Глава 17 — Глава 3.1. Баскетбольный матч

Просьба автора: ​​​​​Перейти на главную страницу "Выбор и безальтернативность" и оценить произведение. Не забывайте, "спасибо" под каждой главой и комментарии очень мотивируют работать быстрее.    Вступление Ненависть и равнодушие Помнится, это была средняя школа. Кажется, класс первого года обучения: тогда мимолётно ступало начало осени. На улице стояло яркое, палящее солнце, щебетали улетающие на юг птицы, а порой мимоходом продолжал свой путь прохладный ветерок. У нас проходил урок физкультуры, и в том месяце для мальчиков был футбол, нежели бейсбол. Естественно, эта игра мало кому нравилась. Я же находился в числе тех, кому было побоку, — меня всё равно никогда не брали в игру, ха-ха… Когда мы достаточно потренировались и обрели должные навыки игры, учитель стал выпускать нас на поле чаще, а сами матчи становились продолжительнее. И в одном из таких матчей впервые дали поучаствовать и мне. Вроде бы меня взяли по причине травмы другого ученика команды — питчера, — так что мне пришлось подавать. Тогда ко мне подошёл сильный парень немного грубоватой внешности и пухлым, свисающим животом, который в пору мог стать ему бронежелетом. Своим хулиганским видом и манерой говорить, он напоминал лидера какой-нибудь школьной банды или шайки во дворе. Сжав моё плечо, он шепнул на ушко: — Не дай бог мы из-за тебя проиграем — наизнанку выверну, понял? На самом деле, страха я не испытывал, хоть и выглядел он в тот момент крайне устрашающе и вызывающе. Я мельком кивнул ему и пошёл на свою позицию. Третьим бэттером в тот день выступал популярный парень, стоящий у всех на ушах. Даже в момент игры девушки болтались за сеткой и наблюдали за ним, — однако я не испытывал к нему неприязни в отличие от моих «товарищей» по команде. По правде говоря, я… вообще ничего к нему не испытывал. Мне бросили мяч — я ловко поймал его бейсбольной перчаткой, после чего взял мяч подающей, правой рукой и решил его осмотреть. В тот день я уже понимал, что это моё первое и последнее участие в матче. За сеткой уже слышались слова в роде: — Кто это? — Первый раз его вижу. — Должно быть, он из другого класса. «Дура! Я с тобой в одном классе!» — озлобленно подумал я в тот раз, но промолчал. Этот бросок являлся последним, решавшим победу или вероятное поражение моей «команды», поскольку обе выступали равными по силе. От принятия этого броска зависело, кто станет ведущим, а кто — преследующим; кто станет атакующим, а кто — защищающимся. Третий аут — и шансы на победу противоположной команды сводятся к минимуму. Два страйка и три болла лежат на плечах их последнего бэттера. Для него не отбить последний мяч — значит, проиграть. С другой стороны, для меня не отбить последний мяч — значит, быть избитым.  Я почувствовал напряженный выжидающий взгляд поодаль от поля: там стоял учитель, который терпеливо ждал моей инициативы. Я стоял в некой нерешительности, ведь в уме у меня крутилась опасная авантюра. Бандюга бросил на меня презрительный, раздраженный взор, буквально требующий меня поскорее начать. Однако начать я пока не мог, потому как… …   [1. Победить] [2. Сдаться]   … …ещё не всё было решено. Панель тряслась и переливалась алым цветом, по причине чего разобрать, что на ней написано, было весьма затруднительно. Однако, тем не менее, подсознательно я знал, в чём заключается смысл выбора; к чему он ведёт; и какое решение мне предстоит сделать, какой путь выбрать. Ответ существовал где-то глубоко во мне.  Поэтому я не смотрел на панель. Я смотрел прямо.  «Как же мне поступить?» — это был тот вопрос, на который приходилось искать ответ мгновенно или в течение длительного времени. И это был тот самый случай, когда от исхода зависло как моё будущее, так и личностное развитие. Трусость или храбрость. Равнодушие или ненависть. Победа или поражение. Имеет ли право ничтожный трус, который страдает от человеческого равнодушия, добиться сладостной победы? Имеет ли он на то основательные причины, стимул, мативацию? Имеет ли он способности, навыки и качества, чтобы осуществить то, что считает своей целью? Он компетентен? А если да, то...  "Имеет ли право туча застилать собою небосвод, заслонять собою солнце?" Что ж, ответ предельно прост и не лишён ясности.  «Должно быть, все эти глупцы вокруг меня думают об одном: что победа в тяжелой схватке — это самая почётная победа. Однако, на мой взгляд, самой почётной победой является та, что была достигнута без сражения. Если ты способен добиться победы, приложив минимум усилий, то это высочайшее мастерство — умения использовать подручные средства. И как следствие, высочайшее мастерство, чтобы иметь право — называть себя победителем» Моё умозаключение стало моим непосредственным выбором, моим решением и моим ответом.  Именно подобное мышление являлось свойством человека, обладающим качеством победителя. Я посмотрел на популярного парня, и мы встретились взглядами, — когда это произошло, я лишь коротко пробубнил: — Прости. Он не знал, как расценить мои слова, а я не собирался что-либо объяснять. Предварительно очистив совесть, я сделал крупный замах, задействовал мышцы ног и рук, немного повернул запястье под углом и пулей метнул его в цель. Однако целью являлась не перчатка кэтчера, а голова бэттера: тот, увидев стремительно летящий бейсбольный мяч в его голову, не успел увернуться — мяч влетел со звоном в каску парня. *БАЦ!* Я встряхнул плечо и проговорил: — Прости-прости, с руки слетел… — мой голос являлся монотонным, так что не обличал моих подлинных эмоций. Этот мяч вполне можно было расценить, как преднамеренный бросок в голову: виделось, как учитель хотел остановить меня и произвести замену, а одноклассники из моей команды замерли с неким оцепенением. Я видел всюду лица, на которых запечатлелось изумление. Но замен не будет, ведь...  Я прекрасно знал натуру доброй и снисходительной звезды эстрады. Идол класса, школьный кумир, пай-мальчик, друг каждому, миролюб, противник издевательств, похититель девичьих сердец, расходный материал, туалетная бумага, одноразовая салфетка, лидер, набор для розжига, главный герой романа, добряк, круглый отличник, душа компании, солнце народных масс и т.д., и т.п. Его называли по-разному, — по-разному его называл и я. Этот парень имел имя — Такеучи Акихико.  Только-только все опомнились, как он произнёс: — Ах-ха-ха, всё в порядке, не беспокойтесь… — и глупо рассмеялся, но было заметно, как его руки дрожали, а по лицу стекали капли пота. Мне вновь бросили мяч, а прошлый засчитали за промах. Я выждал пару секунд, пока не появится снова прерывистый ветер, и затем, когда тот ознаменовал своё появление, совершил сильный бросок, предварительно закрутив мяч. *Вшу-у-у-у-у-у* Ветер сменил до этого поставленный курс и с не меньшей силой, чем в первый раз, закрученный мяч вонзился в ляжку популярного паренька — тот согнулся, закряхтел, да тихо простонал, но не проронил не слезинки. «Теперь останется ушиб» — размыслил я в тот момент. Сила парня исходила из гордости: он не хотел упасть в грязь лицом перед девушками; однако гордость также являлась его главной слабостью. "Любой ценной не позволить себе упасть в грязь лицом" — это ли не слабость? Все присутствующие одарили меня раздражёнными и призирающими взорами, но даже в этот напряженный момент меня никто не останавливал. Вы когда-нибудь раздумывали, что страшнее в этой жизни равнодушие или ненависть? Кто-то скажет, что ненависть — кто-то назовёт безразличие, — и на то, и на то могут быть найдены убедительные основания и факты, однако, на мой личный взгляд… Я произвёл замах. Если промажу — это конец. Я бросил на паренька острый, как лезвие ножа, взгляд: он едва заметно пошатнулся и вскинул, дрожа руками, биту. Его лицо исказилось и выражало слабый неподдельный страх перед болью. «Сейчас ты отступишь, Такеучи. Увы, так и будет. Потому что боишься упасть в грязь лицом; потому что считаешь, что я тебя ненавижу; потому что уверен, что победа и поражение для меня ничего не значит. Ты полагаешь, что именно по этой причине я целюсь в тебя, не заботясь об исходе игры, однако это заключение является, как твоим высокомерием, так и твоей ошибкой» — я пришёл к данному выводу, так как прекрасно разбирался в людях с раннего возраста. Все люди больше всего боятся опростоволоситься на глазах у других. Будьте то на глазах друзей или родителей. Неважно. Это непреложная истина. Я не сводил с парня глаз до конца и, как итог, он в самый последний момент попятился