«…!»
Сухо застыл на месте.
От аромата, исходившего от кожи женщины, у него закружилась голова. Ощущение мягкой кожи было еще более возбуждающим.
Это чувство, которого он никогда прежде не испытывал, стало для него настоящим потрясением.
«Сердце… дрогнуло».
Он, чьи глаза не дрогнули даже в битвах с сотнями призраков, почувствовал трепет сердца от простого прикосновения к женскому телу!
Сынри была удивлена не меньше.
То ли из-за его чрезмерной силы, но, несмотря на легкое движение, ее беспомощно потянуло к нему.
Поспешно отстранившись, она от волнения начала заикаться:
— П-простите. Вы не ушиблись? Мы довольно сильно столкнулись.
«Для нее эти объятия — просто столкновение».
Хотя Сухо не подал виду, он тоже был в замешательстве, и его губы слегка дрогнули.
Кажется, он начал понимать. То, что вчера сказал Чжунмо.
Он подумал, что мужчина действительно может потерять голову от мягких прикосновений женщины и ее дурманящего аромата.
Потому что даже он, Жнец смерти, на мгновение ощутил нечто подобное.
Но это было лишь чувство, вызванное тем, что он жил в человеческом обличье.
Как мог Жнец смерти испытывать низменные человеческие эмоции!
Даже если это было мимолетное чувство, его гордость была задета, и он холодно взглянул на Сынри.
— Будь осторожна.
От его ледяного выражения лица и тона Сынри лишилась дара речи.
Она извинилась первой, потому что не хотела спорить о том, кто прав, а кто виноват. А он говорит ей быть осторожной?
Этот мужчина превратил привычку перекладывать вину на другого в образ жизни.
«Не потому кучу обходят, что боятся, а потому что пачкаться не хотят».
Усмехнувшись с этими мыслями, она решительно отвернулась.
— Принесите два мешка муки и один мешок сахара.
Как только Сынри потянулась к коробке с остальными ингредиентами, рука Сухо оказалась быстрее. Подняв коробку вместо нее, он молча вышел из кладовой.
Лицо Сынри недовольно исказилось. Даже когда хотелось отнестись к нему по-доброму, этот мужчина вел себя несносно.
— И как мне перевоспитать его разум?
*
Полицейские проверили записи с камер видеонаблюдения в закусочной на Тондэмуне и установили личность подозреваемого.
Подозреваемый имел четыре судимости, в том числе за вооруженное ограбление, и вышел из тюрьмы всего три месяца назад.
Этот бессовестный тип совершил новое преступление, не пробыв на свободе и полугода.
— Идет, — быстро прошептал Чжунмо, сидевший в засаде возле дома подозреваемого. Перед тем как выйти из машины, детектив Чхве медленно произнес:
— У него наверняка есть оружие. Будь осторожен.
Все они были мастерами в поимке опасных преступников, но каждый раз избежать нервного напряжения было невозможно.
Выйдя из машины, Чжунмо и детектив Чхве обменялись взглядами с коллегами, ожидавшими в другой машине на противоположной стороне.
Однако преступник что-то заподозрил и внезапно резко повернул назад!
— Ах ты, гад!
Выругавшись, Чжунмо бросился в погоню.
Как только он побежал, двое коллег из машины прикрытия тоже поспешно выскочили наружу.
Вжик!
Опередив товарищей, Чжунмо на полной скорости преследовал преступника.
Подозреваемый, видимо, был привычен к подобным ситуациям, и не было похоже, что его удастся легко поймать.
Он слишком хорошо знал местность и ловко петлял по переулкам, пытаясь оторваться от преследования.
— Рассредоточимся.
Им ничего не оставалось, кроме как разделиться и искать его по отдельности.
Сколько он прочесывал эти закоулки? Чжунмо, раздосадованный тем, что упустил его прямо из-под носа, остановился перед лестницей.
Он посмотрел сверху вниз. Какая-то девушка медленно поднималась по ступеням.
Солнце палило, ветер был знойным. По лицу Чжунмо катился пот.
«Куда же он делся?»
Лестница была довольно длинной, и если бы он спустился здесь, его бы заметили. Чжунмо решил вернуться.
В этот момент девушка, поднимавшаяся вверх, замерла. Ее взгляд был прикован к маленькому переулку посреди лестницы.
«Это он!»
Топот!
