Это место, где облака, как сахарная вата, плавают в голубом небе, и солнце светит, пока маленькие феи шепчутся и болтают. Это особняк графа, канцлера одного королевства.
Здесь младенец с внушительными щечками, которые выглядели белыми и мягкими, как свежеиспеченный хлеб, улыбался, трогал рот и тянулся к искусно сделанному игрушечному телефону. Его волосы, которые были богаче, чем количество месяцев, рассыпались, когда голова ребенка двигалась.
— Наш принц Бриэль, вы уже встали?
И, глядя на ребенка, голос женщины, чей тон поднялся на октаву выше обычного, заполнил детскую кроватку и исчез.
— Если бы они услышали эти слова, которые ты время от времени произносишь в королевском дворце, тебя бы уже схватили за измену.
Противоположный женщине низкий голос мужчины заполнил место, но в отличие от грубых слов, казалось ясно, что уголок его рта мягко приподнят в улыбке. Мужчина был похож на ребенка, но это было совсем другое впечатление.
— Нас только трое.
Женщина слегка проигнорировала его, осторожно держа ребенка.
— Как ты можешь быть таким милым?
Когда она потрясла его мягкие ручки и обняла, ребенок удовлетворенно рассмеялся. Затем она увидела пухлые щеки. Его улыбающиеся щеки поднялись и покраснели от счастья.
Через некоторое время она поняла, что мужчина стоит рядом с ней метая завидующие взгляды.
— Не хотите ли подержать его?
— Я?
Все еще умея лишь неуклюже держать его, он растерянно раскрыл руки. Она посмотрела на него и протянула ребенка.
— Я все делаю правильно?
Однако, в отличие от ее теплых и уютных рук, как некоторое время назад, малыш расплакался от неприятного ощущения.
— Нет, одними руками этого не сделать.
Было бы хорошо, если бы ребенка положили на него так, чтобы он мог опереться на его плечо, но он не знал, что делать с рукой ребенка у себя под мышкой.
— Но мне нелегко контролировать свою силу. Что, если я обниму его, а Бриэлю это не понравится?
Она покачала головой, глядя на его крепкие бицепсы, которые, казалось, были в несколько раз больше ее.
«Независимо от того, каким был роман, кажется, это слишком. Он не просто благородный рыцарь, он канцлер страны...»
* * *
Молодой господин, которому только что исполнилось шесть месяцев, еще не начал есть детское питание.
— Давай, хорошо поешь. Просто еще один кусочек.
Имя маленького господина, который никогда не отказывается от еды и не испытывает никаких проблем с пробуждением посреди сна, было Бриэль. К сожалению, вскоре после его рождения родители Бриэля умерли, и он был усыновлен своим дядей, графом.
— Ты собираешься вырвать?
Женщина, кормившая Бриэля, вытерла уголки его рта, нежно обняла и похлопала по спине.
«Ты жив благодаря мне, так что не забывай меня, даже когда вырастешь.»
Женщина неожиданно вздохнула в сторону Бриэля, склонившего голову набок.
Ее звали Мари – няня Бриэля.
«Должно быть, это несколько отличается от первоначальной истории.»
Однажды она переместилась в роман и во всю использовала свой опыт воспитателя в детском саду, чтобы стать идеальной няней. Затем она исказила первоначальную историю и спасла Бриэля, который прожил всего пять месяцев, и сейчас даже его дядя, граф, впавший тогда в депрессию из-за смерти Бриэля, жил спокойной жизнью.
— Бри… Нет, молодой господин. Поскольку вы закончили переваривать пищу, давайте поупражняемся.
Мари опустила руку на Бриэля и перевернула его.
«Я чуть не назвала тебя Бриэлем. Я бы наделала еще больше ошибок, если бы не практиковалась почтительно называть его молодым господином.»
Она вздохнула.
«Если подумать... Граф впервые увидел, как я перевернула тебя, и решил, что я пытаюсь тебя убить.»