назад. И хоть у него были хорошие спортивные данные, а мой мяч являлся относительно медленным, — парень имел все шансы на победу. Просто он поставил занятое им положение, выше победы команды и по сей причине проиграл. Как бы ты ни крутил кубик мироздания, люди одинаковые, кто бы мне не возражал. В тот день мы победили. Однако моих «собратьев» по команде, по-видимому, не осчастливила такого рода победа. После уроков меня подкараулили — я получил увечья: меня побили. На следующий день девушки уже сплетничали о том, что я покалечил Такеучи почти до смерти, а тот — от всего отнекивался, то ли спасая меня, то ли свой статус "хорошего человека". К концу года всё забылось, оценка окружающих обо мне стала нейтральной, — более ко мне никто не лез. Не исключено, что Такеучи приложил к этому руку. Что ж, полагаю, теперь Вы понимаете, что я считаю страшнее: ненависть или равнодушие? Как ни крути, а равнодушие страшнее всего. Когда как ненависть всегда придерживается собственной границы, как антипод любви, — равнодушие же находится по обе стороны границ, представляя собой саму непредсказуемость. В таких историях, как эта, обычно персонажа подобного мне называют злодеем, так? Хах, вот ирония…   Глава 3 Баскетбольный матч I 11 апреля 2017 г. Субботнее утро оказалось достаточно тёплым. Не сказать, что жарко и не сказать, что прохладно. Это один из тех летних утренних деньков, когда солнце уже почти за горизонтом, а его лучи не торопятся заглядывать в дом, оставляя в нём солнечных зайчиков, что, точно кенгуру, время от времени прыгают на стенке. Мой ранний подъём тоже оказался приемлемо лёгким: встал точно по будильнику. На неожиданность, вставал я не с горькой неохотой и сонливостью, а с неким предвкушением или воодушевлённостью. Не назвать этот день особенным, однако, именно сегодня первая проверка физических способностей учеников. Но хоть я и ждал этого события, — не сказать, чтобы мне хотелось принимать в нём непосредственное участие. Вы спросите: «Неужели не желаешь превосходить кого-то или доминировать над кем-то?», а я вам отвечу вопросом на вопрос: «Так ли это важно?». Да, не спорю, это желание удовлетворит пик моих потребностей под названием самовыражение. Но дальше-то что? Я не считаю, что победа над кем-либо действительно сделает человека счастливым; скорее, на самом деле его обрадует конечный результат, дающий оценку собственным способностям. Естественно, я не превосхожу идеального человека по типу Хайро в его активной форме, но если постараюсь, то обязательно достигну намеченных целей. Моё тело не спортивное, но и запущенным его не назвать: даже мне порой приходилось заниматься собой. Я тот, кто не силён, не слаб, а просто умеет правильно воспользоваться своим организмом и окружающей средой; именно по сей причине я немного превосхожу обычных учащихся старшей школы первого года, но не более. Однако, как известно, даже меня порой захлёстывает стремление любой ценой добиться победы. Если вспомнить о сути происходящих на данный момент событий, то стоит заметить, что мы с Юи сейчас сидим за столом и завтракаем. Помимо нас за столом также расположился и плюшевый медведь, который с угрюмыми, чёрными глазами наблюдал за нашим пиршеством. Думая о сестре, мне хочется охарактеризовать её, как обыкновенную простачку. Даже если она обладает проницательным складом ума, её порой обвести, как два пальца об асфальт. Я бы сказал, что мне приятна доброта, забота и обходительность Юи, но… *Звяк!* …её доброта не делает меня счастливым. Мне приятно, но в то же время — я несчастлив. Так уж сложилось, что мы с рождения живём под одной крышей — в такой ситуации даже между взаимно ненавидящими друг друга людьми может образоваться взаимопонимание. Один лишь этот факт связывает временами мою откровенность по рукам и ногам. Нас с Юи объединяют неоднократные совместные воспоминания, некоторые из которых несут в себе и горе, и радость, и злобу. Порой в голове всплывают те самые, что, словно удавка, сдавливают наши сердца. Именно поэтому мы сдерживаемся во время ностальгических разговоров о прошлом. Перед глазами, как день, пролетают события с разницей в годах и обстоятельствах, хронологии и логичности, подтексте и ассоциации. Порой сдается, что ты выхватил