Глава 3 — Глава 2

Глава 2.  Лекарь. В ярко освещённом факелами доме лекаря витал лёгкий, едва заметный аромат лаванды. Мейслон облегчённо вздохнул, поняв, что не во всех зданиях Кахоры пахнет так отвратительно, как в той таверне. Мальчик - то ли помощник лекаря, то ли его слуга - указав юноше на деревянную скамью, исчез где-то в глубинах дома. Перед скамьёй стоял стол, заваленный стопками книг и множеством свёрнутых в трубочки свитков, однако Мейслон не мог разобрать, что в них написано, поскольку дед не успел научить его горанской грамоте... Вскоре в помещение зашёл широкоплечий, круглолицый мужчина, одетый в свободную хлопковую тунику. В руках он нёс небольшой деревянный поднос, на котором лежали белоснежные корпии. Посмотрев на Мейслона, мужчина приветливо кивнул. - Слышал, ты в одиночку разделался с тремя бандитами? - улыбнувшись, глубоким голосом спросил он. Его акцент был совсем не таким, как у людей в шумной таверне. - Это были ничтожества, а не воины, - презрительно скривился юноша. - Где мои инструменты, мальчик? - крикнул лекарь своему помощнику, окинув Мейслона изучающим взглядом. По словам трактирщика Бумар был искусным врачевателем, лучшим не только в городе, но и, возможно, во всем королевстве. - Знаешь, глядя на твою одежду, я вначале я подумал, что ты пришёл из Мюрасэна, но теперь вижу, что ошибся. Ты пришел издалека, - внезапно сказал Бумар, пристально посмотрев юноше в глаза. - Я знаю здесь не так много людей, но как мне кажется, ты тоже родом не из этих мест, - сказал Мейслон, глядя в серебристые глаза Бумара, завораживающие не меньше, чем его гипнотический голос. Мейслон провел в этой стране не слишком много времени, но успел заметить, что оттенок кожи мурасенцев был желтоватым, иногда коричневатым, но никак не красным. - Впечатляет, - усмехнулся Бумар. - Твой ум ничуть не отстаёт от размеров твоих мускулов, юноша. - Это было несложно заметить, - пожал плечами Мейслон. - Возможно, ты прав, - ответил лекарь, забирая у помощника деревянный ящик и ставя его на стол. - Я родился в Бермении, но большую часть жизни провёл здесь, среди мюрасенцев. Ящик был заполнен различными металлическими инструментами, которых Мейслон никогда раньше не видел и небольшими бутылочками, источавшими резкие, порой даже неприятные, запахи. - Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, - парень подозрительно покосился на инструменты. - Я лечил людей на протяжении трёх десятилетий, юноша, - он склонился над рукой Мейслона. - Рана не слишком глубокая, так что волнуйся, - усмехнувшись, он кивнул на свои инструменты, - сегодня они мне не понадобятся. - Эти вещи? Я их не боюсь. В мою плоть порой вгрызались и более уродливые лезвия. - Сегодня мне не понадобятся ни эти, ни какие-либо другие лезвия. Все, что мне нужно, это очистить твою рану, - подняв с подноса кусок ткани, Бумар смочил её одним из зелий. - Однако хочу предупредить - это довольно болезненная процедура. Когда ткань коснулась повреждённой кожи, Мейслон почувствовал жгучую боль. Хотя эта боль была не худшей из тех, что ему довелось пережить, она была довольно неприятной. - Если хочешь, можешь рассказать мне сейчас свою историю, чтобы отвлечься, - сказал Бамар. - Откуда ты родом? Что привело тебя в эту страну? Часть 2 «Почему бы и нет?» - подумал Мейслон. Ему нечего было скрывать. Но вот с чего начать? С первой лошади, на которую его посадили в возрасте четырёх лет? Или о ночах, проведенных у подножия горы, в охоте за ублюдками, едва не уничтожившими его деревню? Или о последней ссоре с отцом? Мейслон в мельчайших деталях помнил его квадратное перекошенное гневом