Пролог.
Тень воспоминаний.
Скрип тормозов разрывал тишину, яркие вспышки слепили глаза, а крики с передних сидений эхом отдавались в ушах. Всё вокруг сливалось в хаотичное марево: тошнота подкатывала к горлу, и вдруг — ослепительный свет, за которым последовал оглушительный удар. Осколки стекла взметнулись в воздух, небо и земля закружились в безумном танце, меняясь местами. Долгое падение, мрак перед глазами, и ещё один удар — сильнее прежнего. Френк резко сел на кровати, весь в холодном поту, тяжело дыша.
«Опять этот сон», — пронеслось в его голове. Взгляд упал на старые часы, равнодушно показывавшие тридцать семь минут четвёртого утра. Горло пересохло, словно выжженное пустынным ветром. Кошмар, что преследовал его уже пять с лишним лет, вновь ожил в памяти, воскрешая тот ужасный день. Френк откинул одеяло и, встав с кровати, подошёл к окну. Ночное небо, усыпанное звёздами, манило своей безмятежностью.
«Луна сегодня светит так же ярко, как тогда, пять с половиной лет назад, в тот самый день», — подумал он, глядя на серебристый диск, заливающий комнату мягким светом. Постояв у окна, он понял, что сон уже не вернётся. Тихо открыв дверь, Френк босиком спустился по холодной каменной лестнице, ступая осторожно, чтобы не разбудить спящий дом. Его мысли блуждали: чем занять себя в столь ранний час? Ответа не было, пока он не оказался на кухне у холодильника.
«Точно, я же хотел пить», — вспомнил он, открывая дверцу. Быстрый взгляд пробежал по полкам, выхватывая яркую упаковку лимонного сока, словно спрятавшуюся среди других бутылок и банок. Достав её, Френк налил сок в стакан. Холодная волна напитка освежила пересохшее горло. Усевшись за кухонный стол, он вновь устремил взгляд в окно, на звёздное небо.
«И чем заняться в такое время? Спать не хочу, но и делать что-то… тоже не тянет», — размышлял он, медленно потягивая сок. Френк старался не шуметь, чтобы не разбудить приёмных родителей, ставших ему новой семьёй. В доме Гленарванов была ещё их дочь, Линна, на четыре года старше Френка. С ней у мальчика отношения складывались непросто. Линна, голубоглазая девушка с русыми волосами, стройная и уверенная в себе, в школьные годы пользовалась популярностью среди сверстников. Однако к Френку она относилась с холодным пренебрежением, порой даже с неприязнью. В отличие от дочери, Марк и Элен Гленарван, простые люди с обычным достатком, делали всё возможное, чтобы их приёмный сын чувствовал себя частью семьи.
Погружённый в мысли о том, чем занять утро, Френк не заметил, как воспоминания унесли его в прошлое. В то холодное осеннее утро, когда ветер гнал по улицам опавшие листья, а мелкий дождь моросил, как и положено в такую пору, в приюте церкви «Ангел-хранитель» в небольшом городке Клер на реке Стаур появились двое. Френк тогда сидел в своей комнате, глядя на тяжёлые тучи, что стремительно неслись по небу. День казался безнадёжным, как вдруг в дверь постучали. Мальчик вздрогнул, оторвавшись от своих мыслей, и услышал голос воспитательницы, монахини Джой Манглс.
— Френки, к тебе пришли. Мы входим, хорошо?
— Ага, — тихо ответил он. Быстро перебежав по комнате, он забрался на кровать, поджав колени и обняв их руками, и стал молча ждать. Дверь открылась, и в комнату вошла Джой, а за ней — двое незнакомцев: мужчина и женщина в тёмных пальто, слегка промокших от дождя.
— Френк, это мистер и миссис Гленарван, — представила воспитательница. — Я рассказывала о них на прошлой неделе. Они пришли, чтобы усыновить тебя.
Неделю назад Джой действительно упомянула, что его хотят взять в семью, и теперь перед ним стояли те, кто могли стать его новыми родителями. Мистер Гленарван, чуть выше среднего роста, с тёмно-русыми волосами до плеч, растрёпанными ветром, внимательно осматривал комнату карими глазами на худощавом смуглом лице. Наконец, его взгляд остановился на мальчике.
— Привет, малыш, — сказал он с вежливой улыбкой, пропуская вперёд свою жену. Элен Гленарван, ниже мужа, с короткими светлыми волосами, стоявшими ёжиком — то ли от непогоды, то ли по её собственному выбору, — посмотрела на Френка с тёплой добротой в голубых глазах.
