Глава 3 — Глава 3

Кюре тоже было любопытно узнать содержание договора. Поэтому они вдвоём склонились над развёрнутым свитком. В тот же миг ослепительный свет залил пустую и унылую обитель Кюры. — Хм. А это забавно, — пробормотал Кан Хёк, окутанный сиянием. Кюра выглядел не менее впечатлённым. — И не говори. — Мне-то простительно удивляться… Но ты же бог! Тебе-то чего? Пренебрежительный тон Кан Хёка задел Кюру за живое. — Да я такой божественной силы уже тысячу лет не видел, малец! — Опять он за свои байки из склепа. Ладно, неважно… Кан Хёк сосредоточился на информации, которая вместе со светом из контракта проникала в его разум. Условий было на удивление много, и на осознание всех нюансов ушло порядочно времени. Наконец он оторвался от изучения и посмотрел на Кюру. Его взгляд не предвещал ничего хорошего. — Тут сказано, что в случае опасности Кюра обязан мне помочь… — А, это. Ну конечно, я тебя защищу. — У меня большие сомнения на этот счёт. — Эй! Я бог! Неужели я одного человека не защищу? — Бог? Да какой ты бог… Смех один. Кан Хёк где-то раздобыл зеркало и ткнул им в лицо Кюре. Судя по орнаменту на раме, это было подношение тысячелетней давности. Впрочем, разглядывать узоры было необязательно – с тех пор нормальных подношений Кюра всё равно не получал. Отражение Кюры в зеркале было поистине плачевным. Оставалось только вздыхать. — Ох. — Сам видишь, всё плохо. Стоит ли мне вообще подписываться на это? — Эх… — Перестань охать. Честно говоря, я тебя и голыми руками завалю. — Это всё потому, что мне божественной силы не хватает! — Вечно у тебя отговорки… Ты точно бог? У меня такое чувство, что я пришёл подписывать контракт на рабство. — Гр-р… Кюра забегал глазами, глядя на Кан Хёка. Тот стоял, вызывающе покачивая ногой, и сверлил его взглядом. Хотелось подобрать другое слово, но «сверлил» подходило лучше всего. «Я и сам знаю, что выгляжу жалко… Но точно ли он великий врач? Да и врач ли он вообще?» Среди его прежних жрецов, пусть они и были недоучками, не встречалось таких хамов. В конце концов, врачи – это люди, посвятившие себя спасению других. А этот Пэк Кан Хёк вёл себя как заправский бандюган. — П-погоди-ка. Допустим, я в паршивом положении, признаю. А ты? Ты-то сам врач? — Врач ли я? Ха. Давно по шее не получал? Кан Хёк с хрустом размял шею и медленно двинулся на Кюру. Было видно, что делает он это не в первый раз. Угроза была вполне осязаемой. Кюра невольно попятился. — Эй, эй! Опять ты за кулаки! Без всяких доказательств, что ты врач! — Доказательства? Плевать… А, я видел, как тот тип, Сола, читал мои мысли. Ну, по верхам пробежался. Ты же тоже бог, давай, попробуй. С этими словами Кан Хёк небрежно протянул руку. — М-м. — Что, не можешь? Какой же ты тогда бог? — Могу, конечно… Но не сейчас. — «Не сейчас» и «не могу», — это одно и то же. — Да я тебе говорю, обычно могу! Но сейчас божественной силы маловато… — Опять он про свою силу запел, ну и ну… — Да правда это! Будь у меня сила… Будь у него сила, он бы первым делом проучил этого наглеца. Кюра тяжело вздохнул от бессилия. — Божественная сила, значит… Глаза Кан Хёка, напротив, загорелись. Это понятие – «божественная сила», – явно сулило какие-то выгоды. Он всегда отличался любопытством, и сейчас оно взяло верх. Тем более что источником информации был такой «лоховатый» персонаж, как Кюра. — И что она даёт? — Божественная сила? — Ну да. Тон Кан Хёка стал чуть мягче. Когда нужно что-то выведать, он умел быть дипломатичным. — Ну… Во-первых, становишься сильнее, живёшь дольше. И можешь использовать власти. — Власти? Это как Сола меня оживил? — Да, но такое под силу только высшим богам вроде Солы. — А ты что умеешь? Исцелять хотя бы можешь? Лицо Кюры помрачнело. По логике вещей, так оно и должно было быть. Власть Бога медицины – это исцеление. Но Кюра получил свою роль по жребию, и власть ему досталась совершенно посторонняя. Он долго мялся, прежде чем выдавить: — При… Призыв. — Призыв? Ты что несёшь? Зачем Богу медицины призыв? — Э-эй, убери кулаки. Это полезная штука. Призыв предметов. — Ну так покажи. — Сейчас не могу… Божественной силы