Как только помощница ушла, в зале снова стало тихо. Чжао Си потерла щиколотку и направилась к мягким пуфикам у окна.
— Простите, вы не могли бы потесниться? — обратилась она к нескольким девушкам. — Я все утро на каблуках, ноги болят.
Все держались отстраненно и сидели не слишком плотно. Казалось, что мест нет, но если бы кто-то захотел подвинуться, место для одного человека вполне бы нашлось. Однако желания такого никто не проявлял.
Девушки, сидевшие напротив Чжао Си, подняли на неё глаза и неохотно поерзали. Подвинуться-то они подвинулись, но места почти не прибавилось.
— Потеснитесь еще, еще немножко. Как я сяду на такой клочок? — бесцеремонно заявила Чжао Си, не заботясь о том, нравится это другим или нет.
Одна из девушек с большими глазами, скрестив руки на груди, окинула взглядом её брендовую одежду и с долей зависти негромко проворчала:
— Подумаешь, богачка в энном поколении. Беременная она, что ли, или инвалид? Могла бы и постоять. Все равно у неё номер в начале, даже опоздав, пролезла без очереди. Небось, она следующая.
Чжао Си была не из тех, кто спускает подобное. Она тут же повысила голос:
— По-твоему, все, кто здесь сидит, либо беременные, либо инвалиды?
Эти слова вызвали всеобщее недовольство. Сидящие девушки с неприязнью посмотрели и на Чжао Си, и на её большеглазую обидчицу.
Здесь собрались молодые и красивые особы, и слова «беременная» или «инвалид» звучали для них оскорбительно. Большеглазая девушка, не желая привлекать к себе лишнее внимание, покраснела и прошептала:
— Это ты сказала, а не я!
Чжао Си холодно усмехнулась и уже собиралась ответить, как вдруг раздался чистый и мягкий голос, подобный райской музыке:
— Госпожа Чжао, идите садитесь сюда, ко мне.
Она посмотрела на источник звука и увидела девушку в белом хлопковом платье, сидящую на пуфике у окна. Солнечный свет, проникавший сквозь стекло, окутывал её лицо золотистой дымкой.
— Спасибо, — Чжао Си больше не обращала внимания на большеглазую задиру и направилась прямо к незнакомке в белом платье. — Ты... меня знаешь?
Она заподозрила, что эта девушка — еще одна протеже, о которой замолвил словечко её второй брат.
— Нет. Мы видимся впервые. Меня зовут Бай Цзин.
Девушка полностью оправдывала своё имя: она была светлой и чистой, в чертах лица читалось спокойствие и умиротворение. Она излучала мягкую классическую красоту, вызывающую невольную симпатию. Заметив недоумение Чжао Си, она добавила:
— До этого сотрудник назвал вас госпожой Чжао, вот и я так обратилась.
«Вот оно что!» Девушка была красивой, с приятным голосом и добрым сердцем. Чжао Си сразу прониклась к ней симпатией, и её голос невольно смягчился:
— Привет, я Чжао Си. Ты занимаешься вокалом? У тебя очень красивый голос.
Пока она говорила, Бай Цзин немного отодвинулась, и из-под её белого платья показалась нога в гипсе.
— Твоя нога... — Чжао Си тут же вскочила. — Садись лучше ты.
Бай Цзин улыбнулась, ничуть не смутившись:
— Ничего страшного, я следующая в очереди. Садись.
Чжао Си на мгновение заколебалась. Дверь тренировочного класса открылась, оттуда вышла очередная участница, и сотрудник выкрикнул номер — как раз номер Бай Цзин. Тогда Чжао Си не стала больше церемониться и по-дружески похлопала новую знакомую по плечу:
— Удачи! Ты такая красавица, и голос у тебя чудесный. Кого еще выбирать, если не тебя!
— Я... я постараюсь.
— Не волнуйся, у тебя точно все получится!
Бай Цзин взглянула на свой гипс, в её глазах промелькнула тень печали. Она подняла взгляд на искреннюю Чжао Си, с улыбкой поблагодарила её и, приволакивая загипсованную ногу, направилась к классу. Её движения были неуклюжими. Внезапно за спиной раздался приглушенный смешок. Она на секунду замерла, но не обернулась и продолжила путь к своей цели.
Обновлено: 02.02.2026