— Ну, здравствуй, Френк. Как твои дела? — спросила она, присев на корточки рядом с кроватью.
— Элен, мы выйдем на секунду с воспитательницей? — спросил мистер Гленарван.
— Да, всё в порядке, — ответила она, не оборачиваясь.
Френк встревоженно взглянул на монахиню, уходившую из комнаты. Словно почувствовав его взгляд, Джой обернулась.
— Не волнуйся, я буду за дверью, — успокоила она.
Дверь тихо закрылась, и в комнате повисла неловкая тишина. Никто не решался заговорить первым. Наконец, молчание нарушила Элен. Её голос, спокойный и мягкий, словно разрушал невидимую стену.
— Знаешь, двадцать лет назад я сама была в таком месте, — начала она, стоя у окна, по которому стекали дождевые капли. — Я тоже была сиротой, но по другой причине. Мои родители развелись, когда я была совсем маленькой. Отец после развода начал пить, попал в больницу и там умер.
Френк слушал молча, не отрывая взгляда от женщины. Она повернулась спиной к окну, за которым дождь набирал силу, и продолжила:
— Мне тогда было четыре года. Я не помню, почему они развелись, но помню, как мне было грустно. Через год после смерти отца моя мама погибла при пожаре в культурном центре. Я осталась с няней и не пострадала, но родственники отказались взять меня к себе. Так я оказалась в приюте, где выросла и училась, а потом начала работать.
— Вас не удочерили? — удивлённо спросил Френк.
— Нет, — ответила Элен. — Я провела в приюте тринадцать лет. Поэтому я знаю, что ты чувствуешь, и хочу помочь. Я наблюдала за тобой, когда приходила сюда, и знаю, что ты хороший парень, хоть и стеснительный, — добавила она с весёлой улыбкой.
— Но я некрасивый, у меня шрам на лице, — воскликнул Френк.
— Да, шрам есть, но это поправимо. И, как говорят, шрамы украшают мужчину. Мне это не важно, — твёрдо сказала она.
Френк смотрел на неё с изумлением. Дети в приюте, его ровесники и старше, дразнили его из-за шрама, называли уродцем, и он часто чувствовал себя никчёмным. Но слова Элен, её уверенность, что шрам не имеет значения, сбивали его с толку.
— Так что, пойдёшь к нам жить? — весело спросила она. — Скучно не будет, обещаю. У нас есть дочка, ей десять, её зовут Линна. Надеюсь, вы подружитесь.
Френк задумался. «Почему бы и нет? Здесь мне ничего не светит, а там — люди, которые хотят взять меня в свой дом», — пронеслось в его голове.
— Юноша, ты чего не спишь в такое время? — голос мистера Гленарвана вырвал Френка из воспоминаний.
Мальчик обернулся. На пороге кухни стоял приёмный отец, с взволнованным и слегка растерянным видом. За прошедшие годы он почти не изменился, разве что сменил причёску и обзавёлся очками.
— Доброй ночи, пап, — ответил Френк. — Мне не спится.
— Понятно. Мне тоже, хоть завтра и концерт, а я не могу уснуть, — уныло пожаловался Марк.
— Пап, хочешь пить?
— Не откажусь.
— Как насчёт свежего воздуха? Я как раз собирался выйти подышать, — предложил Френк.
На улице лёгкий ветерок нёс ароматы цветов и свежескошенной травы. Городок спал, лишь изредка тишину нарушали звуки ночных обитателей: шорох крыльев летучих мышей, стрекот сверчков да далёкое уханье совы, провозглашавшей себя хозяйкой ночи. Марк достал трубку, чиркнул спичкой, и в воздухе разлился запах яблочного табака.
— Не говори только маме, — выдохнув дым, попросил он. — Не могу унять мысли.
— Хорошо, но тебе стоит бросить, это вредит здоровью, — заметил Френк, любуясь звёздным небом. — Я верю, пап, завтра всё пройдёт отлично. Ты ведь здорово играешь.
— Ты придёшь завтра? Элен сказала, у неё много работы в конторе, но она постарается отпроситься. А Линна… её это, конечно, не интересует, да и она едет за учебниками в Лондон. Не успеет на концерт, — с грустью сказал Марк.
— Конечно, приду, — бодро ответил Френк. — Мне завтра всё равно нечего делать. До учебного года две недели, но я уже готов хоть сейчас в школу. Странно, что Линне нужно ехать за учебниками именно завтра. Неужели нельзя в другой день? — пробурчал он, почёсывая затылок и скорчив гримасу.