нет. — Твою ж мать. Ты хоть что-нибудь умеешь? Сколько у тебя вообще этой силы осталось? Кан Хёк вёл себя так, будто эта сила уже принадлежала ему, хотя контракт ещё не был подписан. Он был настолько уверен в себе, что даже Кюра не заметил подвоха. — М-м… Да почти нисколько. У меня же последователей не осталось. — Нет последователей? Как же ты тогда до сих пор не загнулся? — Ну… есть ещё те, кто надеется на авось. Если и они исчезнут, тогда всё… — Конец тебе, короче. — Не говори так легкомысленно. Если я умру, ты тоже умрёшь. — Вот же дерьмо. Мало того что помер молодым, так ещё и попал в какую-то захудалую лавочку. Кан Хёк разразился ругательствами и зарычал. Он приподнял ногу, словно собираясь пнуть что-нибудь с досады. Но Кюра был спокоен: в его обители всё равно ломать было нечего. Никаких подношений, никакой утвари – шаром покати. — Эх. Как и ожидалось, Кан Хёк опустил ногу. Однако он продолжал сверлить Кюру взглядом, что не предвещало ничего хорошего. Казалось, в любой момент этот ботинок может прилететь прямо в бога. — Ладно, давай контракт. Так, посмотрим пропорции… Что за бред? Девяносто девять к одному?! Кан Хёк вытаращил глаза на нелепую цифру. Но в контракте чёрным по белому было написано: распределение божественной силы – девяносто девять процентов Кюре, один процент Кан Хёку. — Эй, ты издеваешься? — Я тут ни при чём. Это стандартный контракт. — Ах ты, лысая морда, за лоха меня держишь?! Кан Хёк яростно вгрызся в текст договора. К счастью, он нашёл лазейку. [ Доли распределения могут быть скорректированы по соглашению сторон. Однако максимальная доля, которую представитель может получить на начальном этапе, составляет 10%. ] Кто бы ни составлял этот договор, это явно был бог. Только боги могли придумать такие кабальные условия для людей. — Ха… Максимум десять процентов. — М-м? А я хотел тебе всего один дать. — Жить надоело? Сам в медицине ни черта не смыслишь, а хочешь на мне выехать? — Это сделано с умыслом! Богу нужно много силы для поддержания существования. Если я буду жив, будешь жив и ты. Помнишь? Ты же помер. Кюра пустился в долгие объяснения. В чём-то он был прав: храм нужно содержать, к войне с другими богами готовиться. Раньше он частенько конфликтовал с Богом болезней и Богиней Смерти. Сейчас они его не трогают только потому, что такой «целитель» им самим выгоден. — Ладно, ставь десять. Один процент не катит. Кан Хёк высоко замахнулся зеркалом. Кюра подумал: «Если откажусь, он мне голову проломит». Было похоже, что это будет больно. И, скорее всего, смертельно. Впрочем, десять процентов – это не так уж плохо. Всё лучше, чем ничего. — Ладно, ладно. Пусть будет десять. — Тьфу… всего десять… Да я тебя сейчас… Он уже хотел было всё бросить, но заметил ещё одну страницу. Это было что-то вроде дополнительных соглашений. — А это что такое? — Что? А… это… Да забей. — Как это забей? Тут сказано, что за достижения доля может расти, и есть разовые выплаты. И какие-то… права на призыв. — А, это почти нереально. Такое под силу только легендарным представителям. Говорят, в каком-то мире один даже сам стал богом, но это сказки… Кан Хёк принялся внимательно изучать пункты. Большинство из них, как и говорил Кюра, выглядели нелепо. — «Благодетель дракона»? Это ещё что? — Ну, буквально: стать спасителем дракона. — А драконы… они какие? Кан Хёк спросил на всякий случай – вдруг здесь они не такие, как в книжках. Но надежды рухнули. — Почти как боги. — Вроде тебя? — А… Нет. Как минимум среднего ранга. — Ну и дерьмо же… — Вот именно. Тем не менее наличие таких пунктов радовало. Это значило, что со временем условия этого грабительского контракта можно будет пересмотреть. «Ну… всё равно я уже был мертвецом, так что это просто бонусная жизнь». В общем, ситуация была взаимовыгодной. — Ладно. Девять к одному. — Девять к одному… Кюре было жаль отдавать лишние девять процентов, но Кан Хёк уже закипал. — Да не тяни ты! Обещаю, я всех вылечу и соберу тебе гору божественной силы. — Что-то слабо верится… — Да сколько можно сомневаться? Давай уже! Кюра с подозрением посмотрел на Кан Хёка. Но выбора не было – этот