Сюй Цзинмин сидел в зоне ресепшена и пил воду, изучая спортзал.
«По уровню отделки и занимаемой площади могу сказать, что вполне неплохое место».
— Брат Сюй, — раздался знакомый голос.
Сюй Цзинмин поднял взгляд и увидел брата Циншо, идущего к нему с улыбкой. Говорили, что Сюй Цзинмин очень рано стал опорой национальной сборной, но, на самом деле, именно Ян Циншо в то время был самым молодым бойцом в команде: он на год младше Сюй Цзинмина. И вот когда-то красивый, молодой человек заметно прибавил в весе. Его волосы начали седеть, а в глазах читалась усталость.
— Шо, — встал Сюй Цзинмин.
— Пойдём, присядем внутри.
Ян Циншо провёл брата Сюя в небольшую комнату за перегородкой. Он принёс немного фруктов, закусок и налил два стакана воды.
— Брат Сюй, спасибо за помощь, — сказал Ян усаживаясь.
Сюй Цзинмин заметил, что друг носит перчатку на правой руке.
— Что с твоей рукой? — удивился он. — Лето ведь, а ты в перчатке…
Ян Циншо на мгновение застыл, улыбнулся, словно ничего не было, и снял перчатку. Под ней оказалась протезированная кисть. Хоть она и была покрыта бионической кожей, но при внимательном взгляде можно было увидеть разницу.
— Что случилось с рукой? — Сюй Цзинмин был потрясён.
— Протез, — спокойно ответил Ян Циншо, надевая перчатку обратно. — Всё произошло в прошлом году. На стройке с высоты упала металлическая балка, а внизу стоял ребёнок. А я же всё-таки профессиональный боец… Реакция отточена. Ну я и бросился вперёд, схватил ребёнка и защитился рукой. Балка раздавила мою кисть, пришлось ампутировать.
— Как же так вышло… — Сюй Цзинмин не мог поверить.
— Мне ещё повезло. Чуть ближе – и не руку бы раздавило, а голову, — покачал головой Ян Циншо. — Получается, обменял руку на жизнь ребёнка. Оно того стоило. К тому же технологии сейчас продвинутые… Могу тарелки носить, воду наливать.
Сюй Цзинмин молча кивнул.
— Ты сам ушёл из спортуправления? — спросил он.
— Это был акт храбрости. Управление даже наградило меня, поставило в пример. Но без правой руки мне всё же не быть профессиональным тренером. Меня перевели в офис на административную должность. Зарплата около десяти тысяч в месяц. Но это не по мне. Я ведь был в топ-19 мира, а найти работу с доходом в десятки тысяч несложно. Вот и решил пойти своим путём, — объяснил Ян Циншо.
Сюй Цзинмин понимающе кивнул. В спортуправлении зарплаты невысокие. Только хорошие тренеры получали приличные суммы. Например, Лю Хай, главный тренер сборной, имел годовой доход в десять миллионов. А в провинциальной сборной зарплата тренера около пятидесяти тысяч в месяц. Административная должность – обычный клерк. И доходы соответствующие.
— Шо, если тебе что-то нужно, говори, — серьёзно сказал Сюй Цзинмин.
— Ты уже мне очень помог, брат Сюй, — благодарно улыбнулся Ян Циншо. — Остальное оставь на свадьбу. Я хочу, чтобы ты, брат, поскорее женился. Тебе ведь уже тридцать.
— Двадцать девять по григорианскому календарю! — тут же возразил брат Сюй.
— У нас дома считают по лунному, — усмехнулся брат Ян.
— О браке не беспокойся. Через пару месяцев женюсь.
— Вот это новости! Кто невеста? — заинтересовался брат Ян.
— Ли Мяомяо. Только пока никому не говори. И ты обязательно должен прийти на свадьбу.
— Ли Мяомяо? Та самая, которая хорошо поёт? Или просто однофамилица?
— Та самая, — кивнул брат Сюй. — Слушай, мы с Мяомяо не особо разбираемся в браке и детях. А ты уже всё это прошёл. В будущем попроси Сяоюй поговорить с Мяомяо. Подскажет ей что-то.
Лицо брата Яна слегка помрачнело. Он опустил взгляд и сделал глоток воды.
— Мы с Сяоюй развелись, — сказал он.