Она вспомнила прошлое, когда ее удивил меч, приставленный к ее шее.
[Таким образом, он может сам переворачиваться. После нескольких месяцев ему уже пора уметь так переворачиваться.]
Услышав ее слова, он едва пришел в себя и со смущенным видом опустил меч.
— Кажется, я что-то не так понял.
Когда она думает о том моменте, ситуация на самом деле забавная.
— Ку... Бу-бу-бу!!
— Вам приходится нелегко, молодой господин. Тогда позвольте мне тепрь поднять вас.
Как давно она переворачивает Бриэля? Малыш, подняв голову и шевеля красноватым личиком, брыкается. Затем ему в конце концов удалось перевернуться самостоятельно.
Она обняла Бриэля за спину, спела колыбельную зевающему ребенку и снова погрузилась в свои старые мысли.
* * *
«Я на небесах?»
Она была в восхищении, когда увидела перед собой ангела. Это был первый раз, когда у ребенка появился нимб.
«Но мне кажется, что я прожила хорошо.»
Озерные глаза уставились на нее, и в этот момент она медленно, сама того не сознавая, протянула руку к ангелу.
«Он теплый.»
Это была ее первая мысль после прикосновения к щечке ребенка.
«...У ангелов температура тела такая же, как у людей?»
Вскоре, осознав странность происходящего, она огляделась.
Хотя она думала, что находится в раю, это был вид, который, казалось, напоминал Средневековье.
«Небеса в западном стиле?»
Ее вернули к реальности, когда дверь открыла женщина. Не следует судить о людях по их внешности, но она вряд ли могла подумать, что женщина, которая открыла дверь и вошла, имела вид Ангела.
— Ох, молодой господин. Что с вами не так, вы всегда оставались неподвижным, когда я прикасалась к вам.
«Молодой господин?»
В этот момент она снова обратила свое внимание на ребенка. Потом она увидела, что его глаза все еще смотрят на нее.
«Они ясные.»
На мгновение она забыла о своей странной ситуации, в которой оказалась, и уставилась на него.
— Мари… тогда я пойду, так что позаботься о Бриэле. Он не будет плакать, даже когда ты с ним, так что я пойду.
«Мари… Бриэль… Это звучит знакомо?»
Когда она услышала сказанное, ей сразу же пришли на ум несколько мыслей. Это были имена героев романа, который она читала в час пик.
Не часто можно вспомнить такие интересные имена, но она была другой, работая воспитательницей в детском саду. Она любила детей, поэтому выбрала работу воспитательницы и помнила почти каждый фильм, драму и различные романы, в коих появлялись дети. Разве это не тот роман, который она читала перед смертью?
«Называть меня Мари...»
Когда она снова повернула голову к лицу ребенка, у нее по спине побежали мурашки.
«Это тело, в которое я поселилась, играет роль убийцы ребенка.»
Этого было недостаточно, чтобы перенестись в книгу, но она была разочарована этой ролью.
«Как я могу вернуться в свой мир?»
Сначала она думала об этом целую неделю. Проснувшись, она засыпала в предвкушении возвращения в изначальный мир. Однако реальность оказалась жестокой. Именно Бриэль поймал ее взгляд, когда она устала от продолжающегося разочарования.
«Что будет с Бриэлем, когда я уйду? Только не говорите мне, что он умрет...»
Когда эта мысль прошла, она покрылась мурашками.
«Это невозможно.»
Малыш, делясь теплом своих рук, больше не ощущался лишь человечком из книги.
«Да, возможно, я оказалась здесь, чтобы спасти Бриэля.»
Она нашла причину жить в этом книжном мире. Поэтому она была вынуждена отказаться от возвращения в свой родной мир после того, как Бриэль из-за этого должен был умереть.
Это произошло уже три месяца назад.
* * *
— Вы здесь.
Даже сегодня Граф, уехавший на работу в королевский дворец, вернулся в особняк. Хотя он, казалось, случайно оглянулся на вход, Мари заметила, что граф быстро взглянул на лицо Бриэля.
