Светящаяся жемчужина освещала некоторое пространство вокруг.
Как только Цветок Разрушения пробуждался, нельзя было уничтожить его или обратить его действие вспять. Он мог только насильственно сменить своего владельца в первые несколько минут, пока не вступал в полную силу. Душа Ли Сусу имела бессмертное тело, поэтому божественный артефакт, естественно, был ближе к ней.
Теперь, когда Цветок Разрушения признал её своей владелицей, девушка закрыла глаза и извлекла небольшую часть божественной силы из тела Таньтай Цзиня. Фиолетовый свет перетёк от юноши к девушке.
В мире существовало множество разных существ, и фиолетовый лепесток Цветка Разрушения представлял собой средоточие всех несчастий, печалей и обид.
По горлу Таньтай Цзиня, до сих пор находившегося без сознания, прошла судорога.
Он действительно намеренно позволил древесному демону проглотить себя. А этот демон оказался настолько глуп, что не мог ясно мыслить после такого рода провокации. Таньтай Цзинь обманул его и завладел Цветком Разрушения. Он не знал, что произошло, когда этот артефакт, коснувшись его крови, вдруг сильно затрясся прямо в его ладони. Тогда юноша захотел выбросить его, но тут его поразила головная боль, и он потерял сознание.
В безграничной тьме и страхе Таньтай Цзинь смутно вернулся ко двору Великой Ся, во время, когда был ещё ребёнком.
Он откинулся назад и спрятался за каменной горкой, наблюдая как императрица вражеской страны вытирает пот с лица маленького принца. У женщины было нежное выражение лица, и в её глазах горел свет, которого он раньше никогда не видел.
Таньтай Цзинь услышал мягкую речь:
— Линь-эр, что ты выучил сегодня?
Красивый, подобный вырезанной из лучшего нефрита статуе Сяо Линь сжал кулаки и ответил:
— Сегодня наставник обучил меня управлению водой, а генерал Лю — верховой езде и стрельбе из лука.
Императрица улыбнулась.
— Мой сын ещё так мал. Понимаешь ли ты, чему тебя учат наставник и генерал?
Сяо Линь кивнул.
— Знания, полученные из книг, не совершенны. Наставник сказал, что если я хочу глубже разобраться в чём-то*, то вскоре смогу приступить к практике.
П.п.: Строчки восходят к отрывку из стихотворения Лу Ю.
— Её Величество императрица обеспокоена тем, что вам приходится тяжело, ваше высочество, поэтому подогрела для вас суп и решила подождать вас здесь, — произнесла момо, стоявшая рядом с императрицей.
С этими словами к ним подошла служанка, неся в руках небольшую коробку с едой.
Воздух наполнился приятным ароматом. Таньтай Цзинь, маленький и грязный, продолжал сидеть за камнями, холодно наблюдая за происходящим. Он был голоден и не помнил, как давно ел в последний раз. Тут мальчик поднялся, наступил своей дырявой обувью на муравьёв, ползавших в грязи, и снова посмотрел на императрицу.
Когда-то у него тоже была мать.
Но если бы она осталась в живых, умер бы он. Таньтай Цзинь предпочёл родиться, и убил свою мать, когда был ещё совсем младенцем.
Мальчик взглянул на Сяо Линя, снова присел, и его руки невольно крепче вцепились в траву. Он часто слышал, как люди во дворце говорили о…
Его шестом высочестве, который был настолько удивительным, что мог декламировать стихи в семь лет, и даже двенадцатилетний его четвёртое высочество не смог превзойти его;
Его шестом высочестве, который был таким нежным, добрым и великодушным, что однажды, когда дворцовая служанка столкнулась с ним, он вместо порицания утешил её;
Его шестом высочестве, которого император больше всего любит и даже лично учит его письму. В будущем шестое высочество скорее всего унаследует трон. Он станет блестящим правителем, женится на самой красивой женщине в мире и будет любим и уважаем всеми…
«Шестое высочество, Сяо Линь? У него самая лучшая мать, самая благородная личность, он одарён умениями в боевых искусствах, обладает превосходным литературным талантом, и его ждёт самое светлое будущее».
Таньтай Цзинь прислонился к каменной горке; в его чёрных, как смоль, глазах не было блеска. Через некоторое время после ухода императрицы и Сяо Линя его искала женщина в простой хлопчатобумажной одежде. Увидев Таньтай Цзиня в саду камней, дева Лю подошла к нему и заговорила:
— Вы видели это? Ваше высочество, изначально вы должны были так жить. Он шестой принц Великой Ся, а вы шестой принц королевства Чжоу, но он подобен облаку в небе, а вы — грязи на земле. Изначально всё, что есть у него, должно было принадлежать вам.
— Это должно быть моим? — с сомнением повторил Таньтай Цзинь.
— Верно! — взволнованно подтвердила дева Лю. — Поэтому однажды вы должны вернуться в королевство Чжоу и забрать всё, что принадлежит вам. Власть, крепость и красоту. Всё, что принадлежит Сяо Линю, принадлежит и вам, включая земли его страны. Когда вы будете править миром, все они будут ничем иным, как муравьями под вашими ногами.
Таньтай Цзинь долго молчал и, наконец, улыбнулся:
— Это всё будет моим.
Однако четырнадцать лет спустя Сяо Линь остался Сяо Линем, и он всё ещё был самим собой. Любой в холодном дворце мог унизить Таньтай Цзиня. Ничтожество, которого нельзя было выпускать в свет и которого можно было затоптать до смерти, если бы Сяо Линь этого захотел.
К сожалению, как добрый и честный человек, Сяо Линь не только не затоптал его до смерти, но и часто помогал ему.
Таньтай Цзинь подумал, что, если бы их личности поменялись, помог бы он Сяо Линю? Нет, он бы этого не сделал. Он ясно слышал чей-то слабый голос:
— Ты замучил бы его до смерти и убил бы с превеликим удовольствием.
Мир в глазах Таньтай Цзиня представал гротескным и разноцветным. У него слегка перехватило дыхание. В холодном дворце было жарко летом и холодно зимой. Ему не хватало одежды и еды. Горький голос девы Лю постоянно напоминал ему: «Завладевайте всем, забирайте всё своё. Вы не можете быть таким бесполезным. Это ваше, всё ваше!»
Сила фиолетового лепестка Цветка Разрушения распространилась по всему его телу.
Жестокость сильнее разрослась в его сердце, и пальцы Таньтай Цзиня постепенно сжимались.
Однако в этот момент кто-то приоткрыл его губы, и он почувствовал прикоснувшуюся к ним мягкость.
Обновлено: 02.02.2026