парень был его последним шансом. — Эх, была не была. Ставь печать. — Прямо здесь? — Ага. — Вот так? О-о. Как только Кан Хёк оставил отпечаток пальца, контракт рассыпался на светящиеся буквы, которые впитались в тела бога и его нового представителя. В тот же миг всплыло сообщение: [Вы стали начинающим представителем Кюры.] [Вы можете использовать власть Кюры: «Призыв».] Кюра тяжело вздохнул и произнёс: — Теперь этот контракт нерушим. Он будет исполнен во что бы то ни стало. Эх… Ты ведь и вправду врач? — Да не парься ты. Судя по тому, что мне Сола в голову вложил, тут у вас с медициной полный швах. И всё благодаря одному шарлатану. — Эй, полегче на поворотах, я вообще-то здесь стою. — Правда глаза колет. Но ничего, теперь я за дело возьмусь – мало не покажется. Значит, наша власть – призыв? — Ага. Призыв. — А земные вещи призывать можно? Кюра не знал, что ответить. До недавнего времени он и о Земле-то не слышал. Да и раньше чужие миры его мало заботили. — Не пробовал никогда… — Так попробуй. — А… я не могу. На богов наложены ограничения. — И как мне тогда лечить? — Я дам тебе немного божественной силы. У тебя должно получиться. Так, вот… это семьдесят процентов всего, что у меня есть. Кан Хёк проверил остаток. Всего четыре единицы. А богу для выживания в месяц нужно минимум десять. Значит, если ничего не делать, они оба скоро кончатся. — Жесть, ты реально нищий. И это семьдесят процентов? — Я же говорю – верующих нет. Если так пойдёт и дальше, мы оба трупы. — Да погоди ты. Без инструментов лечить невозможно. Даже гениальному хирургу нужно хоть что-то. Хотя бы стетоскоп. Но на него у Кан Хёка явно не хватало сил. «М-да… Ну и нищеброд. А это выйдет?» Как хирургу, ему вторым делом после стетоскопа пришёл на ум скальпель. — О, кажется, получается. На кончиках пальцев Кан Хёка начал формироваться скальпель. Когда процесс завершился, всплыло уведомление: [Затрачено 3 единицы божественной силы.] Сила ушла, но в руке Кан Хёка теперь лежал настоящий скальпель. Для него это был прекрасный инструмент, а вот Кюра увидел в нём лишь острейшее оружие. — Эй, эй! Я тебе силу дал, а ты за нож хватаешься?! — Нож? Это мой главный кормилец теперь. — Нам нужно лечить, чтобы привлекать паству! Убивать нельзя! Кюра решил на всякий случай уточнить правила игры, боясь, что Кан Хёк всё неправильно понял. Тот лишь отмахнулся: — Да понял я. Где пациент? — Тш-ш! Тихо! — Что такое? — Ого… Кюра ещё жив! Кто-то мне молится. Слышишь? А, ты же не бог. Кюра от возбуждения затараторил: — Мне молятся! Невероятно! Такого сто лет не было! — Ну и бог… Радуется каждой молитве как ребёнок… — Эй, такого шанса больше не будет! Быстрее, пришествие! — Пришествие? — Лечи давай! — Да как это… Кюра просто толкнул Кан Хёка в плечо. Внезапно пол храма под его ногами разверзся, и Кан Хёк полетел вниз. Он успел лишь яростно взмахнуть скальпелем в сторону заглядывающего в провал Кюры. — Ах ты ж… сволочь… — Но договорить он не успел, приземлившись прямиком в высокую траву. — Ох… ну я тебе… — Он хотел было разразиться проклятиями, но услышал шорох в зарослях. — Что за… Он думал, его отправят к больному, а оказался посреди какого-то поля. Кан Хёк покрепче перехватил скальпель – на крайний случай сойдёт за заточку. Топ-топ-топ. Послышался топот множества ног. Для людей звук был слишком тяжёлым. Он сжал инструмент ещё сильнее. Спустя мгновение трава расступилась, и перед ним предстали фигуры. Это были не люди. — Монстры? — Человек? Голый? Здоровенное зелёное чудище размером с гору озадаченно склонило голову. При каждом его движении перекатывались мощные грудные мышцы – зрелище не для слабонервных. — Это не монстр, это орк. Орк, — раздался голос Кюры. Услышав это, Кан Хёк вспомнил информацию от Солы. Сильная, но примитивная раса. По сути, те же монстры. «Я лечить пришёл! При чём тут орки?!» — Люди мне больше не молятся. Только эти дуболомы достаточно глупы для этого. «Так мои пациенты – они?!» — Наверное. О, идут. Постарайся там. Силы мало, связь обрывается. «Эй, постой!» — Кстати, там в достижениях было что-то про орков. Удачи! — Продолжение в 4-й главе…