— Бу-бу!
И в этот момент Бриэль, что был рад видеть дядю, попытался обнять его громко выкрикивая. Граф, рефлекторно повернувший голову, подошел поближе к племяннику и осторожно протянул ему руку.
— Нет, молодой господин.
Но между ними встала сплошная стена. Это была Мари. Она обернулась, держа ребенка на руках, и сказала ему:
— Сначала вымойте руки, граф.
Слуги, которые смотрели на няню, разговаривавшую с господином без стеснения, широко раскрытыми глазами, и теперь отворачивались от нее, делая вид, что не слышат.
Зная, что няня все говорит верно, граф просто вздохнул и направился в ванную.
— Тогда давайте поиграем, пока граф не выйдет.
Бриэль рассмеялся вместе с ней, как тогда, когда он смотрел на своего дядю. Граф, направлявшийся в ванную, остановился на звук смеха Бриэля, обернулся и посмотрел на него с грустным выражением.
Не зная этого, Мари и Бриэль направились в комнату Бриэля на этом этаже, чтобы поиграть вместе.
* * *
В этом мире, где детские игрушки недоступны, Мари в основном играла с ребенком, используя свое тело.
— Бу!!
Бриэль широко улыбался в хорошем настроении.
— Вам весело?
Мари, которая прижималась лицом к щеке такого милого ребенка, подняла голову.
— Не стойте там, идите сюда.
Когда граф пришел, вымыв руки, он стоял за дверью, не в силах зайти присоединиться к ним. Он, любивший Бриэля больше всех на свете, не знал, как правильно выразить свою привязанность, в отличие от той, на которую он смотрел.
«Вполне естественно, что вы еще новичок в уходе за детьми.»
В такие моменты Мари ничего не оставалось, как выйти и позвать его. Затем подошел мужчина с сияющим лицом. Когда дядя подошел к нему, Бриэль заговорил совсем по-другому.
— Бу! Ма! Бу! Ма!!
Увидев воркование племянника, Граф все еще стоял отдаленно, поэтому она сказала, что все в порядке.
— Давайте поиграем в ку-ку.
— Во что? Что это?
К этому времени, возможно, Бриэль мог бы реагировать на эту игру.
— Смотрите внимательно.
Мари, спрятавшая лицо в ладонях, вдруг выкликнула, разводя руками:
— Ку-ку!
Бриэль громко рассмеялся. Однако выражение лица графа, стоявшего рядом с ней, угасло.
«...Ты хочешь, чтобы это делал я?»
С утра до вечера он показывал лишь незначительные выражения в королевском дворце, и его брови, обычно бесстрастные, хмурились. Мари даже не заметила его внутреннего конфликта и призвала его сделать так же.
«Правда...»
Он не мог понять разговора между ней и графом, но Бриэль посмотрел на него с предвкушением, и граф вздохнул. Потом он крепко зажмурился.
Он будто произнес речь перед чиновником, который принес отчет, который не привлекал его все утро, но теперь человек ушел, оставив только племянничного дурака.
(П/п: ХХ дурак, пример дочерний дурак, – это когда кто-то одержим своей дочерью (или племянником в данном случае) до такой степени, что может вести себя как дурак. Не уверена, правильно ли русифицировано с английского...)
— Ку-ку!
Бриэль почувствовал его усилия и улыбнулся самой яркой улыбкой, которую когда-либо показывал.
— Ты это видела?
Он выглядел озадаченным, но в то же время взволнованным реакцией племянника. Казалось, он не мог поверить, что вызвал эту нежную улыбку.
— Давай сделаем так еще раз.
Он не стал дожидаться ответа и повторил. Он, казалось, забыл, что Мари находилась здесь. Будто они попали в свой собственный мир. И дворецкий, наблюдавший за ними, отвернулся от двери, гадая, можно ли что-нибудь с этим сделать.
