Том 5 Глава 44 — Принцесса приходит на ночёвку

Все события происходили не только вокруг меня, но и Орихары-сан. Её подруга, Мираи Юки связалась со мной. Похоже она была в курсе дел. Женщина позвонила, потому что переживала... Так я думал. Но она была не слишком взволнована. «... Надо же. Твой отец женится на Кисаки-сан, значит вы теперь родственники... Химе станет твоей тётей». — ... Верно. Прямо как по плану «если встретим знакомых, прикинемся родственниками». В случае чего мы бы говорили, что Орихара-сан моя тётя. А она теперь и правда тётя. Ложь стала правдой. И ещё. В семьях тёти тоже записываются по-разному... Тётя — которая младшая сестра отца или матери. Тётя — которая старшая сестра отца или матери. ... Как-то так. В нашей семье появятся старшая и младшая сёстры. Хотя тётя остаётся тётей. Когда Кисаки-сан станет моей мачехой, Орихара-сан будет тётей. — Это... Только не говорите Орихаре-сан, что она теперь моя настоящая тётя. Думаю... Нет, это наверняка её покоробит. «Ну да», — сказала Юки-сан: «Ещё как покоробило». — ... Я опоздал? Над ней уже успели поиздеваться. — П-прекратите. Орихара-сан из-за этого и правда переживает. «Хи-хи. Прости. Хотя такие шуточки Химе переживёт», — весело продолжала женщина: «Было тяжело, но вроде вы она в порядке». — Да, вроде. «Ты Химе предложение сделал? Когда тебе исполнится восемнадцать, вы поженитесь». — ... Она и это рассказала? «Она странно себя вела, вот я и стала задавать наводящие вопросы. Она тут же призналась». Эта Орихара-сан... Ну, со сдерживанием эмоций у неё всегда было плохо. К тому же это Юки-сан, перед ней бы она не устояла. «Хи-хи-хи. Химе выйдет замуж... Быстрее бы прошли эти два года», — в приподнятом настроении сказала женщина. Явно подшучивала... Но точно не издевалась. Голос был чистым и радостным. «Как подруга я немного переживаю, но похоже моя помощь не понадобится. Я звоню... Чтобы просто сказать, чтобы ты не спешил». — Не спешил? «Не ляпнул, что бросаешь школу и будешь искать работу». — ... А. Вообще я об этом немного думал. Подумал и отклонил идею. — Я конечно думал об этом... Но это точно не для меня. Так я точно никого счастливым не сделаю, — усмехнулся я. — Пусть я высокий... Но всё ещё ребёнок, и так внезапно взрослым не стану. «... Ты взрослый, Момота-кун», — спокойно сказала Юки-сан. Ребёнку сказали, что он взрослый. — Взрослый?.. «Ты понимаешь, что ребёнок и пытаешься ухватиться за недостижимое. Ты собраннее, кто считает себя взрослыми». — ... «Тянуться не так уж и плохо, но тут важно уметь твёрдо стоять на ногах. Думаю... Ты понимаешь, о чём я». Абстрактно, но в целом я понял, о чём она. Тянуться... Твёрдо стоя на ногах. «Похоже я всё же зря переживала. Да уж... Прямо как старуха какая-то. Похоже и в моём случае годы берут своё», — начала бурчать она: «Оставляю Химе на тебя, Момота-кун. Мою самую дорогую подругу». — ... Да, — в ответ ей, я кивнул. И вот. Настали адские выходные. В этот день новая мама пришла к нам переночевать. Вечером отец поехал за Кисаки-сан. Я и сестра договорились поужинать с ними. — ... Не знаю, понравится ли вам. — О, что от тебя и ожидалось, Кисаки-сан. Ты отлично готовишь. — Не нахваливай меня, Сигеру-сан. Они ворковали как новобрачные. На столе были свинина с имбирём, маринованные баклажаны и шпинат. А ещё мисо-суп. «Хочу в традиционном стиле!» — попросила Кисаки-сан, и Орихара помогла ей с меню. — Ага, вкусно. — П-правда, Сигеру-сан? — Правда вкусно, Кисаки-сан. Каждый день бы так ел. Оставайся жить у нас, Кисаки-сан. — Каеде-тян... С-спасибо. На похвалы отца и сестры, Кисаки-сан от всего сердца улыбнулась. — А тебе