Я спустился вниз, и подошел к выходу, после чего остановился перед дворецким.
— «Вам не страшно?», — спросил я.
— «Нет, сэр!», — спокойно и равнодушно ответил тот.
Я почесал тыковку, а затем задал интересующий меня вопрос, указывая пальцем на люстру.
— «А как он туда попал?»
— «Господин наемник так усердно пытался туда допрыгнуть, что я взял на себя инициативу и подставил ему стремянку, сэр!», — на полном серьезе ответил дворецкий.
Кажется, мой глаз нервно дернулся. С одной мыслью «Ну, нахер!», я покинул резиденцию.
Глава 20
Глава 19
Утренние пейзажи грязных и серых улочек средневекового городка сияли после поморосившего дождика. Застройка была предельно плотной и, как бы ярко ни светило Солнце, внутри царила тьма и отчаяние. В воздухе веяли злость, растерянность, абсолютная растерянность. И страх…
Не знаю, сколь долго я блуждал, но мне было страшно возвращаться обратно к Нуору. Слишком сложно было принять возможную истину. Истину того, что за меня, возможно, умер другой человек.
«Почему лисичка так поступила?», — витала в голове одинокая мысль. — «Ведь она совершенно меня не знала. Да и при первой встрече я чуть ее не убил. Не понимаю»
Вот так блуждая по улицам, я вышел на малую площадь города, где часто проводились кулачные бои.
В глаза бросилась вывеска местной таверны «Пьянчуга в Тумаках». Под ней виднелся вход в, казалось бы, мерцающее здание пивного заведения. После покосившихся и обшарпанных лачуг в средневековых подворотнях столь низменное здание, предназначавшееся для падших душ, казалось истинным спасением моей собственной заблудшей душе. И я пошёл навстречу своему мессии.
Внутри меня не ждало ничего нового. Легкоузнаваемые и в какой-то мере даже стереотипные бежево-коричневые тона, брёвна, поставленные в южногерманском стиле, на которых и держалась вся конструкция, чередование тёмных оживлённых мест и освещённых всё тем же ярким Солнцем мест светлых, гораздо менее оживлённых. Я решил пройтись и поискать хоть какое-нибудь пустое и тёмное место, но тщетно.
Итак, уважаемые знатоки, вопрос: что может сделать человек, когда ему очень грустно? Естественно напиться до чертиков!
Этим-то я и занялся, попав в таверну. Благо деньги были. Откуда? С тел наемников конечно. Да-да, я — мародер, и что с того?
И я пил и пил. Время тянулось, как яркое цветное и вкусное желе! Такой же казалась и выпивка. Весь мир крутился вокруг меня и в то же время был где-то вдалеке, сам по себе, а я одновременно был его частью и смотрел на него со стороны.
Это была пятая или шестая кружка местного рома, в тот момент в глазах окончательно поплыло и здравомыслие помахало платочком на прощанье.
Остальное я помню отрывками.
Вот, передо мной странный бугай, а вокруг кричит толпа. А вот, все тот же бугай, но летящий прямо в толпу, посредством моего заправского броска, благо силушки было, хоть отбавляй…
А вот я держу за шкирку местного распорядителя боев, а по совместительству дилера ставок.
— «Братиш. А почему со ставки на себя в 15 золотых, ты мне суешь кошель с 40 серебряными? А?», — вопрошал я.
— «Я, я, я просто неправильно посчитал», — сжался тот, после того, как взглянул на раскиданную охрану.
— «Понятно, ну ничего сейчас я научу тебя»
И тут я начал его учить:
— «Щас ты у меня число пи до последнего знака наизусть выучишь!»
…
После идет череда невнятных картинок, а затем веселая рожа Кирслава.
— «Яр, у нас получилось!», — прокричал он мне в лицо.
Я не сразу понял, о чем он, но мне стало веселее. А что это значит? Значит, необходимо продолжение банкета, и теперь у меня был собутыльник!
Итак, на что способны в дуэте пьяный паладин и пьяный некромант? О, этот момент запомнился относительно хорошо. По моим наводкам, Кирслав запилил нечто похожее на луч прожектора, светящего на сцену. В качестве сцены служила главная улица города.
И нет, на сцене выступал не я. Там отплясывала гопака группа из шести скелетов.
А я сидел на небольшом каменном ограждении возле какого-то дома, и собирал деньги за представление.
Пару раз, нашу конторку пытались прикрыть местные правоохранительные органы. На что получали «в морду» листок-лицензию от мэра.
А потом, к нам подошла миловидная девушка, в которой я узнал Иррин.
— «Тьфу, их Нуор ждет, а они тут напились и развлекаются»
— «Эээй, ну чего ты нам атмосферу портишь?», — выдал Кирслав.
— «Во-во», — поддакнул я. — «шуруй на кухню борщ варить, женщина! Как раз и за холодильник сойдёшь!»
Иррин явно разозлилась, вокруг вдруг похолодало.
— «Вот значит как!», — в руке девушки сформировался странный предмет, напоминающий сковородку, вот только была она изо льда. — «Ну, тогда, вот тебе!»
Боль во лбу. Темнота.
…
Пробуждение было болезненным. Особенно сильно болела голова и лоб. Я начал вспоминать и анализировать события.
«Ага, значит, мы с Кирславом набухались и устроили концерт. Стоп, он вроде говорил, что у них что-то получилось. Точно, лисичка, неужели они все же спасли ей жизнь?», — на душе стало как-то легче. — «Так, на заметочку. Не шутить с Иррин по поводу борща и холодильника! Хотя всё-таки как же эта женщина собралась ВАРИТЬ борщ на сковородке, да ещё и сделанной изо льда?! Вот же больная на голову!».
Обновлено: 18.01.2026