Чжунмо одним махом скатился по лестнице. Однако прежде чем он успел что-либо сделать, подозреваемый, прятавшийся в конце узкого переулка, выскочил и схватил девушку.
В его руке был нож. Именно его и испугалась девушка.
Щелк!
В тот же миг Чжунмо выхватил Пистолет из-за пояса и прицелился.
— Брось нож.
Его голос был пугающе низким. От привычного игривого лица не осталось и следа. В его взгляде читалась лишь решимость поймать преступника.
До преступника было всего пять шагов. Дуло было нацелено точно в лоб мерзавцу.
— П-пожалуйста, пощадите…
Из глаз девушки-заложницы потекли слезы.
Вид ее испуга еще сильнее разжег пламя в груди Чжунмо.
— Отпусти ее.
Преступник, похоже, понял, что переулок больше не служит путем к отступлению.
Прижимая девушку к себе сзади и приставив нож к ее горлу, он мельком взглянул вниз на лестницу.
В этот момент из переулка, где прятался преступник, выскочил детектив Чхве. В то же мгновение мерзавец с силой толкнул девушку в сторону Чжунмо и бросился бежать вниз по лестнице.
Чжунмо повалился на землю, обнимая девушку, чтобы защитить ее.
Поскольку он падал, прикрывая ее голову, она, к счастью, не пострадала.
Вместо этого он сам сильно ударился тыльной стороной ладони о ступени, и на коже появилась рана.
Но он даже не обратил внимания на свою травму. Безопасность девушки была для него на первом месте.
— Вы в порядке?
Бледная как полотно девушка часто закивала.
Топот!
Послышался звук шагов детектива Чхве, сбегающего по лестнице.
— Я скоро вернусь.
Чжунмо мгновенно вскочил на ноги и бросился вдогонку за преступником.
Обогнав детектива Чхве, он совершил резкий рывок вперед.
Бам!
Раздался звук сильного столкновения тел, и Чжунмо вместе с преступником покатились вниз по лестнице.
— А-а-а-а!
Крик преступника эхом разнесся в воздухе.
Забыв о ноющей боли во всем теле после падения, Чжунмо ловко оседлал спину мерзавца. И — щелк — застегнул Наручники.
Преступник до последнего сопротивлялся, пытаясь вырваться.
— Отпусти, урод!
— Эй-эй, так и по шее получить можно.
Детектив Чхве, вконец измотанный бегом, присел на ступеньку и укоризненно посмотрел на Чжунмо.
— Ох, парень, твое тело — настоящее оружие, что ли?
*
— Вы вызывали, Председатель?
Председатель Кан, весь вечер пребывавший в раздумьях, встал из-за стола. За его спиной простирался лес небоскребов.
Здания, в которых до поздней ночи горел свет.
Никто не знает, как трудно было достичь этого положения. Он многого добился, но и потерял не меньше.
И теперь пришло время вернуть то, что было утрачено.
— Подойди ближе.
— Да, Председатель.
Сиу встал рядом с Председателем Каном и посмотрел в окно.
Когда он решил оставить долю Жнеца смерти и жить как человек, первым делом он подумал о группе Тэян.
Его сектором на Земле была Корея, а самым мощным оружием для жизни людей были деньги.
Группа Тэян, третья в деловом мире.
Была причина, по которой он выбрал именно ее, а не первую или вторую. Ею было гораздо проще манипулировать.
В составе семьи было много изъянов, а значит, в нее было легче вклиниться. Обладание группой Тэян дало бы ему огромную власть.
И это могло бы стать плацдармом для захвата всего мира в будущем.
— Мне даже неловко перед тобой.
— О чем вы, Председатель?
— Ты ведь видел, что творится у меня дома. Там полный беспорядок. В такой ситуации я не могу не думать о Сончжэ.
— И что вы намерены делать?
— Приведи Сончжэ.
Наконец-то он решился.
В уголке рта Сиу промелькнула коварная ухмылка, которую Председатель Кан не заметил.
— А как быть с людьми из окружения молодого господина?
— Это люди, которым Сончжэ благодарен. Мы не можем просто игнорировать их.
— Я думаю, будет лучше полностью оградить его от них, Председатель.
— Почему?
— Молодой господин — всего лишь ребенок, изголодавшийся по привязанности. Я считаю, что ради его роста лучше не давать ему повода возвращаться назад.
— Похоже, Сончжэ возненавидит меня еще сильнее.