из памяти то самое, а оно в конечном итоге оказывается гнилью. — Братик, аккуратно! — рассердилась Юи, по причине того, что я выронил ложку. — Извини, я неспециально. Она надуто промычала. Что ж, как и всегда, сестрёнка проявила чудеса кулинарного искусства, так что некоторую часть времени мы продолжали завтракать в терпеливом молчании, пока, в конечном счете, Юи не решила разрушить тишину наводящими вопросами: — Ну, так что? Вас же сегодня по идеи должны тестировать на уроке физкультуры, не так ли? — бойко начала она. — Что будешь делать? — А? Разве не очевидно? Совершенно ничего, мне лень. Буду маневрировать между зачётом и провалом. — Как скучно. Её губы обидчиво скукожились. Слишком неприятные слова, не находишь? «Как скучно» — чего ты от меня ожидала? Если я могу учиться и могу заниматься спортом, то это не значит, что я должен в действительности добиваться этого. Каждый к чему-то стремиться, однако не каждое стремление оказывается потенциальным желанием самого человека. Я независим от мнения общества, так что для меня нет необходимости подражать другим и идти к несбыточным целям. Мысли человека, оправдывающего свою лень.  — В любом случае, я приду посмотреть. — Не вздумай, уроки нельзя пропускать, — возразил я, параллельно хватая палочками кусок мяса, словно краб свою жертву. — Да ну тебя!.. — продолжала она. — О, точно! Как же я могла забыть? У меня это… уроки сегодня сокращённые, вот! А глазки-то бегают из стороны в сторону. Дешёвая ложь, даже для тебя, Юи. Как бы то ни было, я буду очень не рад, если она заявится ко мне в школу. Нет, этого просто нельзя допустить, не при каких обстоятельствах. Зная её, она навряд ли меня послушает. Тогда следует использовать острый взгляд, — я сузил глаза и слегка нахмурил брови. — Не нужно приходить ко мне в школу, это доставит мне неудобства. — Но ведь ты начинаешь двигаться только в этих случаях? — подметила она. Я продолжал смотреть на неё — она, заметив мой пронзительный взор, взбалмошно глупо рассмеялась и протараторила: — Ладно-ладно, не очень-то и хотелось. Вот ещё! Уроки из-за тебя пропускать? Сдался ты мне! — Юи взъерошила волосы и отвернулась от меня, после чего покраснела и, в жалкой попытке скрыть выражение лица, подняла со стола медведя и спряталась за его спиной.  Я снова кое-что вспомнил, поэтому решил сменить тему. Естественно, на положительный ответ на свой следующий вопрос я и не рассчитывал, но попробовать, тем не менее, стоило. — Юи, ты помнишь… котёнка из того переулка? Если она внезапно потеряется из-за этого вопроса, то всё на этом же моменте и закончится. Нет ничего неправильного в том, что она пожелала бы избежать разговора — я ведь тоже об этом говорю не совсем охотно. Однако почему же я его начал? Хотел ли я что-то поменять, что-то разъяснить или в чем-то убедиться? Когда задавал тот вопрос, я не руководствовался сознанием: он шёл глубоко из моей души — места, которое мы звали подсознанием. — Ах-ха-ха, ты это о чём? — странно рассмеявшись, переспросила сестра. Это хорошо, если она и вправду не помнит, но если нет, то долго ли она так сможет? Никто не железный и я не являюсь тому исключением: также обманываю себя, чтобы не было больно. Верно, не существует людей со стальными нервами. И если всё так и останется, то мы определённо… сломаемся.  Я опустошенно вздохнул. Скорее всего, для того чтобы поддерживать своё ментальное состояние, она врёт как себе, так и другим. Не сказал бы, что это нехорошо. Однако сделать нечто плохое, дабы не чувствовать себя плохо — сродни опустошению кувшина. — Нет, ничего… Я решил закончить на этом. Не прошло и минуты, как сестра незамедлительно продолжила диалог в своём русле. — Братик, а у тебя, наконец, появилась девушка или друзья? Этот вопрос являлся вполне закономерным, если учитывать, что с момента поступления прошла почти целая неделя. — Даже не смешно, — прозвучал безразличный ответ. Я выгляжу со стороны замкнутым и сдержанным человеком. Хоть сдержанность — признак мудрости, то вот в паре с замкнутостью она меня не красит. Конечно, я могу поддерживать диалог, но я не часто начинаю его самостоятельно; иду на контакт только тогда, когда приходится; иными словами, говорю при необходимости. — Хах, ну да. Какая у тебя может