— Развелись? — брат Сюй был поражён.
— Полгода назад, — кивнул Ян Циншо.
Сюй Цзинмин помрачнел.
«Шо стал инвалидом в прошлом году. Он ведь специализировался на копье! Но без правой руки копьё использовать не выйдет. Даже профессиональным тренером не быть. Поэтому ему пришлось сменить работу. Доход резко упал. И это, вероятно, стало одной из причин развода».
— Сейчас процент разводов высоки… — тихо сказал Сюй Цзинмин.
— В нашем регионе почти пятидесяти процентов, — покачал головой Ян Циншо. — А так… Быть одному даже проще. Меньше хлопот.
Сюй Цзинмин кивнул, но чувствовал горечь, скрытую в этих словах.
— Кстати, я скоро уеду из Биньхая. Собираюсь осесть у себя на родине, — продолжил он, и два друга заговорили о жизни.
Они обсуждали новости и сплетни в индустрии боевых искусств.
Прошло полчаса…
Во время разговора Ян Циншо полностью расслабился, словно снова стал тем студентом из университета и молодым бойцом сборной – беззаботным, живущим боевыми искусствами.
— Брат Сюй… — посмотрел брат Ян на часы, — мне пора. Нужно приготовить ужин сыну.
— Не буду тебя задерживать, — встал Сюй Цзинмин вместе с другом.
— Редко ты навещаешь. Надо бы поужинать вместе, но… — Ян Циншо выглядел неловко.
— Ха-ха, мне всё равно нужно в столицу. Сын важнее. Не переживай, — с улыбкой ответил Сюй Цзинмин.
Он знал, что Шо потерял отца в детстве. Мать сейчас в больнице, жена ушла. Теперь он отец-одиночка. Некому приглядеть за сыном.
«Жизнь у брата Яна стала совсем непростой».
— Я поехал, — сказал брат Сюй, садясь в умный беспилотный автомобиль, вызванный через приложение. Ян Циншо, стоя с рюкзаком за спиной, проводил друга взглядом, надел шлем и сел на электрический мопед. Беспилотные автомобили теперь были в ходу и не требовали водительских прав, но Ян Циншо давно уже продал свою машину…
Полчаса спустя Ян Циншо, купив продукты на рынке, вернулся домой. Это была большая квартира площадью двести квадратных метров. По меркам Цзиньмэня – вполне хорошее жильё, стоившее пять миллионов юаней ещё несколько лет назад.
— Папа!
Мальчик в виртуальных очках лежал на диване. Он радостно снял очки и подбежал обнять отца.
— Привет, приятель. Повеселился? — с улыбкой спросил Ян Циншо.
— Да! На летних каникулах я могу играть сколько хочу! — с восторгом ответил сын. — А ещё утром я играл в математику и китайский. В математике я уже дошёл до пятьдесят пятого уровня по сложению и вычитанию! А в игре по пиньиню прошёл двадцать второй уровень!
— Молодец! — Ян Циншо поцеловал сына.
Мальчик обнял отца с нежностью и наслаждался объятиями.
— Сейчас приготовлю тебе ужин, — сказал Ян Циншо.
— Хорошо! — кивнул мальчик и снова надел очки.
Возле дивана стоял робот. Он был единственным компаньоном ребёнка дома.
«У меня почти нет времени быть рядом с сыном, вот и оставляю его под присмотром робота. Жаль, что я смог позволить себе только самого дешёвого робота первого уровня…» — Ян Циншо с грустью посмотрел на сына из кухни, пока тот играл. Робот первого уровня умел только убираться в доме, присматривать за ребёнком и вести простые беседы.
«Всё, что я могу, – это попытаться сохранить для сына прежний уровень жизни», — окинул Ян Циншо взглядом квартиру.
После развода имущество было поделено пополам. Хотя он и продолжал жить здесь, он должен был выплатить бывшей жене почти четыре миллиона юаней. Всё, что у него было, включая квартиру, уже заложено за два миллиона. Всё это ради расчёта с бывшей.
И как будто этого было мало, мать тяжело заболела и больше не могла помогать с ребёнком. Медицинские расходы были огромны. Квартира уже в залоге, машину Ян Циншо давно продал. Он был по уши в долгах, но должен держаться. Ради сына.