как, Момота-кун? — спросила она. На лице была мягкая улыбка, а вот в глазах я её не ощущал. «Мне нужен хороший ответ». «И не сравнивай с готовкой Химе-тян». Я прямо слышу, как она это говорит. — Очень вкусно. Кисаки-сан отлично готовит. — Спасибо, Момота-кун. Не стесняйся, ешь ещё. Мы улыбнулись друг другу. Идеально. Идеально общаемся. Прямо мачеха и пасынок, которые встретились сегодня во второй раз. Ну... Если не знать обстоятельств, разговор и правда нормально проходит. Уже не облажались как в прошлый раз, если морально подготовиться, то вполне можно справиться. Всё шло отлично... Однако. Мы не заметили фатальный просчёт. — М-Момота-кун?.. — с подозрением спросил отец. — Кисаки-сан... Почему ты только Каору по фамилии зовёшь? «... М?!» У нас одновременно дёрнулись лица. Блин! Совсем забыли, как надо обращаться! Кисаки-сан всё время звала меня «Момота-кун», но сейчас это звучит странно. Новая мама зовёт нового сына по фамилии! Будто... Так и пытается показать неприязнь! Будто только со мной она не уживётся! — А, это, ну... В-всё не так, Сигеру-сан! Это... Просто подростка в период полового созревания, это ведь трудный возраст, вот так внезапно начать звать по имени... Да, Момо... К-Каору-кун? Моей поддержки хочет?! Про трудный возраст говорит и поддержки просит?! — Н-ну да. Возраст и правда трудный. И как бы вроде хотелось бы, чтобы по имени назвали... — я со своим трудным возрастом осторожно подбирал слова. Уже не знаю, что делать. Пока мы паниковали, отец с подозрением посмотрел на нас. — Отец. Еда, — сестра встала и указала рукой. — А... Нет, я наелся. — Ты о чём? Тут домашняя еда, а ты есть не хочешь. — М. И-и правда. После слов сестры, отец продолжил есть. Смогли удачно уйти от темы. Я и Кисаки-сан вздохнули. И поблагодарили сестру. Были проблемы, но ужин прошёл вполне спокойно. Мы переместились в гостиную и стали общаться. Кисаки-сан показывала фото с УЗИ. Плод на третьем месяце ещё совсем маленький... Но уже начинает походить на человека. Рук и ног пока не видать, но голову и тело разглядеть можно. Смотря на фотографии, мы обсуждали, кто будет, мальчик или девочка, и придумывали имя. Ребёнок объединяет... Может это немного не так, но с ним ряд проблем сходит на нет. Напряжённость пропала, и стало так спокойно, время после ужина протекало быстро. Мы помылись, и настало время идти спать. У всех троих были свои комнаты, и Кисаки-сан постелили футон для гостей на первом этаже. Она могла бы спать с отцом в одной комнате, но... В общем, да. Как бы во время первой ночёвки спать вместе... Какое-то странное беспокойство за нас. Эх... Даже не знаю. Разговоров про «что насчёт следующего ребёнка» не было... Но наверное стоит готовиться. Когда я и сестра легли спать, Кисаки-сан вполне может ринуться в бой со своей стратегией без защиты. Ну это. Даже думать не хочу. — Эх... Было уже больше одиннадцати... Я лёг в кровать и вздохнул. От усталости и облегчения. Морально я был истощён, но радовался, что ничего не случилось. Кисаки-сан слегка нервничала, но мы справились благодаря общительности моей сестры. Похоже она не врала, когда сказала, что на первом месте для неё новая мать и ребёнок. Перед сном я написал Орихаре-сан. «Всё прошло без проблем», — отправил я сообщение, и пришёл ответ «слава богу» с плачущим смайликом. Мы пожелали друг другу спокойной ночи и я положил телефон на тумбочку. Когда закрыл глаза, подкралась сонливость. Проваливаясь в дремоту... Я ещё не знал. Я думал, что всё закончилось... Но это было не так. Путешествие не закончится, пока не окажешься дома. И ночёвка не подойдёт к концу, пока гостья утром не покинет дом. Что же будет