быть девушка? Я ничего не ответил на её замечание. Действительно, о какой девушке может идти речь? В голове снова возник образ обнажённой девушки. … — Нет, прошу, я не хочу этого!.. (всхлип) Пожалуйста!.. (всхлип) прошу!.. … Прекрати. Лезть. В мою. Голову. Выражение моего взгляда непреднамеренно ожесточилось. — Эй! Ты тут? — Да, просто задумался, — я сделал глоток чая. — Ладно, вроде я наелся. Пора отправляться в школу. — Э? Ты же практически ничего не съел! Для кого я так старалась? На старом, местами покарябанном, столе расположились: стакан чая, тосты и яичница с беконом на белом блюдце. Мне следовало бы хоть что-то съесть, а то выглядит невежливо. Однако противные воспоминания подгадили мне аппетит. Моим ответом являлось молчание. — В общем, заставлять не буду. Не хочешь — не ешь. Порой я просто обожаю способность сестры с лёгкостью понимать меня. — Справедливо, — я подобрал сумку, что лежала у ножки стола. — Спасибо за твою заботу. — А бенто? — она протянула мне коробочку, обвёрнутую в платочек. — Сегодня не берёшь? — Ох, точно. Чуть, было, не забыл. Я принял столь щедрый гостинец из рук Юи и положил его в свою школьную сумку. Бенто являлось ещё тёплым, и даже сквозь коробочку я мог почуять соблазнительный аромат пищи. М-м-м, сегодня меня ожидает сладостный обед! Как только я приблизился к прихожей, пришла мысль взять с собой книгу. Последние несколько дней я, то и дело, завтракал на крыше школы, — и да, прошлые грабли меня ничему не научили. Чаще всего Катагири «составляла мне компанию» (на самом деле, без спроса садилась рядом и клевала мою еду!). Так как у меня есть такое тихое и спокойное местечко, я могу наслаждаться чтением книг именно там. Не то что бы меня волновала её компания, но эта девка постоянно говорит без умолку! Что касается Томако, то мои приготовления прошли удачно — сейчас она потихоньку вливается в коллектив. Поскольку она являлось популярной среди парней, то я бы не удивился, если бы в классе на одну социальную группу стало больше. Однако суть такова, что она не обладает достаточными лидерскими качествами.  «Как же так получилось?» — должно быть, спросите Вы, однако здесь не нужно много думать, всё достаточно просто. Во время недавнего разговора с Комией мне удалось убедить её помочь. Как же это было?..   *** 7 апреля 2017 г. Мы с Комией находились посреди школьного переулка, где некогда Танака «перешёл границу» и пристал к ней. Я сам позвал её туда, потому как шанс того, что она согласиться на моё предложение именно в этом переулке, увеличивался на несколько процентов. Почему? Да просто потому, что здесь я некогда протянул ей руку помощи. Улица разразилась громким негодованием девушки: — Что-что ты у меня просишь?! — Я хочу, чтобы ты помогла Томако влиться в коллектив, — спокойно ответил я. Комия, недобро фыркнув и взглянув на меня, проговорила: — Да с чего бы мне ей помогать? По-видимому, её недовольство только нарастало, однако я не понимал, в чём же кроется её нежелание. Быть может, она ненавидит Томако? Или, вероятно, с неприязнью относится ко мне? В любом случае, как по мне, это слишком жестоко. Нам извечно повторяют взрослые, учителя, политики и тому подобные: «Мы люди и то, что нас отличает от животных — общность и забота о ближних своих». Что ж, в неком роде это звучало, как вполне адекватная заповедь. Конечно, не все люди ей придерживались, однако почти каждый человек бросался этими нравоучениями, совершенно забыв, по морали поступает ли он сам. — Действительно, у тебя нет причин выполнять мою просьбу. Тогда, как на счёт такого?.. — продолжал я. — Я верну твою почту тебе обратно. — Ч-что? — недоумённо спросила она. — И вдобавок к этому совершенно забуду о нашей встрече в переулке и в супермаркете, разве в таком случае ты не будешь спокойна? Тебе более не придётся вспоминать обо мне и своём чувстве долга. Жизнь пойдёт своим чередом. Прекрасный исход, не так ли? Мне кажется, что таким образом мы будем квиты. Разве не чудесно? — в конце я добавил: — Я тоже что-то теряю. Комия долго молчала и продолжала смотреть мне в глаза, будто надеясь в них что-то прочитать. Через некоторый промежуток времени, она безнадёжно спросила: — Почему ты вообще взялся помогать Томако? Она тебе нравится? Типа, жених