— Но в конце концов, разве его сердце не потянется к родной крови?
— Думаешь?
— Говорят, положение обязывает. Прежде всего нужно заставить молодого господина осознать свой статус.
— В твоих словах есть смысл. Чтобы обрести нечто великое, приходится мириться с потерей малого. В ближайшие десять лет мы должны вырастить из Сончжэ достойного наследника.
— Слушаюсь, Председатель.
*
Сынри была в смятении из-за Чжунмо, который пришел на работу в отличном настроении, хотя вчера она и сказала, что не собирается заводить отношения.
И как раз в этот момент Чжунмо позвонил.
— Алло?
[Можешь сейчас приехать в Отдел по борьбе с тяжкими преступлениями?]
— Что случилось?
[Нужно кое-что проверить.]
— Проверить? Что?
[Приезжай, на месте поговорим.]
Сынри одолжила ключи от машины у Юри и направилась в следственный отдел. Если он зовет ее туда, значит, произошло что-то серьезное.
Вскоре после звонка от входа вышел Чжунмо.
— Ты быстро.
— Подумала, что дело срочное.
— Пойдем наверх.
Он привел ее в Допросную.
За стеклом было видно мужчину, сидящего за столом.
Как только Сынри увидела его, ее лицо холодно застыло.
— Поймали.
— Благодаря тебе.
Суровость на лице Сынри медленно сменилась яркой улыбкой.
Это была та самая ее улыбка, от которой у Чжунмо на мгновение перехватило дыхание.
Завороженно глядя на нее, Чжунмо спросил томным голосом:
— Мне правда любопытно…
— Призраки существуют. Их очень много вокруг нас.
— Вообще-то я хотел спросить, не соскучилась ли ты по мне.
Детектив Чхве, стоявший рядом, поднял большой палец вверх. Смущенная Сынри сердито посмотрела на Чжунмо.
Тот весело усмехнулся и сменил тему:
— Тот призрак тоже здесь?
— Нет, он, должно быть, ушел к кому-то другому. Когда человек, в которого вселились, пойман или умирает, они ищут новую цель. Но расслабляться рано, видов призраков много. Они ведут себя настойчиво и злобно, пока жизнь человека не будет полностью разрушена.
— И все же неправильно списывать преступления только на призраков.
— Разумеется. Выбор делает сам человек, поэтому он должен нести ответственность.
*
— Эта барышня и есть та самая, что видела лицо преступника?
На вопрос начальника отдела Чона Сынри вежливо поклонилась.
— Здравствуйте.
— Ого, какая красавица. Спасибо за Сэндвич и кофе, было очень вкусно. Вы ведь девушка детектива Пхи?
Чжунмо, поглядывая на Сынри, поспешил поправиться:
— Когда это я говорил, что она моя девушка? Я сказал, что скоро ею станет.
— Да какая разница.
Сынри четко определила их отношения:
— Мы друзья.
— Сначала друзья… потом влюбленные, так оно и бывает. Ха-ха.
Внимание всех детективов было приковано к ней.
Они вели безмолвный диалог с Чжунмо одними лишь взглядами.
«Не девушка?»
«Держи ее крепче, парень».
«Вау, Пхи Чжунмо. Вот это ты сорвал куш».
«Старший, мы сможем поесть праздничной лапши в этом году?»
«Ты определенно везунчик. Ха-ха-ха».
Сынри мельком взглянула на них и непринужденно спросила:
— Похоже, он не сказал вам, что я пострадавшая в Автомобильной аварии?
У всех вытянулись лица, и на этот раз они безмолвно закричали на Чжунмо:
«Соблазнил потерпевшую? Ну ты и даешь».
«Вот это негодяй!»
«Обалдеть! Ты действительно превзошел сам себя».
«Уважаю, старший».
«Ах ты паразит! Мог бы и раньше сказать!»
Растерянный начальник отдела Чон вытер пот.
— Ой, простите, что не поприветствовал вас как подобает. Мы должны были навестить вас раньше.
— Я чуть не погибла, но, к счастью, не пострадала, так что все в порядке. Только вот машина вдребезги, пришлось потратиться.
При упоминании машины Чжунмо обиженно вмешался:
— Я же сказал, что возмещу стоимость…
— Конечно, должен возместить. Как полицейский может не вернуть долг? Стыдоба.