«Бип! Бип! Бип!»
Ян Циншо нажал на наручные часы, и перед ним появилась проекция – худая женщина лет пятидесяти-шестидесяти. Это была его мать.
— Шо, — слабо сказала госпожа Ян. — Я много читала в интернете. Это генетическое отклонение, редкая болезнь. Лекарства только немного оттягивают конец. Полноценного лечения нет. Не траться зря… Лучше позволь мне вернуться домой. Я поживу с внуком. Мне так будет радостнее и тебе станет легче.
— Мам, не волнуйся. Я уже подписал долгосрочный контракт с компанией, деньги будут, — сказал Ян Циншо. — Просто лечись и ни о чём не думай. Завтра в восемь утра я навещу тебя.
— Шо…
Сердце женщины сжималось от боли. Чуть больше чем за год сын стал инвалидом, потерял работу, развёлся, погряз в долгах, стал отцом-одиночкой. И ещё ухаживает за ней… Она чувствовала, что лучше бы ей умереть, но знала характер сына. Если она попросит эвтаназию, это разобьёт ему сердце на всю жизнь.
— Мам, я пошёл готовить. ТаоТао ждёт ужин, — сказал Ян Циншо.
— Хорошо, хорошо, — пробормотала она и отключилась.
Ян Циншо накрыл крышку и молча смотрел, как пламя вырывается из-под кастрюли.
«Как моя жизнь докатилась до такого? — думал он. — Я ведь был элитой! Если бы тогда послушал брата Сюя и тренера: сосредоточился на боевых искусствах, а не влюблялся и не женился так рано… Я бы добился большего и заработал бы больше. И не оказался бы в такой яме…»
Ян Циншо вспомнил прошлое. Он влюбился на первом курсе – это была его первая любовь. После попадания в сборную он продолжал поддерживать отношения через метавселенную. В двадцать два года, едва достигнув брачного возраста, Ян Циншо женился и завёл ребёнка. Он много трудился на поприще боевых искусств, но нельзя отрицать: любовь, брак, ребёнок – всё это отнимает время и силы. Это ограничивало его рост…
— Я не был таким целеустремлённым, как брат. Он сломал ногу, но спустя годы вернулся и вошёл в топ-8 Мирового турнира! Его искусство копья признано во всём мире. Его называют одним из десяти величайших копейщиков в истории, дали прозвище «Демон Копья»! А я ведь тоже был копейщиком… — прошептал Ян Циншо. — Я довольствовался тем, что есть. Хотел проводить больше времени с женой и сыном. Не стал жертвовать многим, как брат Сюй… Прошлое не вернуть и сожалеть поздно. Надо просто идти вперёд…
Ян Циншо опустил голову, открыл интерфейс на часах и начал оплачивать счета: вода, электричество, газ, интернет, молоко для сына, ежемесячные платежи по кредитам…
Он не видел роста в своей карьере. Он по уши в долгах, зажат между сыном и матерью. Он мог полагаться только на себя, ведь был опорой семьи!
Он поднял взгляд и увидел тоненькую фигурку сына, сидящего на диване в виртуальных очках.
«ТаоТао… Папа не может дать тебе многого. Но даже если мне придётся пожертвовать жизнью, я обеспечу тебе счастливое детство и научу стоять на своих ногах в этом мире!»
Аромат тушёного мяса медленно распространился по квартире.
— Папа, как вкусно пахнет! — радостно крикнул Ян Тао, втягивая воздух носом.
— Я готовлю твои любимые свиные рёбрышки. Скоро будет готово, — с улыбкой сказал Ян Циншо.
***
Сюй Цзинмин ехал в скоростном поезде обратно в Биньхай и смотрел в окно.
«Как же так всё обернулось?»
Он знал, в каком положении сейчас находился Шо. Сердце сжималось от боли за друга, но он чувствовал себя бессильным.
«Он стал инвалидом, его карьера разрушена, и вся семья держится на нём…»
— Всё, что я могу, – это помочь деньгами. Но справиться ты должен сам, — тихо сказал Сюй Цзинмин. — Удачи тебе, Шо.
Когда жизнь подбрасывает тебе лимоны, остаётся лишь стиснуть зубы и пережить это.
Обновлено: 15.02.2026