и невеста, запрягали тесто?.. Или как? Эм… ничего не понял… Меня встретили вот такие неуместные вопросы. Нравится ли мне Томако?.. Ну, если говорить о её внешности, то она определённо привлекательная, однако… я точно не испытываю к ней никаких чувств, — таков был мой вердикт. — Не думаю, что это любовь. Просто, ко мне обратились за помощью, поэтому я пытаюсь сделать всё возможное. Если бы ты вновь попросила меня об услуге, то будь уверена, я определённо протянул бы тебе руку помощи в меру своих сил. Как и прежде. Я блефовал. Меня не в первый раз используют ради достижения своих целей, а я, из-за своей слабохарактерности, не в первый раз соглашаюсь на подобные «уступки». Будь то Томако, Юмикава, Комия, Игораши или же Катагири — терпеть их не могу: они наиграются с нами, «простаками» — затем бросят. К тому же, не стоит забывать и о том, что они способны распространять о Вас противные сплетни, если не угодишь. Именно поэтому я сторонюсь Томако, поэтому хочу разорвать все связи с Комией и поэтому избегаю Юмикавы, как огня, что может сжечь меня дотла. — Ясно. Если так, то… Ладно, я соглашаюсь на этот обмен… Я видел печаль на её лице. Какая-то часть меня желала, чтобы она отказалась и наши необычные отношения продолжились. Досадно конечно, но на этом всё кончено. Я избавился от воспоминаний о наших первой и последней встречах. Прощай, Комия. Хоть это и было коротко, но данное расставание никак на нас не повлияет. Ну… полагаю, всё так и должно быть, верно? ***   — Пока, Юи, — сказал я той на прощанье. — Удачного дня! Томако, Комия, Юмикава — что касается этих трёх девушек, сейчас я вам поведаю. После моего холодного отношения в конце учебного дня во вторник, Томако более не пыталась со мной заговорить. Естественно, она порой смотрела на меня, однако я делал вид, что не замечаю. Быть может, она и хотела завести диалог — вот только теперь, дабы сохранить свой новый статус в компании, ей нужно соблюдать правила ГИЛ. (Главное — избегать лузеров). По сей причине, я пытался сделать так, чтобы она возненавидела меня: таким образом, Томако стало бы проще влиться в группу. Я знаю натуру людей лучше, чем кто-либо в нашем классе, — мои поступки следствие моего понимания. Большинство из них, так или иначе, обсуждают и сплетничают за спинами тех, кто не входит в их собственную группу.  Что насчёт Комии? — Она без особого труда выполнила мою просьбу. Однако действовала девушка как-то настороженно по отношению к Томако. Может такова её оценка опасности того: потеряет ли она лидерство в своей группе или нет? Уже в среду я видел, как они всем скопом подошли к Томако и завязал разговор. К удивлению, со стороны их беседа выглядела крайне непринуждённой. Как бы то ни было, я рад, что Комия согласилась помочь. Теперь на две проблемы стало меньше. Юмикава же потеряла ко мне интерес уже в течение этой недели. Похоже, моя невыразительная речь и короткие ответы не сильно её вдохновляли. Я буквально заканчивал диалог, едва тот начинался — девушка попросту привыкла молчать, находясь в моей компании. Даже более того, Юмикава стала избегать моего присутствия, так что, когда выдавалась свободная минутка, крутилась возле Хайро, либо тот возле неё, но поодаль от меня.  Что ж, теперь-то я точно уверен, что освободился от этих трёх, — и всё было бы прекрасно, если бы не осталась одна крупная заноза в пятой точке по имени Катагири. На эту девку я просто не способен повлиять, поскольку она находится вне моей "юрисдикции" (состоит в классе второго курса). Бороться с ней слишком утомительно, так что я пришёл к выводу, что мне стоит забыть о ней: в смысле бросить попытки избавиться от Катагири. В течение недели, что только я ни делал — ей всё побоку. Эту девушку и вправду так сложно заставить кого-то возненавидеть? Я уже молчу о том, что старался перенаправить ненависть Катагири на себя. Однако до чего же противная попалась девка — не ведётся на уловки и провокации! Леди. Дурёхи. И стервы.  Боже, как же утомительно, когда тебя окружают курицы, каждая из которых кудахчит о своём. Хоть об стол бейся, хоть в печь лезь.    Рекомендации: 1) Читайте произведение со шрифтом Times New Roman! 2) Оставьте комментарий, порадуйте автора! 3) Нажмите кнопку "Спасибо" в конце!