— В её школе, увы есть определённый день для покупок, — выдохнув дым, ответил мистер Гленарван.
— Ну что за странная школа, хм!
— Вы сегодня снова повздорили?
— Так получилось. Я попросил у неё плеер на пробежку, мой-то в ремонте. А она заявила, что он провоняет, если она мне его даст, — обиженно пыхтя, ответил Френк, присев на корточки рядом с отцом.
— Не злись ты так. Хочешь, я тебе куплю другой?
— Спасибо, не стоит. Завтра заберу свой из ремонта, — спокойно ответил Френк, уже отходя от обиды, но всё ещё для вида дуясь.
— Ну, подышали, пора спать. Уже почти четыре, — сказал Марк, затушив трубку и направляясь к дому. — Не задерживайся, Френк.
Дверь за ним закрылась. Небо начало светлеть. «Надо хоть пару часов вздремнуть перед пробежкой», — подумал Френк и тоже вошёл в дом.
Утро встретило его ярким светом. Часы показывали полседьмого. За окном уже кипела жизнь: машины сновали по улицам, люди спешили по делам. Обычный августовский день в Клере. Умывшись и надев свободные штаны и ветровку, Френк вышел из дома и, добравшись до тротуара, направился к парку, перейдя на лёгкий бег.
— Чем бы заняться до вечера? — размышлял он вслух, пробегая мимо витрин. — Может, съездить куда-нибудь или сходить в порт к Ленксу?
Ленкс Адамсон, его одноклассник и друг, часто бывал в порту, где работал его отец. Френк решил, что после пробежки заглянет туда. Но, погружённый в мысли, он не заметил, как оказался в парке. Клерский парк был почти пуст: лишь дворник неспешно сметал опавшие листья. Несмотря на середину августа, деревья ещё утопали в зелени, а клумбы пестрели цветами.
Френк решил изменить маршрут, пробежав лишний круг по парку, а затем направиться в порт. Зимой предстояли соревнования по карате для детей старше двенадцати, и он хотел подготовиться, чтобы показать всё, на что способен. Это был его первый серьёзный турнир, и он горел желанием победить.
Оббегая парк, Френк заметил у пруда Линну, оживлённо спорящую с каким-то парнем. Оба были в спортивных костюмах. «Не буду вмешиваться пока», — решил он, наблюдая издалека. Но вдруг парень схватил Линну за руку, и до Френка донеслись её слова:
— Отпусти, козёл, больно же!
Поняв, что дело принимает дурной оборот, Френк поспешил на помощь. Линна, конечно, не раз подшучивала над ним, но она была его сестрой, и он не мог допустить, чтобы с ней так обращались.
— Простите, что вмешиваюсь, но ты мог бы её отпустить, — вежливо, но твёрдо сказал он, подходя.
— Ты ещё кто такой? — раздражённо бросил парень, возвышавшийся над Френком на полторы головы.
Он выглядел как модель с обложки: коротко стриженый блондин с серыми глазами, одетый по последней моде. Френк даже поморщился от его чрезмерной «глянцевости».
— Ты что тут делаешь? Я тебя не звала, сама разберусь. Иди отсюда! — зло выпалила Линна, явно раздражённая.
Френк перевёл взгляд на парня.
— Мне кажется, или я тебя знаю?
— Вряд ли. Вали отсюда, — огрызнулся тот.
— А, вспомнил! Ты же местный Казанова, Ален Макенси, верно? — не унимался Френк. — Знаешь, о тебе уже дурная слава ходит. Сестра, этот тип, говорят, встречается сразу с пятью девушками.
Линна тут же уставилась на Алена, требуя объяснений. Лицо блондина побледнело, затем покраснело.
— Что скажешь в своё оправдание? — спросила она, уперев руки в боки.
— Он врёт! Ты что, поверишь этому сопляку? — отчаянно замахал руками Ален.
— Этот сопляк — мой брат! — отрезала Линна. — Он суётся не в своё дело, но врать не станет!
С этими словами она влепила Алену звонкую пощёчину. Тот в ярости замахнулся, но Френк, отточенным движением блокировав удар, сжал его кулак.
— Не смей поднимать руку на мою сестру, урод! — выкрикнул он и, как учили на тренировках, нанёс резкий удар снизу в нос.
Раздался хруст. Ален взвыл, схватившись за лицо, из которого хлынула кровь.
— Зараза, ты мне нос сломал! — завопил он.
— Теперь с таким лицом у тебя девушек поубавится, — ухмыльнулся Френк, повернувшись к Линне, которая стояла в шоке.
