— Итак, по результатам подсчёта, в финальный тур проходят следующие пять работ.
— «Железный кулак Гри», средний балл — 73.
Редактор этой работы ничуть не удивился. Но и радости на его лице не было.
Большинство присутствующих понимали, что после появления Дун Юнь, из пяти финалистов у троих не было ни единого шанса. Они были просто для массовки.
Все они были профессионалами и прекрасно понимали, что борьба развернётся между «Бродягой Кэнсином» и «Тайной девушкой».
Атмосфера в зале изменилась.
Взгляды редакторов то и дело обращались к Су Жо и Сун Цзяюю.
Пан Фэн продолжил:
— «Голубая улица», средний балл — 69.
— «Пришествие кошмара», средний балл — 78.
При этих словах многие вздохнули.
На таких совещаниях работа, набравшая в среднем 75 баллов, практически гарантированно получала место.
Если бы не «Кэнсин» и «Тайная девушка», «Пришествие кошмара» было бы стопроцентным победителем.
Как жаль…
— «Тайная девушка», средний балл — 86.
Редакторы кивнули. Было бы странно, если бы работа такой известной мангаки, как Дун Юнь, получила оценку ниже.
— «Бродяга Кэнсин: Воспоминания», средний балл — 93.
Едва Пан Фэн произнёс это, как в зале началось оживление.
— Девяносто три?
— Так много?
— Я и правда считаю, что работа отличная, поэтому поставил девяносто один. Думал, мою оценку сочтут завышенной и не засчитают, а вы, оказывается, ещё щедрее!
— У меня та же история, я поставил девяносто четыре.
На таких совещаниях существовали негласные правила. Как бы плоха ни была работа, из уважения к коллеге ей редко ставили ниже шестидесяти.
Дальше шла градация по десять баллов. Шестьдесят-семьдесят — проходные работы, которые могли получить шанс, только если на совещании не было ничего лучше, но обычно их закрывали в течение полугода.
Семьдесят-восемьдесят — стандарт для «Манги и Тени». Такие работы, если не теряли в качестве, могли спокойно продержаться до конца.
Восемьдесят-девяносто — очень перспективные работы, которые после публикации почти гарантированно попадали в четвёрку лучших по популярности.
А вот девяносто и выше…
Такое случалось раз в несколько лет.
Мангаки такого уровня обычно уезжали покорять Шанхай или Японию и редко публиковались в провинциальных журналах.
За всю историю «Манги и Тени» было лишь несколько работ, которые по первым трём главам получили средний балл выше девяноста. И каждая из них значительно поднимала тиражи журнала.
Поэтому редакторы не стали бы ставить такие высокие оценки, если бы не видели в работе огромного потенциала.
Су Жо с облегчением выдохнула. Хотя она и старалась держать лицо, в душе она ликовала.
Она, конечно, считала «Кэнсина» шедевром, но всегда сомневалась, не ошибается ли.
Но когда тридцать с лишним редакторов — самая придирчивая публика в мире манги — в среднем поставили 93 балла, это означало только одно: работа покорила их.
И что ещё важнее, эти оценки имели значение.
Для чего нужен был финальный тур?
Конечно, шанс давали всем. Но если ты хотел, чтобы твоя работа с низким баллом обошла работу с высоким, тебе нужны были веские аргументы.
Почему работа с 70 баллами должна занять место работы с 80 баллами?
Редактор должен был убедить всех присутствующих.
А если не получалось, то всё решали оценки. Кто набрал больше — тот и победил.
Так что на этом этапе работа, получившая наивысший балл в предыдущем туре, имела огромное преимущество.
Глаза Су Жо сияли.
А Сун Цзяюй сидел мрачнее тучи.
Пан Фэн кашлянул, и шум в зале стих.
— Итак, оценки выставлены.
— Качество работ вы все видели. Чтобы не тратить время, предлагаю обсудить только „Бродягу Кэнсина“ и „Тайную девушку“.
— Редакторы „Железного кулака“, „Голубой улицы“ и „Пришествия кошмара“, у вас есть возражения?
— Нет, — хором ответили трое.
Пан Фэн кивнул и посмотрел на Сун Цзяюя.
— Заместитель главного редактора Сун, вы представляете „Тайную девушку“. То, что вы смогли переманить к нам Дун Юнь, говорит о ваших выдающихся способностях. С её статусом мы бы и так дали ей место в „Манге и Тени“ без всяких конкурсов…
— Но раз уж вы выставили её работу на совещание, я, как главный редактор, обязан следовать правилам.
— Итак, заместителю главного редактора Сун и редактору Су Жо предоставляется слово.
— После этого мы проведём голосование и выберем победителя.
Сун Цзяюй, хоть и нехотя, встал.
Сейчас он был в проигрышном положении.
Су Жо могла просто молчать до конца совещания. А вот если он не сможет привести веские аргументы, то за кого проголосуют редакторы, которым с самого начала понравился «Кэнсин»?
Хоть у него и был вес в компании, но он не мог одним взглядом заставить всех игнорировать качество работы и голосовать за него. Иначе он бы не был «заместителем».
— Во-первых, я хочу кое-что прояснить, — начал он, сделав глубокий вдох.
— «Тайная девушка» — это новая работа учителя Дун Юнь. Той самой, что создала «Загадку сердца», чей тираж в нашей провинции составил несколько миллионов экземпляров. Вы все её прекрасно знаете.
— В провинции Ло всегда было три ведущих журнала: „Манга и Тень“, „Огненный Дракон“ и „Небесный звук“.
— Они постоянно конкурируют друг с другом. И вот теперь, после долгих уговоров, мне удалось убедить учителя Дун Юнь прийти к нам. Это ослабит наших конкурентов и усилит нас.
— Но если она придёт, а мы не дадим ей возможности публиковаться…
— …не будет ли это смешно?
Многие редакторы задумались.
— Я не согласна с заместителем главного редактора! — в этот момент Су Жо подняла руку.
Она встала и посмотрела прямо на Сун Цзяюя.
Обновлено: 21.01.2026