34. Смелость обнажить меч и сразиться
«Ещё полчаса и заканчивай».
Цзо И обратился к Сунь Цяну: «После обеда тоже не нужно слишком долго заниматься, главное, так же часто тренируйся, как сейчас».
Стоит сказать, что, несмотря на сложное угодничество перед Цзо И через Тайка и Баор и несмотря на то, что пришлось пожертвовать контейнером с едой, Сунь Цян извлёк из этого соответствующую пользу. По крайней мере, сейчас Цзо И стал относиться к нему намного мягче.
Кто сказал, что угодничать – это плохо? Всё зависит от правильного подхода.
«Я понял, учитель!»
Толстяк ответил необычайно громко, ещё и выпятил грудь.
Цзо И кивнул, сказав: «Я поговорил с директором Шан. Этот деревянный меч, которым ты пользуешься, впредь принадлежит тебе. Можешь вернуться с ним домой, тщательно береги его и не ломай».
Прилежного ребёнка необходимо наградить.
Сунь Цян сразу обрадовался и поспешил поклониться: «Спасибо, учитель!»
На самом деле, учитывая материальное положение его семьи, он мог без проблем сам купить несколько стандартных деревянных мечей, но всё же куда большее значение имел тот факт, что Цзо И подарил ему меч.
Сунь Цян понял, что Цзо И так поступил, чтобы можно было оборонять себя.
Деревянный меч не являлся регистрируемым оружием. С ним разрешалось ходить где угодно.
Цзо И отмахнулся и окликнул Баор: «Доченька, пойдём».
«Ладно».
Баор позвала Тайка: «Тайк, залезай в рюкзак».
Тайк живо откликнулся и ловко юркнул в рюкзак Hello Kitty.
У Баор имелся целый комплект повседневных вещей Hello Kitty, среди которых были чемодан, рюкзак, кошелёк, пенал и многое другое.
Эти вещи Су Ваньцин специально закупила для Баор, перед тем как отправить её в попечительский центр Ангелочки.
Направляясь сегодня в Небесное Просвещение, Цзо И сначала планировал оставить Тайка дома, но Баор боялась, что А Гуай обидит пса, поэтому последний был помещён в рюкзак. Цзо И даже не пришлось помогать.
Баор, неся на спине Тайка, пошла к выходу.
«Учитель, сестрёнка-наставница, до свидания!»
Сунь Цян вежливо выпроводил Цзо И и Баор из фехтовального зала, после чего вернулся обратно и продолжил тренироваться на манекене.
Пусть даже никто за ним не наблюдал, он все равно добросовестно и усердно упражнялся.
«Эй, толстяк!»
Внезапно со входа донёсся заносчивый голос: «Все ушли, а ты чего ещё тренируешься?»
Сунь Цян опустил меч, обернулся и увидел стоявшего на входе в зал Чжао Шаохуэя со скрещенными на груди руками. На его лице зависла язвительная ухмылка. А рядом выглядывало ещё несколько учеников.
Сунь Цян терпеливо сказал: «Ещё полчаса – и закончу заниматься».
Он привык не задевать сверстников наподобие Чжао Шаохуэя, опасаясь, что не сможет с ними справиться.
Чжао Шаохуэй с напыщенным видом вошёл внутрь и начал осматривать помещение, словно важная шишка.
Оглядевшись по сторонам, он с насмешкой произнёс: «И чему ты научился у этого типа по фамилии Цзо? Научился без страха бить хотя бы по манекену?»
Эти слова он произнёс громко и вызвал смех у своих товарищей.
Подросток Чжао Шаохуэй имел высшую стадию синдрома восьмиклассника и мнил себя избранным. (*Синдром восьмиклассника, или тюнибё – состояние, в котором человек воображает себя обладателем магических или каких-то ещё необычных сил и начинает вести себя соответственно*)
Ему с самого начала не понравился необщительный и не готовый унижаться Сунь Цян, поэтому сейчас, воспользовавшись перерывом для отдыха, он пришёл, чтобы поиздеваться над этим с виду немощным толстяком.
Сунь Цян не был ошеломлён дерзостью Чжао Шаохуэя. Крепко сжимая меч, он с серьёзным видом ответил: «Преподаватель Цзо – хороший учитель!»
«И что дальше?»
Чжао Шаохуэй косо на него посмотрел: «Обиделся и хочешь ударить меня? Давай, ударь!»
Он сделал два шага вперёд и приблизился к Сунь Цяну: «Не ударишь? Тогда ты мой…»
Хух!
Чжао Шаохуэй ещё не успел договорить, как Сунь Цян неожиданно замахнулся на него мечом.
Рубящий удар!
Клинок с яростным ветром и свистом пронёсся в воздухе. Застигнутый врасплох Чжао Шаохуэй вытаращил глаза, в его голове царила пустота.
Он никак не думал, что Сунь Цян действительно решится атаковать его, да ещё и с оружием в руке. Он весь оцепенел от страха, совершенно позабыв о том, чтобы уклониться!
Конец!
Однако Сунь Цян не ударил мечом Чжао Шаохуэя по голове. Тупое закруглённое остриё остановилось в 10 сантиметрах от носа. Лишь поднявшийся при атаке ветер всколыхнул волосинки на лбу.
В зале воцарилась небывалая тишина.
Только спустя некоторое время смертельно перепугавшийся Чжао Шаохуэй наконец пришёл в себя.