— Да нет же, начальник. Мы ходили покупать машину…
Начальник отдела Чон проигнорировал Чжунмо и любезно обратился к Сынри:
— В любом случае, спасибо, что пришли. Вы нам очень помогли.
— Не стоит благодарности. Я ведь даже не видела самого места происшествия.
— Детектив Пхи сказал, что благодаря вам поймали преступника. В любом случае, спасибо за понимание. Обязательно получите деньги за машину, и можете быть свободны.
Поймав безмолвный знак начальника «уводи ее поскорее», Чжунмо уныло пробормотал:
— Я провожу ее, начальник.
— Зачем провожать? Ты свободен. Иди домой.
— Правда?
— Скажи спасибо своей великодушной и прекрасной подруге. Живо доставь ее до дома.
Только выйдя из здания, Сынри смогла вздохнуть спокойно, оказавшись вне поля зрения любопытных глаз.
«Получить благодарность от полиции… Дожила же я до такого дня. Хм».
У нее было отличное настроение.
— Я приехала на машине Юри. Увидимся дома.
— Хочешь ехать отдельно?
— Мне что, на буксир тебя взять?
— А это отличная идея.
Сынри недоуменно обернулась.
— Я же говорю, поехали вместе.
— Нет!
«Потому что, когда я с тобой, мое сердце постоянно дрожит».
Она села в машину и выехала с территории следственного отдела.
Би-бип!
Он продолжал ехать за ней и сигналить, так что Сынри волей-неволей пришлось припарковаться у обочины. Опустив стекло, она посмотрела на подошедшего Чжунмо.
Опершись одной рукой на крышу машины, он наклонился к ней.
— Мне нужно поговорить.
— Поговорим дома.
— Нужно сейчас.
Сынри пришлось разблокировать двери. Чжунмо сел на пассажирское сиденье, откинул спинку и почти разлегся.
«Интересно, какую уловку он придумает на этот раз?»
Она скептически и с сомнением посмотрела на него.
— Ты сказал, что хочешь поговорить.
— Мне больно.
Показывая покрасневшую ссадину на тыльной стороне ладони, Чжунмо посмотрел на нее жалобно, как кот.
От этого взгляда, вызывающего желание просто погладить его, Сынри едва не рассмеялась, но, сдержавшись, сказала:
— Не паясничай.
— Правда больно. Я упал на лестнице, когда ловил того придурка.
— …
— Показать?
Прежде чем Сынри успела ответить, Чжунмо включил свет и задрал футболку. На его твердом прессе виднелась красная полоса.
В довершение всего был виден и шрам от ножевого ранения.
— Больно же, правда?
— …
Не дождавшись ответа, он приподнялся и показал спину. На спине были еще две большие красные полосы. Не говоря уже о шрамах в разных местах.
«Боже, как же жил этот человек?»
От мысли, что ее Нить жизни и сердце теперь связаны с таким мужчиной, на душе становилось все тревожнее.
— Тебе нужно в больницу?
Поправляя одежду и снова укладываясь в кресле, Чжунмо широко улыбнулся. Видимо, ее обеспокоенное лицо его вполне удовлетворило.
— Думаю, если я буду с тобой, все пройдет.
— На тебе же живого места нет.
Интересно, собирается ли он вообще жить, если так нещадно распоряжается своим телом.
— У детективов всегда так. А как твои дела? С поимкой призраков.
— Ты теперь веришь мне?
— Честно говоря, до того как поймал грабителя, мне было трудно поверить. Но все было слишком странно. И все совпало с твоими словами.
— А в то, что твоя Нить жизни в моих руках? В это тоже веришь?
Она посмотрела на него с надеждой в сердце.
«Пожалуйста, поверь. Для меня это важнее, чем любые отношения».
— Это…
— Не веришь?
По лицу Сынри пробежала тень разочарования. Чжунмо, серьезно смотревший на нее, наконец заговорил:
— Для меня это больше не имеет значения.
— Что это значит?
— Даже если я не держу твою Нить жизни, это неважно, потому что я все равно буду тебя защищать.
— …!
— По крайней мере, из-за меня ты не умрешь. Так что не волнуйся.
Как же она хотела это услышать! Переполненная чувствами, Сынри наконец облегченно улыбнулась.
Он погладил ее по голове, пока она, потеряв дар речи, просто смотрела на него.
Чжунмо, кажется, понимал, как сильно она переживала все это время, и ему было жаль.
Его взгляд, устремленный на нее, стал еще более нежным.