дальше... Мне снился сон. Сон из тех, когда ты понимаешь, что это сон. Странное чувство, будто я летаю, но при этом было понятно, что сплю. Просто ведь... Такого не может быть на самом деле. Настоящая Орихара-сан такого бы не сделала... — ... Эй, Момота-кун? Нежный, томный голос. Я лежал на кровати, а она была рядом. Оплетая меня пухлой ножкой, она водила тонким пальцем по моему телу. И без стеснения прижималась большой грудью. — Продолжим то, что начали? — сладостно прошептала она. Предложила таким чувственным голосом. — Прошу. Я больше не могу терпеть!.. — ... А. Это сон. Точно сон. Только сон и может быть. Настоящая Орихара-сан не сказала бы такого. Такого не может быть на самом деле. Блин... Вот и что мне снится? Всё из-за неудовлетворённости? Я никак успокоиться не могу после того, как мы в отеле прервались? — Момота-кун... Можешь лежать. Я сама всё сделаю. Эх, да уж. Сам себя не понимаю. Пусть это сон, но когда Орихара-сан ведёт себя так... Это очаровательно-разрушительно. Такая резкая смена образа. Она ведь не шлюшка. Не такая, как Кисаки-сан. Орихара-сан краснеет от стыда, когда мы за руки берёмся, такая милая. Она не такая дерзкая. Иногда она может что-то выкинуть, но при этом будет стыдиться, хотя я этому даже рад. Она от стыда умереть может, но если «это ради меня», то будет стараться, потому она такая милая, и может даже стыд отбросить. ... Ну и вообще. Если спросить, есть ли в этом что-то плохое, то точно нет. Как мужчине мне бы хотелось играть ведущую роль... Но я бы соврал, если бы сказал, что не хочу, чтобы она повела. Больше всего я люблю обычную Орихару-сан, но и такая развязная Орихара-сан... Очень даже ничего. К тому же это сон. Я бы и в реальности насладился шлюшкой Орихарой-сан. А во сне я и подавно могу отбросить стыд и делать всё, что захочу! Типа того. Да. Будучи подростком в период полового созревания я наслаждался развратным сном... Но сознание стало проясняться. И меня вернуло в реальность. Там где я узнал жуткую правду о том, почему мне это снилось... — ... Ах. Я слышал сладостные стоны. Постепенно я просыпался. Ото сна в реальность... Но почему-то ощущения остались теми же. Нога оплетала меня, тонкие пальцы бегали по телу, а огромная грудь прижималась. — Ах... Проснулся. В заспанной голове прозвучал сладкий голос. — Прости... Я ещё напряжена и не могу уснуть. Потому решила тебя побеспокоить. — ... — Понимаю, что не должна. Но... Мне так одиноко. Ведь когда этот день закончится, мы опять какое-то время не увидимся. — ... — Пока ещё не стабильный период... Потому стоило бы избегать прямого контакта... Но можешь не переживать. В остальном я сделаю для тебя всё. — ... — Потому можешь продолжать лежать. А я обо всё позабочусь. Ни о чём не переживай и доверь мне своё тело. Она добавила «Сигеру-сан». Голос, как если бы обращалась к самому любимому человеку. И тут... Я окончательно проснулся. — К-Кисаки-сан?! Я подскочил и сорвал одеяло. Там была Кисаки-сан. Моя новая мама прижималась к телу своего нового сына. Близкий контакт матери и сына — это уже перебор. — Кья! А... П-прости... Тебе не хочется? Н-но я сама очень переживаю... И сейчас могу лишь... А? Извиняясь, она посмотрела мне в лицо. В комнате было темно, потому мы плохо видели друг друга... Но из-за близкого контакта Кисаки-сан была буквально в сантиметре от меня. Теперь узнала. — М-Момота-кун?! — ... Что ты делаешь, Кисаки-сан? Я обречённо вздохнул и поражённо заговорил. Вот ведь. Да уж. Чем она занимается?.. Я был удивлён, а на её лице появились шок и стыд. — А, а... А? Так это комната не Сигеру-сана?.. Он говорил наверх и прямо. — Комната отца