лицо. Его высокий и широкоплечий отец тогда, как обычно, был одет в свою коричневую шерстяную тунику. "Отец, мы не должны им уподобляться!! - пытался образумить его Мейслон. "Должны! Иначе они нас уничтожат!" "Мы не должны наказывать невиновных, отец! Ты сам меня этому учил!" "Забудь о том, чему я тебя учил, Мейслон! Они убили твою мать и сестер! С тобой или без тебя, я подниму воинов, и мы сожжем дотла их деревню!" "Я тебе этого не позволю!" "Попробуй меня остановить, если посмеешь!" Его отец выхватил меч, готовый убить любого, кто встанет у него на пути. Даже единственного сына. - Эй! - несильный удар по щеке вернул Мейслона в реальность. Он, как и прежде, сидел в кабинете лекаря. - Дурной сон? - спросил Бумар. - А я что, уснул? - удивился юноша. - Ненадолго, - ответил Бумар, бинтуя его руку. - Послушай меня, сынок. Сны - это отражение реальности, тень того, что нас гложет. Тебя, судя по всему, тревожит что-то очень серьёзное. Тебе нужен кто-то, кто разделит твою боль. Иначе постепенно ты можешь сойти с ума. - Сойти с ума? – усмехнувшись, переспросил Мейслон и усмехнулся. - А может это к лучшему? - Нет ничего худшего, чем голоса, звучащие в твоей голове, - сказал Бумар, ещё раз проверяя крепость повязки. - Всё, я закончил. - Всё? И никаких раскалённых лезвий? - спросил Мейслон, поглядывая на руку. - Их прекрасно заменяет жгучая смесь. Я покрыл ею твою рану, так что теперь она начнёт очень быстро заживать. Только, не мочи её. - Спасибо, - Мейслон поднялся на ноги. - Чем я могу... расплатиться за ваши услуги? Честно говоря, у него не было ничего, что он мог бы предложить целителю, но и просто развернуться и уйти, он не мог. Лекарь в ответ улыбнулся. - Ты ведь не принадлежишь этой земле, не так ли? - спросил он юношу. - Мы уже об этом говорили. - Я имею в виду Горанию, а не Мюрасен. Мейсолон не был уверен, что ему поверят. Люди Горании считали, что за пределами Великой Пустыни нет никого, кроме демонов. Несмотря на это, он не стал лгать: - Я родился не в Горании. - Я так и знал, - Бумар не выглядел испуганным, как те, другие, кому он решился открыть правду. Его улыбка стала еще шире, а общее волнение выдавал только немного дергающийся глаз. - У тебя странный акцент и необычный внешний вид. Твои чёрные волосы свойственны исключительно жителям Манкола, черты лица - бизонтцам, светлая кожа - берменцам, а мускулистое тело - скандивианам. Внешне ты похож на наших древних предков, о которых говорится в легендах. Берменцы, бизонтцы, скандивиане - слишком много новых слов, как для одного дня. Видимо, дедушка рассказал ему о Горании далеко не все. Но была и хорошая новость - Мейслон явно не был демоном. - Кажется, я придумал, как ты сможешь со мной расплатиться, - Бумар скрестил на груди руки. - Я знаю человека, который остро нуждается в услугах такого сильного воина, как ты. Можешь на ночь остаться здесь, а утром я отведу тебя к нему. Ночь под крышей. Щедрое предложение целителя всколыхнуло в душе Мейслона бурю сомнений. - Так мой долг станет ещё больше... - настороженно сказал он. - Я не требую от тебя никакой платы. Завтра, после того, как мы встретимся с Кусловым, ты вернешься сюда и расскажешь мне всё о своей родине и о себе, - Бумар посмотрел на груды свитков и книг, лежащих на столе. - Я хочу убедиться, насколько эти свитки правдивы. - Погодите! Человек, к которому мы завтра пойдем... - недоверчиво посмотрел на целителя Мейслон. - Его зовут Куслов? - Да. Ты с ним знаком? - Нет. Но мне о нем много рассказывали, - Мейслону хотелось смеяться. Как сказал однажды дед: иногда игры, в которые играет судьба, очень сложно понять.