— Нужно поскорее поймать того парня. Чтобы я мог спокойно встречаться с тобой.
— А?
— Ты ведь сама вчера сказала. Что ни за что не будешь заводить отношения, пока его не поймают. Значит, после его поимки мы будем вместе.
«Он все правильно понял».
Тем не менее она не могла избавиться от беспокойства.
— Женщина, видящая призраков… Тебе правда все равно?
— Ты мне нравилась, даже когда я думал, что ты не в своем уме.
— Что ж, тогда мне стоит подумать еще раз. Я-то думала, что когда ты узнаешь правду о призраках, я стану тебе неприятна.
— Не заставляй меня слишком сильно страдать. Я не самый терпеливый парень.
— Знаю. Вспыльчивый.
— В таком случае, дай мне тебя обнять хоть разок. Я спросил первым, так что не говори потом, что это было грубо.
Увидев его умоляющий взгляд, Сынри, решив «была не была», широко развела руки.
Если ему все равно, видит она призраков или нет, у нее больше не было причин трусить.
— Иди ко мне.
— О да!
Он, только что изнывавший от боли, мгновенно вскочил.
И осторожно, словно боясь сломать или разбить, прижал Сынри к себе.
Она, так идеально помещавшаяся в его объятиях, казалась ему невероятно милой.
Этот дурманящий, глубокий аромат, ровное дыхание совсем рядом. Мягкая, нежная.
— Пользуясь случаем…
Хлоп!
Чжунмо предупреждающе шлепнул ее по спине и прижал к себе еще крепче, когда она попыталась отстраниться.
— Ну и капризная же у меня любимая.
*
Сынри сидела перед телевизором, по одной отправляя в рот миндалины, но вид у нее был совершенно отсутствующий.
Сцены их объятий с Чжунмо в машине никак не выходили у нее из головы.
Сончжэ, время от времени поглядывавший на нее, в конце концов не выдержал и легонько толкнул ее в плечо.
— О чем ты так задумалась?
— А? Что ты сказал, Сончжэ?
— Пф. Вернулась из полиции и сама не своя. Говоришь, преступника поймали?
— Это не из-за этого.
Лицо Сончжэ резко переменилось, и он начал с пристрастием допрашивать ее:
— Между тобой и тем дядькой что-то произошло?
— Сончжэ, послушай…
Понимая, что произошло то, чего он больше всего боялся, Сончжэ окончательно потерял самообладание.
— Ведь нет? Скажи, что нет, нуна! Скажи, что между тобой и этим дядькой ничего нет!
Глядя на него, чьи глаза мгновенно наполнились слезами, Сынри лишилась дара речи. Она не знала, как успокоить этого упрямца.
— Онни, ты встречаешься с детективом Пхи?
Если Юри еще можно было в чем-то убедить, то с Сончжэ все было иначе.
Потому что она прекрасно знала, что у него на душе.
— Юри, оставь нас, пожалуйста.
— Хорошо, онни.
Юри ушла в комнату, и Сынри выключила телевизор. В гостиной воцарилась тяжелая тишина. Наконец она заговорила, приняв решение прервать молчание:
— Сончжэ, для меня ты — младший брат.
— Не хочу. Не хочу быть твоим братом!
Сончжэ начал отчаянно мотать головой.
— Любовь не может быть односторонней.
— Что…?
— Любовь, которую я могу тебе дать, — это не любовь женщины, а любовь члена семьи. И это не изменится, даже когда ты вырастешь.
— Нуна…
— Прости. Я думала, со временем ты сам все поймешь. Но, кажется, больше нельзя тянуть.
Для Сончжэ Сынри, так четко обозначившая границы, казалась чужой. И мысль о том, что она изменилась из-за Чжунмо, была для него невыносимой.
— Как ты можешь? Прошло ведь меньше десяти дней с тех пор, как ты узнала этого дядю. И ты уже любишь его?
— Не знаю, любовь ли это. Но он мне действительно нравится.
Сердце Сынри сжималось при виде покрасневших глаз Сончжэ. Но если не сказать ему сейчас, позже будет больнее.
Раз она решила принять чувства Чжунмо, было правильным внести ясность в эти неопределенные отношения.
В этот момент из уст Сончжэ вырвались слова, похожие на стон:
— Нуна, ты — все, что у меня есть.
────────────────────────────────────
Обновлено: 20.02.2026