— Ну, держись, — пробормотал Ален, сжимая кулак и замахиваясь.
— Берегись! — крикнула Линна.
Френк резко обернулся, готовясь к удару, но не успел. Яркая зелёная вспышка и странный узорчатый круг мелькнули перед глазами, и в следующее мгновение его с силой отбросило к дереву. Голова загудела, в глазах заплясали искры, и мир погрузился во тьму. Последнее, что он ощутил, — жгучая боль в груди и затылке.
Свет. Гудение мотора. Звёзды медленно плыли за окном. «Где я?» — подумал Френк, оглядываясь. Впереди сидели его настоящие родители. «Я в машине. Мы ехали через горы поздно вечером».
— Мам, когда мы приедем? — услышал он свой собственный голос.
— Сынок, ты проснулся? Скоро, скоро приедем в отель и отдохнём, — ответила молодая женщина с длинными рыжими волосами и зелёными глазами, обернувшись к нему.
— Потерпи, Френк, минут десять осталось, — добавил мужчина с чёрными, торчащими ёжиком волосами, не отрываясь от дороги. Взглянув в зеркало заднего вида, он спросил: — Есть не хочешь?
— Неа. Только пить, — сонно ответил Френк.
— В сумке рядом с тобой твой любимый лимонный сок, — сказал отец, ведя машину.
Музыка тихо играла, машину покачивало на поворотах. Вдруг рядом с дорогой полыхнула алая вспышка, за которой последовал взрыв. Камни ударили по лобовому стеклу.
— Диг, что это было? — воскликнула мать. Ещё одна вспышка, теперь ближе, справа. Машина накренилась от взрыва.
— Мерри, это люди Оркона! Держитесь! — крикнул отец, вдавливая педаль газа.
Машина рванула вперёд. Мерри, размахивая руками, указывала на небо, откуда летели вспышки. Бледно-голубые круги с незнакомыми символами срывались с её рук и устремлялись вверх.
— Мама, что происходит? Мне страшно! — заплакал Френк, съёжившись на заднем сиденье.
— Не бойся, ложись на пол и держись за кресло! Диг, их слишком много! Как они нас нашли? — крикнула Мерри после очередного взрыва. Машина задела ограждение, раздался пронзительный скрип.
— Дорогая, они пришли за ним! Надо что-то делать! — кричал отец, выпуская в небо красные вспышки и пытаясь удержать машину.
— Сынок, послушай, я дам тебе кое-что. Оно защитит тебя. Никому об этом не говори, — сказала Мерри, доставая из сумки небольшую статуэтку. Она быстро зашептала странные слова, и статуэтка засветилась алым светом. В её руках появилась алая сфера.
— Френки, не бойся, это не больно, — сказала она, коснувшись сферой его груди.
Свет втянулся в тело мальчика, наполнив его тёплым ощущением, словно тёплая вода растекалась внутри.
— Печать! — воскликнула Мерри.
Голубая вспышка ослепила их. Машина врезалась в ограждение, проломила его и покатилась вниз по склону. Стёкла разлетелись, салон закружился, верх и низ сменялись в бешеном вихре. Острая боль пронзила лицо Френка — осколок стекла полоснул по коже, кровь залила глаза. Удар за ударом, тошнота накатывала волнами. Последнее, что он почувствовал, — мать, прижимая его к себе, гладила его по голове, шепча что-то едва слышно.
— Эй, ты в порядке?
Френк открыл глаза. Всё плыло перед глазами.
— Линна, это ты? — пробормотал он, морщась от боли в затылке и груди.
— Да, я. Кого ты ещё ждал? — буркнула сестра, помогая ему подняться. — Стоять сможешь?
— Думаю, да. А где этот… как его? — спросил Френк, потирая затылок, не в силах вспомнить имя парня.
— Макенси? Вон там валяется, — кивнула Линна в сторону Алена, лежащего неподалёку. Его лицо покрывали синяки.
— Тебя лучше не злить, — ухмыльнулся Френк.
— Идём домой, надо обработать твой затылок.
— Да ладно, я лучше в порт…
— Сказано домой — значит домой, — отрезала Линна, легонько хлопнув его по затылку.
— Ай, моя шишка! — взвыл Френк, схватившись за голову.
— Вот видишь.
— Линна, что это было? Что Ален сделал со мной?
— Забудь! — резко оборвала она, явно не желая говорить. — Идём скорее.
Молча, они направились домой.
Обновлено: 19.02.2026
Комментарии к главе
Загрузка комментариев...
Том 1 Глава 1 — Пролог. Потерянное воспоминание. — Хроники Блада Френка.