Он инстинктивно торопливо отступил. Белоснежное лицо мгновенно залилось яркой краской.
Какой позор!
В школе Чжао Шаохуэя имелось несколько походивших на Сунь Цяна учеников. Они служили объектом издевательств, поэтому Чжао Шаохуэй посчитал, что Сунь Цян не решится за себя заступаться, а в итоге всё так круто обернулось.
Хотя Сунь Цян не нанёс удара, товарищи собственными глазами видели, в какое позорное положение попал Чжао Шаохуэй!
«Ты напрашиваешься на неприятности!»
Пытавшийся прикрыть смущение гневом Чжао Шаохуэй заорал: «Сегодня я…»
«Чем вы тут занимаетесь?»
В результате его свирепую речь опять оборвали.
На этот раз его перебила Шан Юйлинь. Она только что появилась на входе в зал и суровым тоном произнесла: «В центре единоборств запрещены самовольные драки!»
Ученики в центре единоборств могли устраивать между собой спарринги, но обязательно под контролем преподавателя, а самовольные драки были запрещены, потому что существовал большой риск покалечиться.
В случае возникновения самовольных драк центр единоборств имел полное право исключить учеников и при этом не обязан был возвращать деньги за учёбу.
Чжао Шаохуэю очень хотелось сказать, что это Сунь Цян первым начал, но не мог забрать свои недавние провокационные слова назад.
А главное, что Сунь Цян совершенно не ранил его.
Если попытаться подставить, то ничего не получится, потому что снаружи фехтовального зала и внутри стояли видеокамеры, а это означало, что, посмотрев видеозапись, удастся выяснить, кто прав, а кто виноват.
«Ещё увидимся!»
Чжао Шаохуэй хоть и имел синдром восьмиклассника, но был неглупым ребёнком. Окинув ненавистным взглядом Сунь Цяна и оставив напоследок угрозу, он развернулся и покинул фехтовальный зал.
Раньше бы Сунь Цян, вероятно, сильно разволновался, но сейчас он не только не чувствовал никакого страха, но даже испытывал воодушевление.
«Меч – оружие воина. Если не хватает смелости обнажить меч и вступить в бой, тогда не стоит изучать фехтование, потому что меч в итоге станет бременем и слабостью труса!»
В голове Сунь Цяна вновь зазвучали слова, которые сказал ему Цзо И.
На этот раз он не струсил.
Но перед подошедшей к нему Шан Юйлинь Сунь Цян всё же испытывал благоговейный трепет. Он убрал меч и опустил голову: «Директор».
Шан Юйлинь сказала: «Ты забыл о правилах, которые я вам всем рассказывала?»
Сунь Цян ещё ниже опустил голову: «Извините, директор».
Шан Юйлинь покачала головой, сказав: «В этот раз прощаю, но впредь больше не допускай такой ошибки, понятно?»
Она повела с Сунь Цяном довольно мягко, лишь сделала небольшое замечание, потому что, хоть она и не видела весь процесс конфликта между обеими сторонами, но полагала, что главным зачинщиком определённо являлся Чжао Шаохуэй.
Сунь Цян казался воспитанным ребёнком.
Тем более он всё-таки в настоящее время был единственным учеником Цзо И.
Сунь Цян непрерывно закивал головой: «Понятно, я больше ни за что не оступлюсь!»
Он больше всего боялся, что Шан Юйлинь прогонит его, тогда ему не удастся дальше заниматься у Цзо И, а это станет для него огромной потерей!
Шан Юйлинь со слабой улыбкой промолвила: «Хорошо, что понял».
Она спросила: «Преподавателя Цзо нет на месте?»
Ранее, когда Цзо И уходил с Баор, Шан Юйлинь отсутствовала в центре единоборств. Она только недавно вернулась.
Сунь Цян объяснил: «Учитель с сестрёнкой-наставницей Баор недавно ушёл».
«А».
Шан Юйлинь кивнула: «Тогда продолжай заниматься. Если что-то потребуется, сразу обращайся ко мне».
Сунь Цян почтительно сказал: «Спасибо, директор».
Глядя на удаляющийся силуэт Шан Юйлинь, Сунь Цян почувствовал себя немного не в своей тарелке, но не мог сказать почему.
Почесав голову, он больше не стал об этом задумываться.
А в это время Цзо И вместе с Баор и Тайком прибыли в ветеринарное управление Ханчжоу.
Согласно законам, питомцы жителей городов и посёлков обязаны были быть зарегистрированы. В городе также запрещалось содержать агрессивных по натуре собак и хищных зверей.
Тайк пока не имел легального статуса!
Хотя уже был почти полдень, в ветеринарном управлении по-прежнему было оживлённо. Повсюду виднелись люди с собаками на поводках или кошками на руках, которых привели для регистрации. Разнообразные питомцы то и дело шумели.
Баор изумилась: «Папа, тут так много людей!»
Цзо И с улыбкой погладил её по голове, сказав: «Ты пока посиди здесь, никуда не убегай, а папа пойдёт заполнять документы».
Чтобы оформить регистрацию, требовалось сперва заполнить заявочный бланк, а дальше останется только отдать этот бланк сотруднику.
«Ага».
Цзо И подошёл к окошку для получения заявочного бланка, а Баор послушно уселась на сидение в приёмной.
Она “освободила” Тайка из рюкзака, боясь, что он задохнётся.
Едва она достала его, как он задрал голову и завыл.
Ау-у~
Обновлено: 10.02.2026