грозит опасность, уж поверь. Никто тебя не отравит – ни растение, ни букашка, ни кто-то другой… Вербицкий набрал в грудь воздуха, чтобы высказать этой сумасшедшей, что он думает о её глупой идее и что он никуда не поедет, но в этот момент выбежал радостный Фома. На спинке у него был рюкзачок, на мохнатой голове кепка, с прорезями для ушек. И были ещё надеты джинсовые штанишки, тоже с прорезью для пушистого кошачьего хвоста. Макс, увидев её кота, сморщился, будто съел недозревший лимон. - Лима, только не говори, что ты берёшь на прогулку своё чудовище! Фома вздыбил в недовольстве усы и гневно махнул хвостом. - Ты угадал, - сказала Лима с улыбкой. – Фома идёт с нами. И не смей называть его чудовищем. - Он же потеряется в джунглях, - Макс стукнул руками по колёсам кресла. - Ты переживаешь за моего кота? – удивилась Лима. Фома тоже заинтересованно посмотрел на Максимилиана. Тот только фыркнул. - Ещё чего. Просто если твой кошак потеряется, ты не сможешь нормально меня и дальше лечить! Я знаю, как вы женщины катаете истерики из-за своих пушистых тварюшек. Я требую, чтобы твоё животное осталось в доме! Если ты сейчас же меня не послушаешь, я выкину это недоразумение из своего дома! Лима сжала руки в кулаки, магия заискрилась в её зелёных глазах. - Да как ты смеешь… - прошипела она, рассерженной кошкой. Фома, разозлённый оскорблениями, надулся, отчего стал похож на пушистый шарик и, не выдержав, рявкнул: - Са-ум ты недоразумение! Избало-уванный, нево-успитанный, грубый и ужа-усный, преужа-усный челове-учишка!!! Лима зло глянула на своего фамилияра и перевела взгляд на Макса. Объяснять мужчине сейчас что-либо бессмысленно, придётся стереть ему из памяти этот фрагмент. Макс выпучил глаза, открыл в беззвучном крике рот и сдавленно произнёс, тыкая пальцами обеих рук в Фому: - Говорящий кот!!! Говорящий кот!!! А-а-а-а-а!!! - Идио-ут, - фыркнул в усы Фома. Макс икнул и потерял сознание. Его голова упала на грудь, а руки безвольными плетьми опустились вдоль кресла. Как же хорошо, что в этот момент никого рядом не было! - Фома! – шёпотом рявкнула на него Лима. – Вот, что же ты наделал? Мне же ему придётся память стирать, а это ты знаешь, сколько сил требует! «О-ун сам винова-ут! Мя-а-у-о-а-у!» - мысленно прокричал Фома, чувствуя за собой вину и одновременно обиду на свою ведьму. Лима почувствовала его эмоции и послала фамилияру волну нежности. - Ладно, не обижайся. Просто больше так не делай. Ты же знаешь, какие люди нервные… И я бы не дала тебя в обиду, ты же знаешь, Фома. «Знаю-ю-у… но не сдержа-улся… Он вообще-у странный. Са-ум говорит, что же-унщины переживают за своих пито-умцев и тут же гро-узится меня-у выбросить…» Лима вздохнула. Она проверила состояние Макса. Глубокий обморок. Перехватила поудобнее ручки кресла и направилась вместе с Фомой и спящим мужчиной в джунгли. Как только они оказались далеко от дома и лишних глаз, Лима применила заклинание, которое позволяет удалять из памяти ненужные и неудобные моменты жизни… - Странно, - произнесла Лима. Она делает очередной пасс рукой, насылая магию и заклинание на Макса, но оно рассеивалось. - Фома, - обратилась она к фамилияру. Кот деловито обнюхал Макса, запрыгнул к нему на колени и приподнял лапкой его веко. Потом посмотрел озадаченно на Лиму. - У на-ус про-ублемы… - вынес вердикт Фома. – Ты не мо-ужешь стереть ему память о себе и обо всё-ум, что касается тебя-у… Лима в ужасе посмотрела на Макса. - Он влюбился! - одновременно простонали Лима и Фома