напротив... Наверху справа моя комната, а слева отца. Не знаю, что именно ей отец сказал, но скорее всего и правда что-то вроде «наверх и прямо». Моя комната была рядом, и Кисаки-сан ошиблась. Да. Кисаки-сан направлялась в комнату моего отца. Тайком, когда все уснули. Её цель... Тут даже думать не надо, да и не хочется, но она всего одна. — Ночной налёт устроить решила?.. — Н-нет!.. Не в этом дело, не в этом... Просто... Было так одиноко! Как раз в этом. — Просто так мало возможностей увидеться с Сигеру-саном... К тому же когда узнал, что я беременна, он начал бережнее относиться к моему телу, и совсем со мной этим не занимается... — Это ведь вроде хорошо... И можно было сегодня потерпеть? От сонливости и неловкости я уже начал грубить. Просто ведь... Что за ситуация вообще такая? Я-то думал, что всё благополучно закончилось. Зачем было тайком в спальню прокрадываться? К тому же... Так неудачно. Собралась, так вперёд, но чтобы я и сестра ничего не заметили. Так фатально опростоволосилась... Она с сестрой прямо копия. Всё одна кровь. — П-просто... Если упущу этот шанс, неизвестно, когда следующий выпадет... И даже когда встречаемся, это не значит, что всё к этому идёт. — Эх... Вот как? — Что за взгляд такой?.. Смотришь, как на какое-то вульгарное создание!.. В-вообще-то я почти твоя мама, Момота-кун! А ты так на маму смотришь!.. — ... Сомневаюсь, что матери забираются под одеяла своих сыновей. — Я-я просто ошиблась!.. У-у... Какая я дура... Теперь и Момота-кун меня зрелой шлюшкой считает! — ... — Ты чего молчишь и взгляд отводишь?! Даже если соврёшь, мог бы поддержать! У, у-у... Хи-и. Кисаки-сан расплакалась прямо на моей кровати. — Не хочу... Почему так случилось?! Я ведь старалась стать хорошей женой... Хотела стать хорошей матерью!.. Она разрыдалась. Я думал её поддержать, но если честно, самому хотелось расплакаться. Где-то после двух часов ночи. Чтобы отец и сестра не проснулись, я отвёл плакавшую Кисаки-сан на кухню. Ночью лучше не пить кофе или чай, а во время беременности кофеин даже вреден, как я слышал. Потому я остановился на тёплом молоке. — Прошу. — Хи... Шмыг... С-спасибо. Я протянул разогретое в микроволновке молоко, и Кисаки-сан, шмыгая носом, взяла кружку. А потом высморкалась в салфетку. Похоже немного успокоилась. — Хнык, хнык... Это... Прости, Момота-кун. Похоже я... Предстала не в лучшем свете. — ... Да нет. Только так я и смог ответить. «Что, правда?!» — хотя крикнуть хотелось это. — У-у... Эх, блин, и как так вообще вышло?.. Я слышала от Сигеру-сана, что у него сын-подросток, и думала, что буду стараться, чтобы он звал меня мамой... Но я и подумать не могла, что мы уже знакомы. — ... — Я думала, что перед детьми смогу вести себя как чистая и невинная мама... Но не вышло. Ведь ты знаешь, какая я. Даже знаешь, что это я его в отель позвала! Как мне после такого хорошей матерью быть?! — ... Прости. Оставалось лишь извиниться. Тут никто не виноват... Но я должен был высказать сыновье «прости». С ней точно будет непросто. Что ни строй, как ни готовься, всё пойдёт под откос. Теперь мне неловко, но и Кисаки-сан тоже. Всё же её новый сын... Тот, с кем она обсуждала любовные дела. Ещё и разговаривала со мной про походы в отели. Конечно неловко. — Э-это, Момота-кун, хочу, чтобы ты правильно понял... Я полезла не из-за неудовлетворённости, — смущённо, но решительно сказала Кисаки-сан. — Н-нет, ну и из-за этого немножко тоже... Но в первую очередь потому что... Не хочу, чтобы Сигеру-сан мне изменял. — Изменял... — Н-не то, чтобы я ему не доверю! Доверяю... Но всё же мне тревожно. Голос становился тише. — ... По телевизору и люди вокруг говорят... Когда жёны беременны, мужчины часто изменяют. Пока не настанет стабильный период, этим заниматься нельзя, и многие мужчины ходят налево. И потом... Когда живот становится большим, некоторые перестают воспринимать женщину как полового партнёра. — ... — Мы знаем друг друга менее полугода... Потому нашу связь можно по пальцам пересчитать... Но я забеременела... И теперь не могу этим заниматься. Сигеру-сан добрый, он бережёт меня... Но поэтому и беспокойно... — ... Я смутился, понимая, что опять начались пикантные разговоры... Но тема была серьёзной. Она и правда серьёзно думала об этом. Женщина уже состояла в браке. И после измены мужа у неё осталась травма. Нельзя это так просто оставлять. Женщина передо мной и правда очень переживает из-за этого... — Потому, потому... Я и хочу выжать его, чтобы у него не появилось желания пойти к другой. — ... Н-нельзя это так просто оставлять. Наверное. Сказанное ею имеет смысл. Наверное... — Как сын... Я могу попросить лишь верить в моего отца. — ... Понимаю. Сигеру-сан... Не такой как мой бывший муж. Он не такой, я хочу в это верить. Я всё понимаю, но... В глазах была тревога, а на губах болезненная усмешка. — Эх... Не могу. Я только о плохом и думаю. Один раз я уже ошиблась, и теперь боюсь снова ошибиться. — Ошиблась? — ... Да, ошиблась. Я же рассказывала? Я уже была замужем, и оказалось, что выбрала не того. Вышла замуж не за того, кто предначертан мне судьбой. Потому это была большая ошибка... — ... Думаешь? — спросил я. У не ожидавшей такого Кисаки-сан округлились глаза. — А? — А... Прости. Я не хочу сказать, что твой брак был ошибкой и не защищаю твоего бывшего мужа... Просто. — Просто? — Просто... Я слышал разговор в комнате Орихары-сан, — говорил я. — Ты всё время говоришь, что выбрала не того. Он не тот, не он твоя судьба... Так... Будто первый брак был какой-то ошибкой. В голове я прокрутил тот разговор. То, о чём женщина говорила, чтобы заставить нас расстаться. Мы были готовы перебороть любые трудности... А она говорила, что любовь слепа. ... Многие часто принимают не того за свою судьбу. ... Такова реальность. ... Любовь делает людей слепыми. ... Со мной так и было. ... Я... Ошиблась в выборе. ... Не того приняла за свою судьбу. — ... Измены мужа стали причиной развода... И я не представляю, насколько тебе было больно. И теперь ты пытаешься откреститься от супружеской жизни, — однако я продолжил. — И потому ты говоришь, что это ошибка, и ты выбрала не того... И это как-то печально. — Печально?.. — Печально. Ведь ты отказываешься от чувств, когда любила того человека. — Это... — Кисаки-сан не знала, что сказать. У неё не осталось сожалений по поводу бывшего мужа... Она отказалась от тех чувств и стала двигаться вперёд. Потому и отца она любит со всей серьёзностью (наверное). Но. Что бы она ни думала сейчас... Любовь к её бывшему мужу была настоящей. — ... Ч-что ты пытаешься сказать, Момота-кун? — нахмурив брови, недовольно заговорила она. — Что я ошиблась, когда рассталась с бывшим мужем? — Нет, не это, — я тут же замотал головой и продолжил. — Не знаю, как бы лучше объяснить. Просто я всё думаю... А есть ли тот, кто предназначен судьбой? — Предназначен судьбой... — Вообще вопрос, что значит это слово «судьба»... Но мне кажется, что этого судьбоносного человека просто не существует. Он становится судьбой, просто потому что мы его выбрали и будем с ним счастливы. — ... — Когда-то отец говорил. — Сигеру-сан? — То, что ты выбираешь в жизни, на самом деле не так уж и важно. Я вспомнил их. Слова отца, сказанные мне, когда я учился в третьем классе средней школы.